Гран При Китая: Пресс-конференция в четверг

Гран При Китая: Пресс-конференция в четверг

Участники: Кими Райкконен (Alfa Romeo), Александер Элбон (Toro Rosso), Роман Грожан (Haas), Серхио Перес (Racing Point)...

Вопрос: Джентльмены, поскольку предстоящая гонка будет 1000-й в истории Формулы 1, предлагаю окунуться в воспоминания. Когда вы наблюдали за гонками по телевизору или с трибун, что пробудило в вас желание стать гонщиком Формулы 1? Роман, начнем с вас.
Роман Грожан: Я начал смотреть гонки вместе с отцом много лет назад – тогда была эпоха противостояния Алена Проста и Айртона Сенны, за их сражением было безумно интересно наблюдать. Папа обожал автомобили и однажды привез меня на гонку – пусть не Формулы 1. Я увидел, как машины мчатся по трассе, и понял, чем хочу заниматься.

Позднее мне посчастливилось побывать на Гран При Монако, посмотреть свободные заезды в четверг, услышать невероятный звук моторов – это было неповторимое впечатление! А в очереди в туалет я тогда встретил Дэвида Култхарда, и он сказал: «Ступай первым, сынок!» С тех пор он меня так и называет – «сынок»! Помнится, я ответил: «Нет-нет, проходите!» Да, потрясающее воспоминание!

Вопрос: Серхио?
Серхио Перес: Я тоже впервые смотрел гонку вместе с отцом, и это был этап в Имоле в 1994 году, когда погиб Айртон Сенна. Шокирующий момент, больше для моего отца, чем для меня самого, ведь я тогда не вполне понял, что произошло.

У Мексики не очень богатая история в Формуле 1, для моих земляков она долгие годы казалась далекой, почти недостижимой. Прошло много лет с тех пор, как в чемпионате выступал мой соотечественник, но в нашей семье всегда любили гонки, я с малых лет мечтал стать гонщиком Формулы 1 и еще ребенком отправился в Европу, чтобы начать борьбу за право оказаться в пелетоне.

В Мексике Формулу 1 показывают очень рано, в шесть или семь часов утра, и я помню, как по выходным, когда совсем не хочется вставать с кровати, я оказывался перед телевизором, чтобы посмотреть гонку. И еще я помню, как следил за выступлениями тогда еще совсем молодого Кими!

Вопрос: Кими?
Кими Райкконен: Не помню, в каком году это было, но точно давно, в восьмидесятых. Кажется, это была гонка, в которой на машине Кеке Росберга на прямой взорвалась шина – возможно, этап в Аделаиде. Я, разумеется, болел за соотечественника, но не думал, что сам…

Знаете, детям свойственно мечтать, но когда я начал заниматься картингом, то не особо верил в то, что попаду в Формулу 1, ведь для этого нужно располагать определенной денежной суммой. Веры прибавилось, когда к делу подключились мои менеджеры, я все-таки оказался в Формуле 1, а последующие годы пролетели практически незаметно.

Вопрос: Александер?
Александер Элбон: Моим кумиром был Михаэль Шумахер, так что следил я именно за ним. Я просто сходил с ума по Ferrari. Может быть, я не должен сейчас этого говорить, я не знаю. (смеётся) Но да, я болел за Шумахера.

Думаю, началось всё, когда мне было шесть лет. Я приехал в Сильверстоун, и там был конкурс, нужно было угадать гонщиков, которые финишируют на трёх первых местах, в правильном порядке. И я просто выбрал трёх своих любимых гонщиков – Шумахера, Рубенса Баррикелло, и, вроде бы, Монтойю. И вышло так, что в итоге я победил. Хотя Баррикелло поначалу оказался последним, и я уже ничего не ждал, но в итоге выиграл, и меня пригласили в хоспиталити Ferrari. Там я смог пообщаться с Михаэлем и Рубенсом. С тех пор я влюбился в Ferrari и был её самым настоящим фанатом.

Вопрос: Спасибо каждому из вас! Александер, продолжим с вами. В Австралии и Бахрейне вам удалось опередить напарника в квалификации. Расскажите, как складывается для вас процесс адаптации к Формуле 1...
Александер Элбон: За короткое время я многому научился. Первые тесты в Барселоне, ощущение скорости… Знаете, машины Формулы 1 настолько продуманны, что ты буквально с первых минут чувствуешь себя вполне комфортно, гораздо больше приходится работать над взаимодействием с командой и способностью выжимать из машины максимум, а это всё приходит с опытом. Я наблюдал, как Даниил Квят общается с инженерами, как рассказывает им о поведении машины – это мне очень помогло, как и работа на симуляторе. Должен сказать, пока всё складывается неплохо.

Вопрос: К этой гонке вы как-то по-особенному оформили свой шлем?
Александер Элбон: Да, в честь принца Бира – я подумал, что будет прекрасно вот так напомнить об истории выступления представителей Тайланда в Формуле 1. На шлеме есть пара изображений, а мой номер в этот уик-энд выкрашен в синий и желтый – цвета, под которыми выступал Бира.

Вопрос: Роман, вам явно хочется, чтобы предстоящий уик-энд сложился удачно. Как прошли тесты в Бахрейне? Команде удалось разобраться, почему в предыдущей гонке машине не хватило скорости?
Роман Грожан: Собственно, уже в первых поворотах той гонки я получил прокол, что точно не помогло. Тесты прошли неплохо – да, во вторник помешал неожиданный для всех дождь, но в среду мы собрали достаточно информации и опробовали интересные настройки, которые, возможно, используем в этот уик-энд.

Наша машина быстра, иначе мы бы не квалифицировались два этапа подряд в первой десятке. Есть ощущение, что в воскресенье в Бахрейне нам просто не хватало определенной информации, которую мы позднее получили на тестах.

Сейчас команде нужно просто чуть больше везения, чтобы провести уик-энд без каких-либо инцидентов – тогда и результат окажется неплохим.

Вопрос: Вы тоже как-то иначе оформили шлем?
Роман Грожан: Я скорректировал дизайн, окрасив шлем целиком в белый цвет и добавив официальный логотип тысячной гонки. Ничего из предыдущих сезонов на шлеме не представлено – к слову, я привык в конце года выбрасывать всю экипировку, но моей жене, к счастью, удается каждый раз уговорить меня оставить хотя бы одну вещь!

С каждого сезона – от картинга до нынешнего сезона Формулы 1 – у меня хранится один комбинезон, и все разом они смотрятся потрясающе! Кроме того, я храню несколько шлемов, значащих для меня чуть больше прочих – скажем, шлем, в котором я провел свою сотую гонку. Тысячная гонка в истории – тоже событие, потому нынешний шлем тоже наверняка займет свое место на полке. Мне определенно нравится его дизайн, он выглядит классически – будет здорово выступить в нём в Китае!

Вопрос: Серхио, для Racing Point нынешний сезон начался непросто, хотя в Бахрейне вам удалось заработать очки. С машиной есть какие-то проблемы?
Серхио Перес: У нас не было достаточно времени, чтобы протестировать подготовленный к старту сезона пакет обновлений, и с ним мы оказались далеко не в лидерах середины пелотона. Да, нам удалось заработать очки в Австралии и Бахрейне, но в целом мы пока недостаточно быстры и находимся не на тех позициях, на которых хотим быть.

Впрочем, сезон длинный, и мы не раз доказывали: не важно, как идут дела в данный момент – важнее, на каких позициях вы будете к этапу в Абу Даби. Мы понимаем суть проблем, нам предстоит проделать большую работу, но я уверен, что все поставленные перед командой цели будут достигнуты.

Вопрос: Что скажете про дизайн шлема?
Серхио Перес: Он практически не изменился, я разве что добавил официальный логотип тысячной гонки. Для гонщика большая честь участвовать в юбилейном уик-энде, и мне точно так же, как Роману, хочется спустя много лет смотреть на этот шлем и вспоминать, что я выступал в тысячной гонке в истории Формулы 1.

Вопрос: Кими, вы и Alfa Romeo великолепно начали сезон, заработав очки в обеих прошедших гонках! В чем сильные стороны вашей машины? Её скорость заставила вас пересмотреть цели на сезон?
Кими Райкконен: Нет, не заставила, ведь у меня в принципе нет каких-то конкретных целей на сезон. Мне практически нечего сказать о прошлогодней машине – да, я работал с ней на тестах, но то была всего одна трасса, мне сложно судить о том, чем конкретно нынешняя машина лучше своей предшественницы, но в целом команда сработала здорово и добилась огромного прогресса. Конечно, есть еще немало возможностей для улучшений, попытки добиться еще большей прижимной силы не имеют предела, но в целом машина уже быстра, мы прекрасно понимаем её поведение, а специалисты команды способны предложить новые идеи во всех областях. Скорости никогда не бывает достаточно, но об этом вам скажут в любом коллективе. Нынешний базис позволяет стабильно прогрессировать, мы будем продолжать прилагать максимум усилий, а там посмотрим, на каких позициях окажемся в конце сезона.

Вопрос: Какие-либо изменения в дизайне шлема к тысячной гонке?
Кими Райкконен: Нет. Я хотел провести гонку в шлеме с открытым лицом, но, как оказалось, это противоречит правилам!

Вопросы с мест

Вопрос: (Дитер Ренкен) Серхио, вы сказали, что дизайн вашего шлема практически не изменился, но у меня есть информация, что шлем всё-таки иной. Изменился производитель?
Серхио Перес: Да, я вернулся к шлемам Bell. Я долгое время сотрудничал с компаний Schuberth и безмерно благодарен им за потрясающие шлемы, но недавно мне представилась возможность сменить поставщика, и я подумал, что шлемы Bell тоже хороши. Я начинал карьеру в Формуле 1 с Bell и с этой гонки возвращаюсь к ним.

Вопрос: (Стивен Вейд) Кими, этим летом вы можете побить рекорд по наибольшему количеству проведенных гонок. Вы уже добились немалых успехов, как вам удается сохранять мотивацию и выступать настолько уверенно?
Кими Райкконен: Не знаю. Я не стараюсь как-то особенно себя мотивировать, для меня гонки в последнее время больше похоже на хобби, так намного веселее. Кроме того, я всегда стараюсь сработать по максимуму, иногда получается чуть лучше, иногда – чуть хуже, но так бывает, когда проводишь много гонок. Да, временами приходится трудно, но с мотивацией у меня никогда не было сложностей. Многим думается иначе, но знаете, у каждого есть право на свое мнение – я просто делаю то, что в моих силах, а когда почувствую, что не соответствую собственным ожиданиям, найду себе другое хобби.

Вопрос: (Михаэль Баттерворт) Вопрос ко всем. Что вы думаете о трассе в Шанхае, и есть ли у неё некая особенность, которая делает конфигурацию уникальной или особенно сложной?
Александер Элбон: Для меня это первый уик-энд в Шанхае, мне сложно отвечать на ваш вопрос. По опыту работы на симуляторе могу лишь сказать, что здесь, очевидно, при прохождении поворотов можно выбирать совершенно разные траектории. Вираж следует за виражом, можно агрессивно действовать на входе или наоборот, пытаться отыграться на выходе. Конфигурация очень техничная и, безусловно, интересная.

Кими Райкконен: Да, конфигурация неплохая. Она ничуть не изменилась с момента моей первой гонки в Шанхае, пилотировать здесь по-настоящему весело и, к тому же, можно обгонять.

Серхио Перес: Трасса довольно протяженная, с длинными прямыми и затяжными поворотами. В начале уик-энда всегда сложно не промахнуться мимо апекса в первом повороте, гонщики часто допускают там ошибки. Кроме того, ситуация с ветром здесь всегда непростая, в этом плане китайская трасса по-своему уникальна. Как правило, гонки в Шанхае получаются интересными, а быстрый круг оставляет очень приятные эмоции – лично мне всё это нравится.

Роман Грожан: Хорошая трасса, а один из непростых моментов – вовремя приехать на неё утром! Как сказал Кими, гоняться здесь весело, в квалификации быстрый круг способен по-настоящему порадовать, а на дистанции крайне важно следить за состоянием шин – особенно передних, которые испытывают большую нагрузку в первом, седьмом, восьмом и тринадцатом поворотах. Разница в скорости может быть очень существенной в зависимости от того, насколько агрессивно ты работаешь с резиной, а это приводит к интересным сражениям!

Вопрос: (Стюарт Кодлинг) Александер, сейчас активно обсуждаются правила на 2021 год и далее. Цель – добиться более равномерной конкурентоспособности всех команд, чтобы по ходу гонок было больше борьбы и результативных атак. Считаете ли вы, что предлагаемое снижение объема собираемой информации будет этому способствовать, или в новой ситуации дебютантам придется намного сложнее?
Александер Элбон: Не думаю, что сокращение объема собираемой информации как-то скажется на обгонах. Как мне кажется, данные нужны разве что для улучшения результата на круге, на результативность атак они не влияют.

Вопрос: Если данных не будет совсем, вам будет сложнее?
Александер Элбон: В целом – да. В Формуле 1 информация значит очень много, она крайне важна для адаптации к трассе и борьбы за чуть лучший результат на круге. Лично я постоянно сравниваю свою телеметрию с телеметрией Даниила Квята. Некоторые гонщики анализируют информацию больше других, я из тех, кто много работает с данными – мне это нужно, чтобы добиться большей скорости, а к обгонам это не имеет никакого отношения.

Вопрос: (Велимир Юкич) Кими, говорят, что с появлением ребенка гонщик теряет секунду на круге, с появлением второго – еще одну и так далее. Следуя этой логике, вы должны были стать медленнее на две секунды – как вам удалось не потерять в скорости?
Кими Райкконен: Видимо, я смог каким-то образом прибавить в скорости и всё компенсировать! Если честно, не думаю, что дети как-то влияют на результаты, в Формуле 1 часто сочиняют историю буквально из ничего. Лично я с прибавлением в семье не ощутил никаких перемен в пилотаже – видимо, это всё-таки зависит от самого гонщика. Да, иногда эффект возможен, но не в моем случае. Вне гонок жизнь постоянно меняется, но рождение детей никак не сказалось на моих выступлениях.

Вопрос: Давайте зададим этот же вопрос Серхио и Роману…
Серхио Перес: Согласен с Кими, дети никак не влияют на скорость. Находясь в кокпите, гонщик Формулы 1 не думает о том, что у него есть семья и дети, а изо всех сил стремится ехать максимально быстро. Вне гонок, конечно, с появлением детей меняется многое – спать приходится меньше, и в такой ситуации этап чемпионата становится чуть ли не выходным, когда можно поспать дольше! Но дети – это здорово, и они никак не влияют на скорость. Если бы с каждым прибавлением в семье мы теряли по секунде, это означало бы, что в прошлом мы были невероятно быстры, ведь две секунды на круге – колоссальная разница.

Вопрос: Роман, желаете что-то добавить?
Роман Грожан: Думаю, парни всё верно подметили. С рождением ребенка меняется вся твоя жизнь вне гонок, ты иначе оцениваешь перспективы, но это больше помогает, а не делает тебя медленнее. Когда после неудачного уик-энда возвращаешься домой, ты не вспоминаешь о неприятностях – родные любят тебя, ты любишь их больше всего на свете и думаешь о будущем, а не о прошлом. И если из-за трех детей я потерял три секунды, то здорово, что у меня до сих пор получается квалифицироваться в первой десятке!

Вопрос: Александер, есть ли у вас дети, о которых мы не знаем?
Александер Элбон: Нет!

Вопрос: (Жюльен Биллете) Как, по-вашему, будет выглядеть Формула 1 в своей 2000-й гонке спустя 40-50 лет? Будут ли существовать гонки как таковые, и какие машины будут мчаться по трассе?
Роман Грожан: Кажется, я уже отвечал на этот непростой вопрос. Понятия не имею, какими будут машины через сорок или пятьдесят лет, но надеюсь, что ими по-прежнему будут управлять гонщики, ведь именно пилотаж оставляет непередаваемые эмоции. Футбол в исполнении роботов – не самое увлекательное зрелище, потому хочется верить, что гонщикам останется место в спорте. Конечно, технологии будут совсем иными, но дух Формулы 1 остается неизменным с 1950-го года. В дебютной гонке чемпионата участники выкладывались на пределе, старались опередить соперника, боролись с избыточной или недостаточной поворачиваемостью – всё это мы наблюдаем и сегодня. Надеюсь, будущим гонщикам Формулы 1 на трассе будет столь же весело, как нам самим в наше время.

Серхио Перес: Сейчас технологии развиваются пугающе быстрыми темпами, но я надеюсь, что в будущем гонщикам будет не меньше нашего интересно на трассе. Изменится многое, но пусть хотя бы этот фактор останется прежним. Машины точно будут иными, уже через пару лет они наверняка станут электрическими – хотя я надеюсь, что это произойдет позднее. Но гонщики должны остаться важным фактором успеха. Не знаю, как было в предыдущие годы, но сейчас результат в меньшей степени зависит от мастерства гонщика, в большей – от работы команды. Хочется верить, в перспективе всё будет наоборот.

Кими Райкконен: Будущее предугадать невозможно. Возможно, гонки в каком-то виде останутся, но в каком именно – кто скажет? Формула 1 провела почти 1000 гонок и вряд ли внезапно исчезнет как спорт, но кто знает? Время покажет.

Александер Элбон: Согласен со всеми. Пока у нас есть работа, а у будущих гонщиков – перспектива гоняться, я вполне доволен.

Вопрос: (Зоран Живков) Если бы у вас была машина времени, в какой период вы хотели бы перенестись?
Александер Элбон: Я об этом как-то не думал. Наверное, в 1950-е – хочется посмотреть, какой была Формула 1 в те времена. Знаю, что опасной, и потому я наверняка бы взял с собой систему HANS, но гонки тогда были по-настоящему захватывающими, и мне бы хотелось нечто такое испытать.

Кими Райкконен: Я бы тоже захватил с собой HANS. Что касается периода, это был бы конец 60-х или 70-х. Больше веселья, больше чистого спорта – да, опасности тоже больше, но тогда это было нормой.

Вопрос: Кажется, несколько лет назад мы видели вас в шлеме, принадлежавшем Джеймсу Ханту, верно?
Кими Райкконен: Верно, только это было не несколько лет назад, а довольно давно.

Серхио Перес: По мне 60-е и 70-е были славным временем. Гонки тогда были по-настоящему опасным занятием, а результат во многом зависел от риска, на которой ты готов пойти – собственно, именно этого мне не хватает с самого начала карьеры. Результат всё время определяет машина, а не мастерство гонщика, тогда как раньше было и веселее, и зрелищнее. Атмосфера в те годы была более расслабленной, естественной, это сейчас Формула 1 словно играет на камеру. Хотелось бы, чтобы все вокруг были спокойнее и по-настоящему наслаждались своим делом.

Роман Грожан: Я бы отправился не так далеко – например, в 93-94 годы. Или в 2005-2006, чтобы погоняться с тогдашним Райкконеном! Машины выглядели потрясающе, в чемпионате было соперничество шинников, дозаправки по ходу гонки – со стороны наблюдать за всем этим было невероятно весело! Мне довелось прокатиться на машине 2007 года – это было здорово!

Вопрос: (Дуэн Ии) Кими, за какую бы команду вы ни выступали, симпатии китайских болельщиков всегда будут на вашей стороне. Чем вам удалось завоевать сердца местных поклонников Формулы 1?
Кими Райкконен: Не знаю, вам лучше спросить их самих. В Японии и Китае финны традиционно популярны, внимания к нам очень много, особенно в Шанхае. Правда, я не могу просто так выйти прогуляться куда-либо, но это, скажем, обратная сторона популярности. С дебютной гонки в Китае у меня здесь всегда было много болельщиков, чему я сам очень рад. Причины? Не знаю. Вам наверняка лучше ответит кто-то из людей, что неизменно ждут нас у отеля или в аэропорту.

Вопрос: (Дитер Ренкен) Вы наверняка заметили, что в Бахрейне на машинах McLaren был размещен логотип производителя электронных сигарет Vipe. Мой вопрос к трем гонщикам, у которых есть дети – что вы думаете об этой ситуации?
Роман Грожан: Ого, кажется, своим ответом я рискую навлечь на себя неприятности! Или вам хочется, чтобы эту беседу показали наши близкие друзья из Netflix!

Если честно, я первый, кто постарается убедить друга бросить курить, и несколько раз это удавалось, чем я очень горжусь. Как мне кажется, от электронных сигарет вреда меньше, и если их производитель желает выступить спонсором Формулы 1, то почему бы и нет. Я много лет сотрудничал с французской топливной компаний Total, и вы вполне могли бы заявить, что их деятельность наносит вред экологии, но по факту они просто делают моторное масло и одновременно заботятся о состоянии окружающей среды.

Я плохо разбираюсь в электронных сигаретах, но если они менее вредны для здоровья, если от них меньше неприятного запаха… Знаете, в этот зал мы поднимались по лестнице, где жутко пахло сигаретным дымом. Аналогичная ситуация в аэропорту: по прилету многие тут же закуривают, этот запах трудно переносить. Если с электронными сигаретами всё немного лучше – пусть так, а если их производитель готов помочь нашему спорту – тем более.

Серхио Перес: Роман отлично ответил на вопрос.

Кими Райкконен: Лично я не вижу проблемы в этой ситуации. Если мой сын увидит рекламу сигарет или алкоголя, это не означает, что его выбор будет предопределен. В свое время я видел такую рекламу, но разве на моих решениях это сказалось? Есть правила, определяющие, что можно рекламировать, а что – нет, но это уже не мое дело. Каких-то личных опасений по поводу всего этого у меня нет.

Роман Грожан: Кими упомянул важный момент, ведь мы сами смотрели гонки Формулы 1, когда реклама сигарет была представлена на машинах Williams, Jordan, Ferrari, McLaren. Я посмотрел много трансляций, но не выкурил ни одной сигареты, так что вряд ли здесь можно говорить о какой-то взаимосвязи и последствиях.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости