Гран При Великобритании

Гран При Великобритании

Гран При Великобритании: Пресс-конференция в воскресенье

1. Льюис Хэмилтон (Mercedes)
2. Валттери Боттас (Mercedes)
3. Шарль Леклер (Ferrari)

Интервью на трассе

Вопрос: (Дженсон Баттон) Льюис, примите поздравления! Уверен, это очень эмоциональный момент для вас, не так ли?
Льюис Хэмилтон: У меня просто захватывает дух! Невозможно передать словами, какая честь для меня выступать перед моими соотечественниками, всей моей семьей и командой! На трибунах так много британских флагов, с каждым годом их становится всё больше – спасибо за это! Вам может показаться, что я привык ко всему этому, но знаете, у меня такое чувство, словно всё происходит впервые. Я безмерно благодарен всем, кто поддерживал меня в этот уик-энд – надеюсь, болельщикам понравилась гонка!

Вопрос: (Дженсон Баттон) На моей памяти это один из лучших Гран При Великобритании! Сегодня вы стали автором еще одного исторического достижения – шесть побед в Великобритании, никому до вас не удавалось подобное!
Льюис Хэмилтон: Я не смог бы добиться успеха без команды, без наших сотрудников на трассе и на базе, без их семей, которые поддерживают своих родных, когда те вдали от дома самоотверженно выкладываются на пределе. На результат работает почти 2000 человек, я – лишь звено в большой цепи. Я ценю усилия каждого сотрудника и счастлив выступать за эту команду!

Вопрос: (Дженсон Баттон) Валттери, для вас день выдался очень непростым. Вы отлично стартовали, сражались с Льюисом – в какой-то момент он вышел вперед, но вы провели блестящую контратаку в Copse. Вы контролировали ситуацию, но уступили из-за выезда машины безопасности...
Валттери Боттас: Даже не знаю, что сказать... Разумеется, поздравления Льюису, сегодня его очень здорово поддерживали болельщики. Я первым поехал на пит-стоп, после чего вроде бы контролировал отставание и по идее должен был вернуть себе лидерство, но на трассе появился автомобиль безопасности, поэтому Льюис провёл свой пит-стоп без потери времени и опередил меня. Кроме того, я перешёл на шины Medium, а это означало, что под конец дистанции мне предстоял ещё один визит в боксы. Полагаю, сегодня просто не мой день, но, по крайней мере, мой темп был хороший.

Вопрос: (Дженсон Баттон) Но вы опередили Льюиса в квалификации и на равных сражались с ним в гонке – можно ли сказать, что уик-энд оставил и позитивные моменты?
Валттери Боттас: Конечно, да. Вчера на трассе я был самым быстрым, борьба сегодня шла очень интересно – я продолжу сражаться, ещё ничего не закончилось.

Вопрос: (Дженсон Баттон) Шарль, болельщики назвали вас гонщиком дня! Фантастическая гонка, было невероятно интересно наблюдать ваше сражение с Максом Ферстаппеном!
Шарль Леклер: Пожалуй, эта гонка понравилась мне больше всего в моей карьере в Формуле 1. Здорово финишировать третьим.

Сегодня сложный день. На двух первых отрезках мы были не настолько быстры, как хотели. На шинах Hard машина вела себя лучше, но из-за сейфти-кара я потерял позицию. И всё же я очень доволен третьим местом и в восторге от борьбы на трассе.

Вопрос: (Дженсон Баттон) Вы выбрали отличную от соперников тактику и стартовали на Soft. На первом отрезке гонки эта тактика не помогла, но с выездом машины безопасности вы вернулись в борьбу и блестяще прошли Пьера Гасли! Эта гонка добавила вам уверенности в собственных силах?
Шарль Леклер: Определенно! Прошлая гонка в Австрии в некотором смысле открыла мне глаза – она показала, на что мы способны. По-моему, такая борьба, как здесь – это хорошо для Формулы 1. Я очень рад, что гонка прошла именно так.

Пресс-конференция

Пресс-конференция после гонки

Вопрос: Льюис, вы продемонстрировали невероятную скорость, а финальный круг в вашем исполнении стал быстрейшим в гонке! Да, сегодня вам помог выезд машины безопасности, но и темп вы держали просто фантастический...
Льюис Хэмилтон: На моей памяти это один из самых замечательных дней! Я помню свою первую победу в Сильверстоуне в 2008 году, и когда сегодня вышел из поворота Brooklands, помчался к линии финиша и увидел приветствующих меня болельщиков, испытал такое же чувство радости и счастья, что было у меня 11 лет назад. Я провел очень много гонок, и вполне могло получиться так, что я привыкну к первым местам, что эмоции будут менее яркими, однако успех по-прежнему воспринимается так же, как дебютная победа.

Я очень благодарен всем, кто помог мне выиграть эту гонку. У нас замечательная команда, в которой трудится почти 2000 человек, в субботу я встретился со многими из них на специальном мероприятии, организованном для их семей. Вряд ли они догадываются, насколько я всем им благодарен, и насколько это здорово – быть частью такого коллектива, превосходить рекорд за рекордом и каждый уик-энд расширять границы возможного.

Никогда не знаешь, получится ли выступить настолько здорово, как вышло сегодня, но у нас с Валттери было совершенно потрясающее сражение. Я обогнал его в седьмом повороте, Валттери остался на внутренней стороне трассы, но когда мы оба вышли на прямую, я не видел его в зеркалах и не мог «захлопнуть калитку», так как он мог оказаться совсем рядом – собственно так и было. Валттери сражался фантастически, и я подумал: «Хорошо, дождусь его пит-стопа, а потом попробую выйти вперед». Я рассчитывал проехать несколько кругов и переиграть напарника за счет тактики, но вскоре на трассу выехала машина безопасности, что очень мне помогло.

Вопрос: Валттери, для вас гонка сложилась непросто, машина безопасности появилась на трассе в крайне неудачный момент. Вы изначально планировали провести два пит-стопа?
Валттери Боттас: Согласен, не самый удачный день, но такова жизнь. Льюис пилотировал очень здорово, здесь у него фантастическая поддержка – мои поздравления!

На первых кругах у нас было очень интересное сражение – собственно, для этого мы выступаем в гонках, ради бескомпромиссной, но честной борьбы. Уверен, Тото Вольффу эта борьба понравилась меньше, чем нам обоим, но это не важно. После первого пит-стопа мне казалось, что ситуация под контролем, я держался на расстоянии, позволяющем после пит-стопа Льюиса снова оказаться впереди, и ждал, когда напарник отправится в боксы, но выезд машины безопасности позволил ему сохранить лидерство. Более того, я оказался заложником выбранной стратегии, так как на пит-стопе мне поставили шины Medium, и я в любом случае должен был заехать в боксы еще один раз – это было явным просчетом. Да, мы предполагали, что с двумя пит-стопами можно намного быстрее проехать дистанцию гонки, но можно было обойтись и одним.

Для меня всё сложилось не идеально, но я был достаточно быстр в квалификации и в гонке. Рад за команду, мы вновь добились максимального результата и опережаем ближайших соперников на какое-то невероятное количество очков – это повод для гордости. Но мне по-прежнему хочется выигрывать гонки, постараюсь сделать это уже через две недели.

Вопрос: Шарль, ваше сражение с Максом Ферстаппеном напоминало схватку на картодроме! Вы довольны тем, как всё прошло?
Шарль Леклер: Очень доволен, эта гонка была самой интересной в моей карьере в Формуле 1! Этап в Австрии буквально открыл мне глаза на то, насколько мы можем быть конкурентоспособны, и насколько агрессивная борьба допустима на трассе – хорошо, что гонка получилась по-настоящему боевой. Гонщикам всегда хочется сражаться агрессивно, именно это мы сегодня делали на протяжении всей дистанции. Это было весело, временами – на грани дозволенного, но всегда в рамках правил. Я получил огромное удовольствие!

Вопросы с мест

Вопрос: (Фил Дункан) Льюис, знаю, вы не следите за рекордами, однако сегодня записали на свой счёт еще одно историческое достижение, в шестой раз выиграв Гран При Великобритании. Ваш домашний этап присутствует в календаре уже семьдесят лет, но вы выигрывали его чаще, чем кто-либо – что это значит для вас?
Льюис Хэмилтон: Это невероятное ощущение, но вы правы, я никогда не следил за статистикой и всегда стараюсь сосредоточиться на конкретной гонке, такой подход для меня работает. Я слышал, как люди обсуждали количество моих поулов в Сильверстоуне, но я обычно не обращаю внимания на подобные разговоры и просто стараюсь сработать на пределе.

Здорово, что у меня есть возможность бороться за самые высокие результаты. До финиша этой гонки я не думал, сколько раз побеждал в Сильверстоуне, и когда мне сказали, что это уже шестой успех… Знаете, я наблюдал за многими великими гонщиками, с некоторыми из них мне посчастливилось встретиться и даже поработать. Для меня повторить их достижения, добиться такого же или даже большего количества побед невероятное, но очень приятное событие.

Вопрос: (Жиль Ричардс) Льюис, в субботу вам пришлось отвечать на неудобные вопросы о том, в какой мере вы являетесь британцем. Сегодня после победы вы попросили у маршалов британский флаг и с ним поднялись на подиум. Вам было важно сделать это?
Льюис Хэмилтон: Выиграть эту гонку?

Вопрос: (Жиль Ричардс) Поднять над собой британский флаг...
Льюис Хэмилтон: Для любого спортсмена это большая честь – поднять над головой флаг своей страны, добившись успеха на родной земле. В Великобритании я всегда получаю колоссальную поддержку, она добавляет мне сил, но с ней приходит и большая ответственность. Многие болельщики вынуждены экономить, чтобы позволить себе поездку на гонку, купить атрибутику, флаг, и в такой ситуации очень хочется порадовать их хорошим результатом.

А ещё всегда хочется не просто выступить в свою силу, но сработать на команду. В Сильверстоун приехало почти 40 моих родственников, как со стороны мамы, так и со стороны отца, многие из них – выходцы с Карибских островов. Мне очень хотелось их всех порадовать, и когда я финишировал первым и увидел вокруг британские флаги, я всячески пытался показать – эй, парни, дайте же мне один из них, чтобы спустя много лет я мог посмотреть эту гонку, увидеть себя в машине с флагом и с улыбкой вспомнить этот уик-энд.

Вопрос: (Фредерик Ферре) Шарль, насколько непросто вам было обороняться от атак Макса Ферстаппена? Какой момент в том сражении, продолжавшемся почти десять кругов, вам понравился больше всего?
Шарль Леклер: Сложно сказать. Похоже, нам нужно поработать над гоночным темпом, чтобы шины работали так же здорово, как у Mercedes и Red Bull Racing. Лучшим моментом, пожалуй, была контратака на Макса по внешнему радиусу в Copse – он опередил меня, но я сразу смог вернуть позицию. Это был один из самых захватывающих эпизодов гонки!

Вопрос: (Луиш Васконселош) Льюис, Валттери, команда изначально планировала для вас разные стратегии? Если нет, как вы среагировали, когда поняли, что стратегии всё же отличаются?
Льюис Хэмилтон: Наши стратеги проанализировали множество возможных вариантов и в воскресенье утром на командном брифинге представили с десяток разных стратегий на случай, если мы потеряем позиции, удержим позиции или обменяемся ими. В этом плане команде приходится очень непросто, ведь мне и Валттери одинаково хочется финишировать первым, и стратеги вынуждены искать для нас обоих варианты, обеспечивающие более-менее равные шансы.

Конечно, в большинстве сценариев преимущество получает тот, кто лучше сработал в квалификации, и зачастую опередить напарника можно разве что на трассе. Мы обсуждали разные схемы, быстрее всего преодолеть дистанцию гонки можно было с вариантом Medium – Medium – Hard, но были и альтернативы. Для себя я решил, что на второй отрезок возьму шины Medium, а до этого постараюсь дотянуть на стартовом комплекте до 20-го или 21-го круга.

Знал ли я, что в моем случае команда ограничится единственным пит-стопом? Нет, но гонщики сами должны быть отчасти стратегами и ориентироваться по ситуации, ведь по ходу гонки всегда появляются новые факторы. Здорово, что сегодня выбранная стратегия позволила мне и Валттери активно бороться на первых кругах – уверен, соперники предполагали, что мы будем беречь шины, однако мы сражались на пределе, ведь именно такими должны быть гонки, верно?

Вопрос: Валттери, что скажете о стратегии?
Валттери Боттас: Да, в команде изначально планировали разную стратегию для меня и Льюиса. Одному из нас предстояло на втором отрезке перейти на шины Hard, но схема предполагалась либо Medium – Hard – Medium, либо Medium – Hard – Soft, вариант с единственным пит-стопом всерьез не рассматривался – и это было ошибкой. Как оказалось, вариант Medium – Hard был быстрейшим, хотя мы так не считали. Что ж, это послужит нам уроком на будущее.

Вопрос: (Бен Хант) Для Формулы 1 не всё потеряно – на двух отличных трассах мы увидели две интересные гонки! Возможно, имеет смысл реконструировать другие трассы, чтобы борьба стала более захватывающей?
Шарль Леклер: В Сильверстоуне и Шпильберге можно обгонять, потому и гонки на этих трассах получаются зрелищными. Сегодня мне было приятно сражаться за третье место, но если мы сумеем сократить отставание от Mercedes, будет намного интереснее. Конечно, конфигурация трассы напрямую влияет на количество обгонов, и если в расписании сезона будет больше автодромов вроде Сильверстоуна и Red Bull Ring, это пойдет на пользу Формуле 1.

Льюис Хэмилтон: В истории нашего спорта у гонщиков никогда не спрашивали советов по поводу конфигурации трассы, хотя мы лучше всех знаем, где можно обгонять, а где – нет. Мне не известно, кто делает выбор, я понимаю, что в каждой стране далеко не каждый автодром способен принять Гран При Формулы 1, но почему-то на тех из них, что в итоге получают место в расписании сезона, гонки оказываются не такими уж зрелищными.

Меня часто спрашивают о любимых автодромах, и Сильверстоун – один из таковых, поскольку здесь можно вплотную преследовать соперника. Еще я назвал бы трассу в Остине – да, она новая, но построена по тем же принципам, что Сильверстоун. В то же время у нас есть немало трасс, где подобраться на дистанцию атаки невозможно, и гонка напоминает сплошную процессию. Возникает вопрос, что вы предпочтёте: гоняться в отдельных странах ради самого факта проведения Гран При, или всё же наблюдать по-настоящему интересные гонки вроде сегодняшней? Если второе, тогда набор трасс нужно пересмотреть.

В свое время в Хоккенхайме была потрясающая по конфигурации трасса. Да, нынешняя версия тоже неплохая, но предыдущая была во многом уникальна, там всегда получались интересные гонки, но по каким-то причинам было принято решение всё перестроить. В Австрии тоже отличная трасса, однако Ники Лауда рассказывал мне, что в предыдущей конфигурации она была еще лучше.

Хочется верить, гонщики смогут принять участие в разработке правил на 2021 год, ведь мы здесь для того, чтобы помочь Формуле 1 стать лучше. Мы счастливы выступать в разных странах мира, но если в руководстве спорта готовы прислушаться к идее скорректировать конфигурацию отдельных трасс или проводить этап на другом автодроме, мы будем рады помочь им советом.

Вопрос: Валттери?
Валттери Боттас: Полностью согласен с Льюисом. Вы сами понимаете, всё дело в выборе трасс – многие из них были включены в расписание сезона в силу политических или финансовых мотивов, а не по признаку того, насколько их конфигурации способствуют интересной борьбе. С позиции гонщиков это не очень-то хорошо, ведь мы обожаем гонки и хотим, чтобы сражение было максимально зрелищным.

Как заметил Льюис, мы охотно помогли бы советом, ведь гонщики точно знают, какими должны быть трассы. У Формулы 1 большие планы на 2021 год, хочется верить, что и в этом аспекте ситуация изменится к лучшему.

Вопрос: (Кристиан Менат) Льюис, в конце гонки вы знали, что с шинами Soft Валттери попытается проехать лучший круг гонки? Почему вы отказались перейти на Soft? Вы были уверены, что сможете проехать быстрее на изношенных шинах Hard?
Льюис Хэмилтон: Нет, я спрашивал себя, а есть ли смысл так рисковать? Отрыв позволял перейти на Soft без потери позиции, но нужно было не ошибиться на въезде на пит-лейн, безупречно провести саму смену шин. Для механиков пит-стоп всегда связан с прессингом – нет, я в них не сомневался, просто не хотелось испытывать судьбу.

Мне удалось сэкономить ресурс шин Hard, они позволяли ехать до самого финиша, но на поверхности образовывались пузыри, и я сомневался, не стоит ли свернуть в боксы. Но затем я подумал: «Так, осталось всего семь кругов, с моим темпом соперникам будет сложно отыграть отставание в 21 секунду». Я редко позволяю себе поступать вразрез с мнением команды, но сегодня решил, что так будет лучше.

Мы предполагали, что тактика с двумя пит-стопами будет оптимальной, просто так сложилось, что я смог сберечь ресурс шин, и это позволило ограничиться одним визитом в боксы. В пятницу на длинной серии кругов я выглядел фантастически здорово, шины изнашивались у всех, кроме меня. Я постарался повторить это в гонке, и хорошо, что в итоге всё получилось!

Вопрос: (Люк Смит) Льюис, вы говорили о сражении с Валттери. Насколько важно для вас доверять напарнику, чтобы сражаться с ним колесо в колесо, зная, что это сражение будет жестким, но корректным и безопасным?
Льюис Хэмилтон: Не секрет, что Валттери хочет одолеть меня, а я хочу одолеть его. У нас обоих боевой дух силен, как никогда, и в такой ситуации крайне важно иметь взаимоуважение. Я знаю, насколько сложно завоевать поул в Сильверстоуне, в субботу Валттери сработал по-настоящему здорово. И я знаю, каких усилий стоит нам обоим каждый уик-энд выкладываться на пределе, чтобы оставить позади прочих соперников, потому мы с большим уважением относимся друг к другу.

Нам всем хочется плотной борьбы, но сражение с напарником отличается от схватки с гонщиком другой команды. Например, в борьбе с Ferrari мы тоже проявляем уважение, но всё же больше рискуем и можем позволить себе оттеснить соперника.

Перед стартом мы с Валттери всегда обсуждаем, как будем действовать в первом повороте, чтобы не допустить столкновения. Обогнав его сегодня, я вполне мог сместиться на апексе и «захлопнуть калитку», но это было бы неправильно. Да, в результате Валттери провел контратаку, но таковы гонки. Главное, что наше сражение было честным.

Я рассчитывал, что мы сможем побороться на более поздней стадии гонки. Валттери держал очень хороший темп, я ехал в полутора секундах позади него и планировал дольше задержаться на трассе, чтобы после пит-стопа воспользоваться преимуществом свежих шин и всё-таки оказаться впереди, но за меня всё решил выезд автомобиля безопасности. В любом случае, сражение с Валттери было невероятно захватывающим!

Вопрос: Валттери, желаете что-то добавить?
Валттери Боттас: Всё именно так, как сказал Льюис.

Вопрос: (Кейт Коллантайн) Льюис, после ваших слов о необходимости уменьшить вес машин Формулы 1, президент FIA Жан Тодт сказал, что один из вариантов – возвращение дозаправок. Говоря о задаче сделать гонки менее предсказуемыми, он предположил, что можно было бы отказаться от электронных помощников, не дающих мотору заглохнуть, уменьшить количество всевозможных датчиков и ограничить обмен информацией между инженерами на трассе и на базе. Что вы об этом думаете? Шарль, Валттери, хотелось бы услышать и ваше мнение.
Льюис Хэмилтон: Вряд ли многое из того, что вы перечислили, изменит характер гонок, за исключением разве что снижения массы машин. Сейчас машины год от года становятся всё тяжелее, растет скорость, увеличивается прижимная сила, притом в условиях ограничений на тесты Pirelli очень сложно разработать шины, способные выдержать большую массу.

На более легких машинах мы могли бы сражаться агрессивнее. На последних кругах сегодняшней гонки мы могли позволить себе атаковать даже на очень изношенных шинах, поскольку топлива в баках оставалось мало, и машина весила намного меньше. В общем, более легкие машины могли бы стать неплохим вариантом на перспективу, однако есть еще немало идей, которые вы не назвали. Сейчас я их не вспомню, но в рамках GPDA мы точно многое обсуждали.

Валттери Боттас: Если машины станут легче, это положительным образом скажется и на шинах, и на остроте борьбы, а в конечном итоге мы сами и зрители будем получать больше удовольствия от гонок!

Шарль Леклер: Мне самому не доводилось гоняться с дозаправками, но наблюдать за ними было очень интересно, и если их можно вернуть в Формулу 1, то почему бы и нет? Впрочем, основная проблема – большая масса машин, её нужно решать отдельно.

Ограничение на обмен информацией? Вы имеете в виду полный отказ от телеметрии? Думаю, здесь нужно учитывать техническую сложность современных машин, в работе с ними нам требуется помощь инженеров. Возможно, определенные ограничения имеют смысл, но совсем отказываться от обмена информацией нельзя.

Льюис Хэмилтон: Машина не должна иметь массу в 730 килограммов. Еще несколько лет назад её масса была около 600 килограммов, и когда я говорил об этом с инженерами, они заверили меня, что в случае корректировки регламента смогут сделать настолько легкую машину. Собственно, для этого достаточно убрать с неё некоторые элементы и системы.

Вопрос: (Ливио Орихио) Валттери, на девятнадцатом круге Льюис опережал вас всего на 17, 4 секунды и после своего пит-стопа, скорее всего, оказался бы в пяти-шести секундах позади. Что вы об этом думаете? Льюис, в конце гонки вы опережали Валттери на 21 секунду, к тому моменту шины Hard у вас проехали уже 33 круга, однако финальный круг в вашем исполнении оказался быстрейшим. Похоже, вы как никогда уверены в собственных силах, не так ли?
Валттери Боттас: Не уверен, что я мог оказаться в пяти секундах впереди Льюиса. Я опережал его всего на пару секунд, но свернул в боксы раньше, чтобы переиграть прочих соперников, и далее берёг шины, понимая, что на втором отрезке гонки у Льюиса будет преимущество за счёт более позднего первого пит-стопа. Я старался не атаковать слишком агрессивно и держал ровно такой темп, которого было достаточно, чтобы снова оказаться впереди после пит-стопа Льюиса, но из-за выезда машины безопасности побороться не получилось.

Льюис Хэмилтон: С самого начала уик-энда мы с Валттери не работали с составом Hard, поскольку у нас было по одному комплекту этих шин. Состав Medium, на которым мы оба стартовали, оказался достаточно износостойким – знаю, у всех команд он работал по-разному, но с ним первый отрезок гонки сложился для нас очень здорово. Мы ехали в секунде друг от друга, потом Валттери отправился в боксы, а я… Знаете, я не планировал менять шины на двадцать первом круге, мне хотелось проверить, насколько долго с ними можно оставаться на трассе. Я атаковал, но всё равно был вынужден еще прибавить, поскольку Валттери на свежей резине ехал очень быстро и после моего пит-стопа мог перехватить лидерство. Преимущество постепенно таяло, я был близок к тому, чтобы, наконец, свернуть в боксы, когда на трассу выехала машина безопасности. Если бы обошлось без неё, я вернулся бы на трассу в двух секундах позади Валттери, но с более свежими шинами.

После рестарта Валттери оказался очень быстр. Шины Hard всё же медленнее Medium, и мне было бы сложно довольно долго сдерживать натиск со стороны напарника, но дело в том, что Валттери предстоял еще один пит-стоп, а я понимал, что останусь на Hard до самого финиша.

Быстрейший круг? Я не знал, насколько быстро смогу проехать, но до этого следил за шинами, и они были в очень неплохом состоянии, разве что спереди справа ощущалась небольшая вибрация. В этом сезоне за быстрейший круг начисляют дополнительное очко, не скажу, что эта идея мне очень нравится, но побороться за результат всегда приятно.

На дистанции все стараются беречь машину и топливо, но на последних кругах гонщики резко прибавляют в скорости в расчете заработать дополнительное очко. Мне сообщили, какое время показал Валттери, я подумал: «Ого, не знаю, получится ли проехать настолько быстро», - а затем утопил педаль газа в пол.

Я атаковал так, словно это была квалификация, а круг должен принести мне поул – это было просто потрясающе! Нет лучшего способа завершить гонку, чем мчаться на пределе, едва удерживая машину на траектории – это был лучший финальный круг в моей карьере!

Вопрос: (Стивен Кэмп) Льюис, ваш быстрейший круг в конце гонки – можно ли сказать, что вы показали его не только для того, чтобы упрочить и без того огромное преимущество в личном зачете чемпионата, но и чтобы нанести удар Валттери и совершенно четко обозначить свои претензии на очередной титул? Валттери, вы проехали очень быстрый круг на шинах Soft, однако Льюис смог превзойти ваш результат на Hard – что вы об этом думаете? Не знаю, насколько вы успели израсходовать ресурс шин, но его явно должно было хватить, чтобы проехать круг быстрее Льюиса.
Льюис Хэмилтон: У нас с Валттери нет личной вражды. Да, по ходу уик-энда каждый из нас пытается создать прессинг и оказаться впереди, но я не начинаю этап с мыслью, что должен непременно увеличить отрыв. Я стараюсь понять, как добиться победы. Каждый уик-энд складывается по-своему, но в целом эти первые десять гонок я провел сильнее, чем в предыдущие годы.

На тестах в Барселоне Ferrari были очень быстры, нам не удавалось ответить им хорошим темпом, и мы очень нервничали. Если бы тогда мы не разобрались в причинах, мы бы сейчас не лидировали в чемпионате с таким преимуществом. Притом мы стремимся стать еще сильнее, готовим разные модификации, стараемся лучше понять поведение машины. В Формуле 1 по ходу сезона все участники добиваются большого прогресса, и мне очень любопытно взглянуть, смогут ли в Ferrari еще эффективнее работать с шинами, и сможем ли мы сами добиться еще большей прижимной силы.

Валттери Боттас: В конце гонки у меня оставалось больше топлива, чем у Льюиса, но я всё же попытался с шинами Soft оставить за собой быстрейший круг. Да, меня удивила его скорость на Hard, но это лишь доказывает, что мой напарник отлично контролировал состояние шин: износ оказался настолько небольшим, что Льюис смог побороться за лучший круг. К тому же, наши расчеты показывали, что на Hard можно держать хороший темп. Иных комментариев у меня нет, Льюис просто проехал быстрее.

Вопрос: (Саймон Эмберли) Шарль, в предыдущих Гран При ваши результаты были стабильнее результатов Себастьяна Феттеля. В этой гонке ваш напарник вновь допустил ошибку и врезался в Макса Ферстаппена. В личном зачете чемпионата вас разделяют всего три очка – рассчитываете ли вы, что в предстоящих гонках команда сосредоточится на вас, тогда как ранее она больше работала на Себастьяна?
Шарль Леклер: Не знаю. Команда всегда действует так, чтобы добиться максимально возможного результата, так было с самого начала сезона. В одних гонках преимущество было у Себастьяна, в других – у меня. По ходу первых этапов ситуация чаще складывалась в пользу моего напарника, но команда всегда старается добиться максимального результата с обоими гонщиками – уверен, так будет до конца сезона.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости