Гран При Эмилии-Романьи: Пресс-конференция после гонки

1. Макс Ферстаппен (Red Bull Racing)
2. Льюис Хэмилтон (Mercedes)
3. Ландо Норрис (McLaren)

Интервью на трассе

Вопрос: (Мартин Брандл) Макс, примите поздравления! Сумасшедшая гонка, но вы сумели финишировать первым!
Макс Ферстаппен: Условия были очень сложными, особенно в начале гонки. Если честно, было так скользко, что я с большим трудом удерживал машину на трассе. Кроме того, промежуточная резина начинала сдавать, а выбрать правильный момент для перехода на слики всегда непросто. Но, думаю, мы отлично справились со всеми сложностями, хотя на рестарте я допустил небольшую ошибку…

Вопрос: (Мартин Брандл) Это был напряженный момент, не так ли?
Макс Ферстаппен: Да, но всё остальное сегодня сложилось неплохо, я очень доволен.

Вопрос: (Мартин Брандл) Та ошибка перед рестартом – вы старались прогреть шины?
Макс Ферстаппен: Да, я просто пытался получше прогреть резину и немного перегазовал. К счастью, разворота удалось избежать.

Вопрос: (Мартин Брандл) В момент старта вам удалось идеально сорваться с места и уже в первом повороте перехватить лидерство!
Макс Ферстаппен: Я сам удивился, как здорово всё получилось, ведь раньше у нас были некоторые сложности в момент, когда машина трогалась с места. Но сегодня мы всё сделали правильно, несмотря на сложные условия.

Вопрос: (Мартин Брандл) Льюис показал быстрейший круг и опережает вас в личном зачете всего на одно очко. Можно сказать, вы наступаете ему на пятки!
Макс Ферстаппен: Давайте сохранять спокойствие, сезон очень длинный.

Вопрос: (Мартин Брандл) Льюис, даже не знаю, с чего начать! Вам удалось прорваться на второе место!
Льюис Хэмилтон: Прежде всего, мои поздравления Максу, сегодня он сработал фантастически. Еще я поздравляю Ландо – он отличный гонщик, приятно видеть его и McLaren на подиуме!

Для меня день прошёл не лучшим образом, впервые за долгое время я допустил ошибку по ходу гонки. Я рад, что мне всё-таки удалось добраться до финиша.

Вопрос: (Мартин Брандл) Расскажите о той ошибке. Вы старались обогнать круговых?
Льюис Хэмилтон: Асфальт был сухой только на траектории, и, похоже, я немного поторопился, когда обгонял круговых. Оказавшись на внутренней стороне трассы, я старался сбросить скорость, но машина не желала останавливаться, и я оказался в гравии. Досадный момент, но хорошо, что я смог продолжить борьбу и заработать очки для команды – это было очень важно.

Вопрос: (Мартин Брандл) Ожидая возобновления гонки, думали ли вы о том, что сумеете финишировать вторым и сохраните лидерство в личном зачете?
Льюис Хэмилтон: Когда гонку остановили красными флагами и все ждали рестарта, я не думал о шансах сохранить лидерство в личном зачете, а старался прогнать негативные эмоции, которые всегда ощущаешь, если допускаешь ошибку. Времени на долгий разбор у меня не было, требовалось быстро сделать выводы и вернуть себе боевой настрой – этим я и занимался. Я не знал, получится ли обгонять, поскольку вне траектории асфальт мог оставаться мокрым, но после рестарта я был очень быстр и смог провести несколько интересных сражений.

Вопрос: (Мартин Брандл) Ландо, вы заработали второй подиум и продемонстрировали отличный темп!
Ландо Норрис: Я счастлив. Я здорово отыгрался после квалификации. Гонка была длинной и сложной. Я стартовал не лучшим образом, но ехал в хорошем темпе и отыгрывал позиции. Я старался удержать вторую позицию, но Льюис сегодня был быстрее. Здорово бороться с такими соперниками и приятно подняться на подиум – это заслуженный результат. Надеюсь, что у нас ещё будут подиумы.

Вопрос: (Мартин Брандл) Вы долго сопротивлялись прессингу со стороны Льюиса. В какой-то момент вы сообщили, что сцепление пробуксовывает – получается, вам приходилось контролировать некие дополнительные факторы!
Ландо Норрис: Это я сам коленом случайно зацепил рычажок сцепления! На рестарте мы решили поставить шины Soft, и первые 10-15 кругов я проехал в хорошем темпе, но знал, что под конец гонки возникнет много проблем. Тем более, что позади ехал Льюис. Я оборонялся несколько кругов, но не смог сохранить позицию. Тем не менее, я доволен третьим местом, меня всё устраивает!

Вопрос: (Мартин Брандл) Болельщики оценили ваш пилотаж и выбрали вас гонщиком дня!
Ландо Норрис: Правда? Не думал, что у меня есть болельщики! Спасибо огромное!

Пресс-конференция

Вопрос: Макс, примите поздравления! Впечатляющая победа в сложных погодных условиях! Насколько приятно выиграть столь непростую гонку?
Макс Ферстаппен: Гоняться в таких условиях всегда непросто. Обстановка предельно напряженная, сложно сориентироваться и принять верное решение. Пожалуй, ключевым моментом стал отличный старт – я сам удивился тому, насколько здорово сорвался с места! В прошлом году мы были недостаточно конкурентоспособны на влажной трассе, но зимой сумели добиться прогресса, сегодня машина ехала безупречно.

Конечно, было непросто выбрать момент для перехода на слики. Я видел, как гонщики, перешедшие на слики, с трудом удерживают машину на трассе. Но продолжать ехать на изношенных промежуточных шинах тоже было сложно – они сильно скользили, и если бы я всего на несколько сантиметров отклонился от траектории, мог легко потерять контроль над машиной. К счастью, на сликах уровень сцепления оказался достаточным.

Потом гонку остановили красными флагами, так как во втором повороте трасса была усыпана обломками. От моего преимущества не осталось и следа, а вдобавок перед рестартом я выехал в гравий! Похоже, мы раскрыли соперникам наш секретный способ прогревать шины! Хорошо, что обошлось без неприятностей.

Вопрос: Насколько важно было перехватить лидерство уже на старте?
Макс Ферстаппен: Всегда стараешься стартовать как можно лучше. Увидев, что мне удалось отлично сорваться с места, я сразу ринулся в атаку, поскольку преимущество позиции в Имоле исключительно важно.

Вопрос: Льюис, для вас гонка выдалась богатой на события. Какое чувство преобладает у вас после финиша?
Льюис Хэмилтон: Благодарность. Макс и Ландо сегодня сработали очень здорово, а я благодарен судьбе за усвоенный урок. В момент старта условия были сложными, я не лучшим образом сорвался с места. А потом… Знаете, я тоже человек и просто ошибся, это послужит мне уроком. Хорошо, что мне удалось вернуться на трассу и продолжить гонку.

Важно не то, как ты падаешь, а то, как поднимаешься. Здорово, что я сумел прорваться на второе место. У меня было отличное сражение с Ландо Норрисом на последних кругах гонки! И, конечно, уткнувшись в защитный барьер, я никак не мог предположить, что смогу финишировать на подиуме.

Вопрос: Вам пришлось бороться не только с Ландо. Насколько вам понравилось прорываться через пелотон?
Льюис Хэмилтон: Я был в восторге! Собственно, так и начиналась моя гоночная карьера: я выступал на капризном старом карте и практически всегда стартовал с далеких позиций. Можно сказать, эта гонка напомнила мне юность.

В Имоле обгонять очень сложно, но, похоже, тот прыжок на поребрике во втором повороте положительным образом сказался на балансе моей машины, она была очень быстра и на подсыхающем, и на полностью сухом асфальте.

Вопрос: Ландо, для вас это второй подиум в Формуле 1! За минувшие 24 часа вам пришлось пережить буквально весь спектр эмоций, расскажите, как всё прошло.
Ландо Норрис: Конечно, я очень доволен тем, как сработал сам, и как сработала команда. Если не принимать в расчёт финал квалификации, уик-энд прошёл фантастически здорово. Мы стабильно прогрессировали от сессии к сессии, и пусть начали уик-энд не лучшим образом, в итоге сумели сделать огромный шаг вперед.

Думаю, я хорошо выступил в квалификации. Я впервые ограничился всего одной попыткой в первой и второй сессиях, что позволило сберечь шины для финала. Мы были близки к результату поула, в какой-то момент я оказался третьим, но в итоге стартовал седьмым. И всё-таки можно сказать, мы с командой провели уик-энд практически идеально. В субботу я был раздосадован, но третье место в такой невероятной гонке – отличная награда и для меня самого, и для всех сотрудников McLaren.

Вопрос: Вам понравилось бороться с Льюисом?
Ландо Норрис: Это было непросто! Перед рестартом мы решили продолжить гонку на Soft, так как я не был уверен, что успею вывести Medium в рабочий режим. Обгонять в Имоле непросто, у Льюиса на этот счёт наверняка иное мнение, но, как мне кажется, шины мы выбрали верно.

Когда перед рестартом Макс выехал в гравий, я подумал, что Шарль Леклер воспользуется этим и, пока у Макса грязные шины, проведет атаку. Однако у самого Шарля в решающий момент возникла пробуксовка – в Ferrari ошиблись, сделав ставку на Medium. Я же отлично разогнался на Soft и сразу вышел на второе место.

Потом я старался беречь резину, понимая, что на последних кругах гонки мне будет очень непросто. Так и получилось. В сражении с Льюисом многое зависело от последних двух поворотов, нужно было обеспечить заряд батареи и вовремя его задействовать. Я как мог берег шины, но в какой-то момент задним колесам попросту не хватило сцепления на выходе из последнего поворота, и шансов удержать Льюиса не осталось.

Конечно, сражение было интересным! Здорово бороться с непривычными для нас соперниками – Red Bull Racing, Mercedes и Ferrari. Надеюсь, вы еще не раз увидите нечто подобное!

Вопросы по видеосвязи

Вопрос: (Эндрю Бенсон) Вопрос для Макса и Льюиса. Макс, в Бахрейне у вас была быстрейшая машина, но, как оказалось, это не гарантия победы. Льюис, после двух гонок вы наверняка понимаете, насколько сильную конкуренцию могут составить Макс и Red Bull Racing. С каким настроем вы ждете продолжения битвы за титул?
Макс Ферстаппен: Сезон длинный, нужно продолжать выкладываться на пределе. Я очень рад этой победе, но уже завтра мы вернемся к работе. Необходимо продолжать прогрессировать, чтобы весь сезон выступать на таком же высоком уровне.

Вопрос: Вам нравится соперничество с Льюисом?
Макс Ферстаппен: Конечно, да! Если бы я сражался за десятое место, удовольствия было бы намного меньше. Приятно на равных соперничать с Льюисом и Mercedes. Они долгое время доминировали в чемпионате, одолеть их очень сложно, но то, что я второй этап подряд беседую с вами на пресс-конференции после гонки, говорит о нашей высокой конкурентоспособности. Ситуация выглядит многообещающе, но, конечно, успех никому не гарантирован.

Вопрос: Льюис?
Льюис Хэмилтон: Я с воодушевлением жду продолжения нашего соперничества. Впервые за долгое время машина Red Bull Racing позволяет бороться за титул – уверен, по ходу всего сезона сражение будет невероятно плотным.

Вопрос: (Кристиан Ниммерволль) Вопрос ко всем, начиная с Макса. Макс, когда перед рестартом вы выехали в гравий, думали ли вы о том, что Шарль Леклер имеет полное право вас обогнать? Ранее по ходу гонки Серхио Перес выехал за пределы трассы, его обогнали двое гонщиков, и никого из них не оштрафовали. Стоило ли Шарлю нажимать на тормоза? Хотелось бы также услышать мнение Льюиса и Ландо.
Макс Ферстаппен: Я на короткое время оказался за пределами трассы, а когда вернулся, конечно, ехал медленно и строго прямо. Не думаю, что в такой ситуации сопернику можно обгонять. Кроме того, когда видишь, как машина впереди начинает скользить, ты интуитивно снижаешь скорость, поскольку не знаешь, в какую сторону её может бросить. Сложно сказать, всё решают мгновения – на реакцию у тебя есть не больше пары секунд. Притом шины могут сработать не лучшим образом, и ты сам отправишься в разворот.

Вопрос: Льюис, ваше мнение?
Льюис Хэмилтон: Я не знаю, что там было, поскольку ехал далеко позади!

Вопрос: Ландо, вы видели тот момент?
Ландо Норрис: Можно сказать, у меня было место в первом ряду! Забавная ситуация. По-моему, Шарль вполне мог провести обгон. Макс потерял контроль над машиной, а Леклер просто нажал на тормоза и практически остановился. Ему следовало проехать мимо, так как машина Макса была направлена в сторону защитного барьера.

Пожалуй, нам нужно уточнить у FIA, что считается выездом за пределы трассы – выезд всеми четырьмя колесами, или как было у меня в квалификации. Макс ехал очень медленно, и Шарль вполне мог выйти вперед. Окажись я на второй позиции, я бы точно так поступил, поскольку это даёт шанс на победу. Рискнуть стоило.

Вопрос: (Алекс Калинаускас) Льюис, хотел бы спросить о той ситуации, когда вы оказались в гравийной ловушке. Прошло какое-то время, прежде чем вы повернули руль и начали движение задним ходом. Что происходило в те несколько секунд, и почему для возвращения потребовалось больше времени, чем вам хотелось?
Льюис Хэмилтон: Я сразу нажал кнопку включения заднего хода, однако коробке передач потребовалось невероятно много времени, чтобы переключиться в нужный режим. Мне казалось, что эта затея в принципе не сработает. Я попытался выехать задним ходом, потом попробовал развернуться на месте, но едва не врезался в барьер и был вынужден второй раз ждать, когда коробка передач переключится в режим заднего хода. Когда машина пришла в движение, я думал: «Нужно продолжать ехать задним ходом и каким-то образом выбираться из гравия». Если бы я действовал иначе, то наверняка остался бы в том повороте – хорошо, что у меня получилось продолжить гонку!

Вопрос: (Жиль Ричардс) Льюис, понимаю, вы огорчены своей ошибкой, но вы продемонстрировали впечатляющий пилотаж и сумели прорваться на второе место. Как бы вы оценили это своё выступление на фоне, скажем, отдельных относительно легких побед, что случались у вас по ходу карьеры? Казалось, что та ошибка ставит крест на ваших шансах – насколько приятно отыграться в такой ситуации?
Льюис Хэмилтон: Когда в жизни сталкиваешься с какими-либо барьерами или трудностями, всегда испытываешь удовлетворение, если удается их преодолеть. Человека определяют не оплошности и промахи, а то, как он с ними справляется. Я редко допускаю ошибки, и мне было досадно оказаться в такой ситуации. Я понимал, что у ошибки есть свои причины, что другие гонщики сработали намного лучше, но, сидя в кокпите и наблюдая перед собой защитный барьер, я отказывался думать, что гонка на этом закончена.

Я вполне мог заглушить мотор, но благодарен небесам, что не сделал этого. Хорошо, что я всё-таки включил задний ход, смог вызволить машину из гравийной ловушки, а затем сумел превратить злобу в позитивный настрой, который помог продолжить борьбу. Эта ситуация стала для меня отличным уроком.

Вопрос: (Скотт Митчелл) Льюис, вы говорили о реакции на ошибку, а что вы скажете о дальнейших событиях? Выбираясь из гравия, вы оказались в круге позади лидера, но остановка гонки красными флагами вернула вас в борьбу. Очевидно, еще одним важным моментом была как раз та пауза по ходу гонки, когда вы смогли скорректировать свой настрой. О чем вы тогда думали?
Льюис Хэмилтон: Конечно, выбравшись из гравийной ловушки, я почувствовал облегчение, но понимал, что провел там несколько минут, и не знал, как много уступаю лидерам. Я думал, что проигрываю круг, и когда это подтвердилось, не представлял, на какой результат могу рассчитывать. Но условия оставались непростыми, что-то неизбежно должно было случиться. В какой-то момент обстоятельства сложились таким особенным образом, что я смог вернуться в один круг с лидерами, а затем и в борьбу за высокие позиции.

Вопрос: (Фил Дункан) Льюис, сегодня вы заработали девятнадцать очков, хотя рисковали не заработать ни одного. Понимаю, позади всего две гонки, но насколько, как вам кажется, этот результат важен для борьбы за титул, которая в этом году обещает быть невероятно острой? Макс, огорчились ли вы, когда Льюис финишировал вторым, хотя на рестарте он был девятым?
Льюис Хэмилтон: Конечно, второе место и девятнадцать очков очень важны для борьбы за титул. Если бы сегодня я разом уступил двадцать пять очков, отыграть отставание было бы очень трудно, особенно если учесть, что впервые за долгие годы у Red Bull Racing по-настоящему быстрая машина. Здесь они были быстрее нас и в квалификации, и в гонке. В субботу Макс допустил ошибку, без которой наверняка завоевал бы поул.

Борьба очень плотная, и нам самим это нравится. Здорово, что McLaren вернулись на высокие позиции, что Ferrari вновь конкурентоспособны. Думаю, впереди нас ждёт много непростых, но захватывающих гонок!

Вопрос: (Алекс Калинаускас) Вопрос для Макса и Льюиса. Расскажите о сражении в первом повороте гонки, где между вами был небольшой контакт. Как вы оцениваете действия соперника в той ситуации?
Макс Ферстаппен: Не думаю, что между нами был контакт

Льюис Хэмилтон: Был.

Макс Ферстаппен: Разве?

Льюис Хэмилтон: Да.

Макс Ферстаппен: Тогда мне нужно посмотреть запись.

Льюис Хэмилтон: У меня оказалась повреждена торцевая пластина переднего антикрыла.

Макс Ферстаппен: Не думаю, что контакт был, так что у меня нет ответа. Нужно посмотреть запись.

Вопрос: Макс, расскажите о том, как вы действовали на отрезке до первого поворота, а затем мы спросим Льюиса о его действиях...
Макс Ферстаппен: Я отлично сорвался с места и стремительно набирал скорость, но с холодными шинами сложно правильно определить точку торможения, а промахнуться мимо апекса при здешних гравийных ловушках уж точно не хочется – там легко повредить машину. Во второй поворот мы с Льюисом вошли бок о бок, сцепления с трассой очень не хватало, я вышел немного шире, чем хотелось бы, но Льюис к тому моменту уже оказался на желтом поребрике и был вынужден проехать по нему.

Вопрос: Льюис?
Льюис Хэмилтон: Я стартовал хуже Макса, но на входе во второй поворот, как мне кажется, был немного впереди. Я старался избежать столкновения, но Макс продолжал смещаться мне наперерез. Конечно, у нас был небольшой контакт, после которого мне пришлось проехать по поребрику, но хорошо, что пострадала одна лишь торцевая пластина переднего антикрыла.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости