Гран При Кореи

Гран При Кореи

Гран При Кореи: Пресс-конференция в пятницу

Первый ряд (слева направо): Мартин Уитмарш, Кристиан Хорнер, Росс Браун. Второй ряд: Джон Бут, Пол Хембри

Участники: Пол Хембри (Pirelli), Джон Бут (Marussia Virgin Racing), Росс Браун (Mercedes GP), Кристиан Хорнер (Red Bull Racing), Мартин Уитмарш (McLaren).

Вопрос: Пол, как выбирались составы резины для этапов в Корее и Индии?
Пол Хембри: В Корею мы привезли Soft и Super Soft – судя по имеющимся данным, трасса требует именно этих составов. Подход довольно агрессивный, мы этого не отрицаем, но судя по поведению промежуточных шин, асфальт не слишком абразивный – износ был не так уж велик. На новый автодром в Индии мы возьмем Soft и Hard – первый использовался во всех прошедших гонках, а второй послужит страховкой на случай непредвиденных обстоятельств.

Кроме того, подобное сочетание позволит лучше подготовиться к следующему сезону – мы должны собрать больше информации, чтобы предоставлять оптимальные составы для каждой трассы. Работа команд смещает приоритеты: участники чемпионата доработали свои машины, и то, что было очевидно в начале сезона, сейчас подвергается сомнению. С одной стороны, машины больше берегут резину, с другой стороны, наоборот, расходуют ее намного быстрее – ситуация действительно непростая.

Вопрос: На субботу и в воскресенье прогноз обещает сухую погоду, но команды ещё не работали со сликами и многие предрекают большое количество пит-стопов. Каковы предположения?

Пол Хембри: Кажется, кое-кто говорил о пяти или шести пит-стопах – не думаю, что это осуществится. Пожалуй, мне следует поспорить на этот счет с Мартином! Три или четыре остановки в боксах – вполне вероятно. Жаль, мы не властны над погодой – сегодня командам было бы полезно поработать на сухой трассе, но они все время ездили под дождем. Мартин напомнил, что участники чемпионата получат дополнительный комплект промежуточной резины на субботу и воскресенье – в нынешнем сезоне это выглядит вполне оправданным, поскольку пятница не раз оказывалась дождливой. В остальном, что еще мы можем сделать, если погода не в нашей власти? В прошлом году Гран При Кореи прошел в весьма непростых условиях, командам было по-настоящему нелегко…

Вопрос: Еще один вопрос – о шинах для финальной квалификационной сессии. Что вы об этом думаете? Каким образом можно заставить всех квалифицировавшихся в первой десятке выезжать на итоговую попытку?

Пол Хембри: Мы понимаем, почему некоторые команды отказываются от финальной попытки – они стараются обеспечить себе лучший результат в гонке за счет сэкономленного комплекта шин. Но с точки зрения болельщиков ситуация далеко не идеальная, и если нам по силам что-то изменить, мы готовы взаимодействовать с командами, чтобы найти решение, устраивающее всех.

Вопрос: У вас есть собственные соображения?

Пол Хембри: В смысле, у Pirelli?

Вопрос: Да...
Пол Хембри: У нас есть некоторые идеи, но они не могут считаться обоснованными, если не было двусторонней дискуссии. Нужен диалог, и если мы действительно можем что-то сделать, мы постараемся приложить все усилия и найти оптимальное решение.

Вопрос: Когда может состояться это обсуждение?
Пол Хембри: У нас уже была пара встреч, а сегодня вечером мы обсуждаем этот вопрос с представителями рабочей группы.

Вопрос: Джон, мы не знаем, насколько серьезная работа происходит в боксах, но на базе команды наверняка полным ходом идут приготовления к следующему сезону...
Джон Бут: Конечно! Пэт Симондс завершил формирование конструкторского штаба, который будет работать над новой машиной, а наше сотрудничество с McLaren крепнет день ото дня.

Вопрос: Как оно развивается?

Джон Бут: Весьма позитивно, причем обе стороны нацелены на дальнейшее укрепление отношений. Взаимодействие касается основных аспектов работы над машиной – разумеется, не собственно постройки шасси, а теоретических моментов, использования тестовых мощностей и аэродинамической трубы.

Вопрос: У вас есть четкий перечень вопросов, по которым вы взаимодействуете, или все решается в оперативном порядке?
Джон Бут: Уверен, Пэт звонит им каждые пять минут и что-то спрашивает! Впрочем, у нас есть определенный график, система только начинает формироваться, но сотрудничество уже весьма эффективно.

Вопрос: Дело касается только шасси, или речь идет еще о подвеске, аэродинамике?

Джон Бут: Мы ведем речь о машине в целом, кроме, разве что, мотора.

Вопрос: Я собирался спросить вас о гонщиках, но мне намекнули, что ответ будет предельно коротким…

Джон Бут: Да, мы примем решение в конце сезона. Жером Д’Амброзио выступает достаточно неплохо, и чем больше гонок он проведет на таком же уровне, как предыдущие два Гран При, тем лучше для него.

Вопрос: Вы говорите о конце сезона, или о конце года?

Джон Бут: О конце сезона.

Вопрос: То есть, решение может быть объявлено перед Гран При Бразилии?

Джон Бут: Спросите меня об этом в Сан-Паулу.

Вопрос: Мартин, 700-й старт в Гран При в истории McLaren. Должно быть, вы гордитесь этим достижением…
Мартин Уитмарш: Конечно. Пожалуй, наши коллеги из Ferrari выступают в гонках ещё дольше, но 700 Гран При – знаковое достижение, благодаря которому нас знают в мире Формулы 1. Приятно вспомнить 100-ю, 200-ю, 300-ю, 400-ю гонку, но мы должны по-прежнему смотреть в будущее. Будет здорово, если мы останемся в чемпионате ещё на 700 Гран При и по прошествии этого времени сохраним конкурентоспособность, но сегодняшний юбилей в любом случае – потрясающий момент для команды и бренда McLaren.

Вопрос: Недавний этап в Японии добавил уверенности?

Мартин Уитмарш: Не думаю, что нам не хватало уверенности. Вот скорости – да, не доставало, однако мы всегда нацеливались на победу и старались догнать соперников из Red Bull Racing. Мы понимали, что в последних гонках сезона у нас есть шанс финишировать первыми – приятно сделать это на столь потрясающей трассе, как японская Сузука. Дженсон Баттон выступил великолепно, его пилотаж максимально эффективен. Правда, на празднование успеха у нас было всего несколько дней – типичная проблема, когда выигрываешь первый из сдвоенных этапов! Надеюсь, мы продолжим в том же духе и здесь снова сработаем по максимуму.

Вопрос: Следующий вопрос для вас и Кристиана. На пресс-конференции по итогам Гран При Японии Дженсон Баттон сказал: «Глядя на темп Red Bull Racing на длинной серии кругов во время пятничных свободных заездов, я думал, что у нас серьезные проблемы», однако на деле все оказалось иначе…
Мартин Уитмарш: Никогда не знаешь, с каким количеством топлива работают соперники, поэтому мы старались оставаться реалистами и предполагали, что в баках Red Bull Racing не меньше 150 килограммов топлива. Честно, я не представлял, сколько их было на самом деле. Опять же, гонщики постепенно работают над настройками, оттачивают прохождение круга, а Дженсон, кроме всего прочего, смог уверенно контролировать состояние шин.

В Сузуке износ был нелинейным, в определенный момент резина попросту «сдавала», что весьма странно. Нет, это не критика в адрес Pirelli, а просто констатация факта. Гонщики и инженеры стоят перед одинаково непростым вызовом, мы должны оценить реальную скорость наших машин, и в данной ситуации вполне логично предполагать, что лидеры будут заливать чуть больше топлива и активнее изнашивать шины. В то же время нам необходимо подобрать правильные регулировки и добиться контролируемого износа, а там посмотрим, как этот подход оправдает себя в гонке.

Вопрос: Кристиан, ваш ответ?
Кристиан Хорнер: В пятницу в Японии скорость McLaren на одном быстром круге выглядела действительно угрожающей, чего нельзя было сказать об их темпе на длинной дистанции, а у нас все шло с точностью до наоборот. Разумеется, все пытаются найти баланс между квалификацией и гонкой, а шины в нынешнем сезоне – едва ли не решающий фактор и настоящая головоломка для инженеров. В воскресенье наша резина сработала совсем не так, как можно было предположить по итогам тренировок, однако на последнем отрезке гонки тройка лидеров ехала очень плотной группой и на финише уместилась в несколько секунд. Следующие несколько дней были посвящены тщательному анализу полученной информации, но, похоже, такова особенность этого сезона: в пятницу можно быть уверенным, что машина достаточно быстра, а воскресенье дела идут совсем по-другому, и наоборот.

Вопрос: Гонка в Японии принесла Себастьяну Феттелю второй чемпионский титул. Какой была реакция команды и компании Red Bull?
Кристиан Хорнер: Себастьян действительно заслужил этот титул, а то, что он добился его за четыре гонки до конца сезона, можно считать фантастическим достижением. Он выступил на предельно высоком уровне как с точки зрения скорости, так и с позиции стабильности. Девять побед в Гран При, четыре или пять вторых мест, одно третье, одно четвертое – он методично зарабатывал очки в каждый уик-энд. Впрочем, ни одна из его побед не была легкой: вспомните Монако, Барселону – зачастую ему приходилось бороться за первое место.

Себастьян – потрясающий гонщик, и наша команда гордится тем, что помогла ему отстоять чемпионское звание. Разумеется, мы отпраздновали этот успех под собственное – весьма бледное! – исполнение известных песен, но практически сразу же переключились на следующую цель – завоевание Кубка конструкторов. Для нас одинаково важна победа в обоих зачетах чемпионата – да, болельщики отдают предпочтение чемпионскому титулу, но среди команд Кубок Конструкторов имеет важное значение, так что уже в понедельник утром, с затуманенным взором, мы начали готовиться к этапу в Корее!

Вопрос: Команда изменила свой подход к гонкам?
Кристиан Хорнер: Ни коим образом – по-моему, в этом году у нас абсолютно верный подход. Мы одинаково сильны как с точки зрения функционирования команды, так и с позиции тактики и скорости доработки машины. Команда побеждала даже там, где от нее не ожидали особой конкурентоспособности – в частности, в Монце и Спа – перед этапом в Японии мы три раза подряд финишировали первыми, так что в предстоящий уик-энд подход останется точно таким же, каким был в предыдущих пятнадцати гонках, и не изменится до взмаха клетчатого флага в Бразилии.

Вопрос: Росс, я не часто слежу за гонкой из пресс-центра, однако в Японии я был приятно удивлен, когда увидел, как журналисты делают снимки с экранов телевизоров, на которых Михаэль Шумахер возглавлял пелотон. Mercedes заметно прибавила в скорости, хотя вы говорили, что команда не планирует серьезных доработок. Вы довольны выступлением в предыдущих гонках?
Росс Браун: Мы по-прежнему не на тех позициях, на которых хотели бы быть, и все наши сотрудники на базе в Брэкли и в команде прикладывают колоссальные усилия, чтобы просто удержаться там, где мы находимся сейчас. Судя по имеющимся данным, по чистой скорости мы уступаем Red Bull столько же, сколько в начале сезона. Кристиан говорил о темпах доработки машины, и тот факт, что нам удалось сохранить отставание, свидетельствует в пользу команды, поскольку это было действительно непростой задачей, и некоторые участники чемпионата за последние несколько гонок откатились ещё дальше назад.

Прогресс современной Формулы 1 действительно впечатляет, мы развивались аналогичными темпами, но, чтобы добиться своих целей, должны сделать существенный шаг вперед. Нам было приятно наблюдать, как Михаэль, пусть и за счет пит-стопов соперников, ненадолго возглавил пелотон, но в последних четырех гонках он действительно сработал неплохо, если не считать столкновение с Серхио Пересом в Сингапуре. Всё это ещё раз подтверждает мое мнение о том, что с быстрой машиной оба наших гонщика способны бороться за победы, поэтому задача команды – дать им то, что они заслуживают.

Вопрос: Следующий этап пройдёт в Индии на абсолютно новой, никому не знакомой трассе. Как проходит подготовка?

Росс Браун: Как правило, перед гонкой мы получаем кое-какую информацию – например, схему трассы. Мы работаем на симуляторе, моделируем различные сценарии – правда, информации всегда недостаточно, но мы стараемся подготовиться настолько хорошо, насколько это возможно. Впрочем, нельзя заранее определить абразивность асфальта, неровности трассы – всё это можно узнать лишь на месте. В итоге процесс подготовки практически не отличается от других этапов чемпионата, разве что в условиях нехватки информации нам приходится больше опираться на различные предположения…

Вопрос: В условиях неопределенности у вас больше шансов опередить ближайших конкурентов?
Росс Браун: Вряд ли. Да, в подобных условиях действительно проявляются способности команд, в этом плане мы достаточно сильны, но лидеры способны эффективнее других справляться с новыми вызовами…

Вопросы с мест

Вопрос: (Фулвио Солмс – Corriere dello Sport) Кристиан, Red Bull Racing выиграла один Кубок конструкторов – или лучше сказать, один и три четверти, а ваши гонщики использовали по шесть из восьми моторов. Полагаете, на весь сезон им хватит по семь силовых агрегатов?
Кристиан Хорнер: Renault не планировала возвращать нам стоимость моторов, поэтому мы намерены до конца года использовать все имеющиеся в наличии двигатели. То, что мы оказались в нынешней ситуации – исключительно заслуга их надежности, так что мы постараемся задействовать один из оставшихся моторов здесь, в Корее, а последний оставим на этап в Абу Даби. Впрочем, решать инженерам. В нынешнем сезоне Renault сработала действительно неплохо, сегодняшняя ситуация в корне отличается от того, что было двенадцать месяцев назад.

Вопрос: (Дитер Ренкен – The Citizen) Мартин, как президент FOTA, вы активно поддерживали Соглашение об ограничении ресурсов. Есть подозрения, что Red Bull Racing и Mercedes GP превысили лимит. Мне хотелось бы услышать мнение четырех руководителей команд – действительно ли соглашение работает, и как выйти из сложившейся непростой ситуации?
Мартин Уитмарш: С помощью соглашения нам удалось решить сразу несколько задач. Мы смогли сосредоточиться на конкретных проблемах, сократили количество тестов, численность персонала, объем работы в аэродинамической трубе. Если говорить о характере дискуссии – а здесь инженеры должны взаимодействовать друг с другом максимально эффективно – мы смогли добиться нужной коммуникации и с помощью соглашения сэкономили немало средств. Но можно ли назвать положение дел идеальным? Придем ли мы к ситуации, полностью исключающей подозрительность и паранойю? Наверняка, нет.

Когда какая-либо из команд выступает лучше других, весьма можно предположить, что она в чем-то нарушила правила – такова природа конкуренции в Формуле 1. Тем не менее, мы должны продолжать работу и совместными усилиями команд довести соглашение до ума. Будет крайне досадно, если мы вдруг скажем – документ слишком сложный, давайте откажемся от него и вернемся к принципу «тратим столько, сколько можем себе позволить». Да, соглашение не идеально, есть определенные опасения, но, кроме привычных слухов, мы пока не обнаружили ни одного случая реального превышения ограничений, а команды уверяют FOTA в их соблюдении.

Я понимаю причины такого внимания прессы к этому вопросу, но мы придумали такие рамки исключительно во благо Формулы 1 и ради ее дальнейшей жизнеспособности. Это внутренние преобразования, а не часть шоу, но люди неизбежно ищут какие-то подводные камни и находят почву для спекуляций. Да, ситуация непростая, и мы должны, в том числе, вернуть доверие к общему процессу. Сможем ли мы прийти к тому, что ни у кого не будет никаких подозрений? Вряд ли, ведь с техническим регламентом было то же самое. Тем не менее, путь выбран верный, и нам следует и дальше двигаться в заданном направлении.

Кристиан Хорнер: Мартин неплохо описал всю ситуацию. По-моему, Соглашение об ограничении ресурсов – важный элемент современной Формулы 1. Оно действительно помогло сэкономить немалые средства и существенно понизить стоимость моторов до уровня, приемлемого для независимых команд. Сокращение гоночного персонала, смещение акцента от работы в аэродинамической трубе к вычислительной гидродинамике – все это заметно снизило затраты на участие в чемпионате и позволило Red Bull Racing на равных соперничать с Ferrari, McLaren и Mercedes.

Сейчас вокруг нашей команды ходит немало слухов – впрочем, успех всегда сопровождается паранойей. Red Bull Racing всегда выступала за то, чтобы Соглашение об ограничении ресурсов было предельно понятным и охватывало все аспекты Формулы 1, а не только отдельные детали. Думаю, все согласятся со мной, что первая версия документа, появившаяся в конце 2008 года – в самый разгар финансового кризиса – стала разумным ответом на негативные тенденции в мировой экономике, но сейчас нам необходим новый, более прозрачный регулятор, свободный от неоднозначных толкований и политики. Надеюсь, в скором времени мы к этому придем.

Росс Браун: Мы также придерживаемся Соглашения об ограничении ресурсов, но вместе с тем считаем, что документ требует уточнения, поскольку в настоящий момент он касается исключительно трех или четырех команд, которым на самом деле приходится контролировать свои расходы, чтобы соблюсти установленные лимиты, тогда как остальные всегда обходились меньшими средствами. В подобной ситуации разногласия неизбежны, однако же само соглашение не предусматривает методов контроля, которые устроили бы всех, из-за чего и возникают всевозможные подозрения.

Мы полностью поддерживаем идею ограничения бюджетов, но нужно тщательно определить методы контроля, поскольку, в конечном итоге, объем финансирования определяет скорость на трассе. Вы не станете отрицать тот факт, что команда, которая каждый год тратит на пять миллионов больше своих соперников, будет иметь преимущество – следовательно, процесс расходования средств должен подвергаться всесторонней проверке, причем стандарты должны быть едиными для всех команд. Участники чемпионата должны выработать приемлемое решение, позволяющее двигаться дальше, иначе мы так и будем существовать в условиях слухов и домыслов.

Кристиан справедливо намекнул на пересмотр соглашения – мы работаем над ним на протяжении нескольких лет, однако так и не добились единого мнения, хотя документ, вне всяких сомнений, должен быть предельно понятным, а система контроля – корректной и одинаковой для всех.

Джон Бут: Соглашение об ограничении ресурсов действительно очень важно. В свое время мы заплатили немало денег за возможность дебютировать в чемпионате и поэтому с воодушевлением приняли идею установки фиксированных лимитов. Нужно развивать эту тенденцию и дорабатывать документ – в конце концов, ситуация, в которой реального успеха могут добиться только три или четыре команды, не так уж интересная зрителю, и здесь мы должны что-то изменить.

Вопрос: (Алан Болдуин – Reuters) Хотелось бы услышать мнение Кристиана, Росса и Мартина о выезде с пит-лейн на корейской трассе. Во второй части свободных заездов Нико Росберг не смог избежать контакта с Хайме Альгерсуари – проблему вряд ли возможно решить по ходу уик-энда, однако конфигурация явно требует доработки. Можно ли считать её безопасной?

Росс Браун: Да, мы оказались участниками того инцидента – не знаю, что именно там произошло, но Нико и его гоночный инженер как раз сейчас беседуют со стюардами и наверняка рассказывают им обо всех обстоятельствах. Досадно, когда подобные инциденты случаются на новой трассе – сегодня под дождем в первом повороте гонщики не менее двадцати раз выезжали за пределы траектории. В столкновении не виноваты ни Нико, ни Хайме – причиной остается неудачная конфигурация выезда с пит-лейн, однако с этим придется смириться. В гонке мы постараемся помочь нашим парням, однако по ходу тренировки многие команды отрабатывают процедуру старта с конца пит-лейн, и зачастую невозможно предположить, где находится та или иная машина.

Кристиан Хорнер: Как сказал Росс, это был досадный инцидент, и сегодня в первом повороте многие оказывались за пределами трассы. К сожалению, столкновение на выезде с пит-лейн – вопрос случая: жаль, что эта проблема не была решена заранее. Хорошо ещё, что организаторы подвинули защитный барьер, немного улучшив видимость в той зоне – сделать что-либо большее, очевидно, попросту невозможно – по крайней мере, в этот уик-энд.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) В настоящий момент в Формуле 1 есть следующая проблема – одни команды желают сменить название, а другие выступают против этого. По-вашему, сколько брендов имеют исключительное значение для истории чемпионата, и каким командам можно разрешить смену названия, чтобы они могли остаться в этом виде спорта?
Росс Браун: У нас разные мнения по поводу смены названия. За последние 10-15 лет мы сами неоднократно меняли вывеску над боксами и вместе с тем оставались одной из старейших команд Формулы 1, дебютировав под именем Tyrrell и с тех пор сохранив практически неизменную организационную структуру. Думаю, будет немного досадно, если известный коллектив вроде Ferrari вдруг сменит наименование – впрочем, мы все понимаем, что это вряд ли произойдет, однако если подобный шаг отвечает экономическим интересам команды и поможет ей остаться в чемпионате, такой вариант нельзя отвергать.

Лично мы не придерживаемся какой-то определённой позиции, но вместе с тем не будем возражать против дельных предложений. Опять же, нам не хотелось бы видеть нечто, принижающее статус Формулы 1 – скажем, ситуацию, когда кто-то называет команду… Впрочем, мне лучше воздержаться от предположений.

Кристиан Хорнер: Непростая ситуация, поскольку в ней есть два противоположных момента. С одной стороны, нет смысла называть команду Renault, если она не имеет никакого отношения к французскому концерну, так что в данном случае смена наименования была бы уместна. Однако нам следует быть внимательными, ведь каждая команда – это своеобразный бренд, и если организатор чемпионата продает имя Формулы 1 по всему миру, он может точно так же продать Ferrari, McLaren, Red Bull Racing или Mercedes. Нужно быть более аккуратными с названиями и задуматься над механизмом их смены. Как сказал Росс, если для переименования есть разумные причины, такое решение вполне оправданно, однако все это не должно приводить к тому, что одна и та же команда будет менять вывеску над боксами едва ли не каждый год…

Росс Браун: Хотел бы добавить, что если дело все-таки дойдет до суда, и команды смогут обосновать свои претензии на какое-либо имя, это вполне приемлемый вариант. Гораздо хуже, если имя станет предметом торга: в таком случае другие участники чемпионата могут запросить своеобразные отступные в обмен на свое согласие, что в корне неправильно. Я помню, что произошло, когда мы сами захотели сменить название – окружающие сразу попытались извлечь из этого какую-то выгоду. Подобные ситуации недопустимы. Если есть обоснованные причины, по которым корректировка названия невозможна – к примеру, это не отвечает интересам Формулы 1 – тогда необходимо детальное обсуждение. В конце концов, вопросы должны решаться конструктивно.

Мартин Уитмарш: Согласен с Россом. Я понимаю стремление сохранить некоторые известные бренды, и Ferrari с McLaren вряд ли изменятся, однако мы должны понимать, что работаем в коммерческой среде, и в данном случае одновременное присутствие в чемпионате двух команд под маркой Lotus вряд ли можно назвать целесообразным. Проблема, которую обозначил Росс… Помнится, несколько лет отдельные личности всерьез намеревались переименовать McLaren в Mercedes Benz, хотя этот шаг нанес бы немалый ущерб спорту. Надеюсь, признанные бренды останутся такими, какими их привыкли видеть.

Если же речь идет о небольшой команде, и смена названия может помочь ей в финансовом плане… Мы говорили о двухуровневой структуре пелотона, о том, что многим командам очень непросто сформировать бюджет, позволяющий участвовать в чемпионате – думаю, здесь мы должны их поддержать.

McLaren готовится отметить 700-й старт в Гран При, но за это время Формулу 1 покинуло 107 команд – согласитесь, отрезвляющий факт. Сообщество Формулы 1 должно сделать все возможное, чтобы помочь небольшим коллективам, однако если они приходят с названием, наносящим ущерб интересам чемпионата, у нас должны быть юридические механизмы воспрепятствовать этому. В то же время, если смена названия привлекает дополнительное финансирование и позволяет команде продолжить выступление, мы не должны мешать этому политическими методами…

Джон Бут: К примеру, наша команда сменила название исключительно по финансовым соображениям, и для нас крайне важно сохранить возможность и впредь использовать подобный принцип работы.

Вопрос: (Гэри Минаган – The National) Кристиан, с 2005 года Red Bull Racing пришлось преодолеть немало трудностей на пути к сегодняшним успехам. Не могли бы вы рассказать подробнее об этом? Насколько знаковым в истории команды был Гран При Абу Даби? В 2009 году победа на трассе Яс Марина стала прологом успешного сезона-2010, в котором Себастьян на этой же самой трассе взял свой первый титул…
Кристиан Хорнер: За короткий период времени мы добились невероятных результатов. В этот уик-энд McLaren отмечает 700-й старт в Гран При, у нас их чуть больше 120, а RB7 – лишь седьмая машина нашей команды.

Когда компания Red Bull купила команду Jaguar в конце 2004-го, у Дитера Матешица было ясное видение цели, он ещё в самом начале убедительно говорил о том, что нужно найти правильных людей, сформировать правильную структуру. Первые несколько лет ушли на строительство команды, был приглашён Эдриан Ньюи, вместе с другими ключевыми персонами, и в 2009-м, когда в регламенте произошли самые серьёзные перемены за последние двадцать лет, мы получили уникальную возможность начать с чистого листа и смогли показать, на что способны. Сезон 2009 года был переломным, в его второй половине мы были очень сильны, а в 2010-м закрепили успех.

Перед 2009-м Себастьян Феттель перешёл в нашу команду из Toro Rosso и финал прошлого года можно назвать классическим для Формулы 1, когда четверо претендентов решали судьбу титула в Абу-Даби. У нас не было больших надежд перед той гонкой, Фернандо имел преимущество, но ему было, что терять, и в итоге титул достался Себастьяну, ставшему самым молодым чемпионом мира в истории.

В этом году пришёл новый поставщик резины, Формула 1 отказалась от использования двойных диффузоров и воздуховодов, появилась система снижения лобового сопротивления DRS – вызовов было множество, и я горжусь тем, как мы справились, прежде всего – нашей стабильностью. Мы смогли развить прошлогоднюю победную серию, стабильно выигрывая гонки в этом сезоне.

Пока всё складывается невероятно здорово, и эти успехи свидетельствуют о фантастической работе каждого сотрудника нашей команды. Очевидно базируясь на этой победе, мы нацеливаемся на максимальные результаты не только в оставшихся гонках, но и в следующем году.

Вопрос: (Иан Паркес – Press Association) Всем известно, что индийская кухня может оказаться не вполне подходящей для европейских желудков. Каким образом вы решаете вопрос здорового питания во время гоночного уик-энда? Говорят, есть планы привезти весь запас продуктов с собой…
Пол Хембри: Не знаю, какие меры предпринимают наши итальянские повара, но, такое впечатление, что им удается готовить блюда итальянской кухни в любой точке планеты. Думаю, обычно часть продуктов мы привозим с собой, а остальное получаем из местных источников.

Джон Бут: В Сильверстоуне я встретил Фредди Флинтоффа (знаменитого в прошлом британского игрока в крикет), и он сказал: ешьте в уличных забегаловках традиционные блюда, приправленные карри, и пейте много пива. Возможно, мы последуем этому совету.

Мартин Уитмарш: Мы не должны драматизировать ситуацию. Думаю, в какую бы страну ни отправлялась команда, всегда приходится решать сложные логистические задачи. Не сомневаюсь, что мы будем пользоваться услугами местных поставщиков, и это вполне нормально. Не думаю, что в Индии нас ждут какие-то особые трудности.

Кристиан Хорнер: Наша бригада, обслуживающая шоу-кар, проводила показательные заезды в Дели, а затем в Гималаях, где мы проехали по горной дороге, расположенной на высоте 5,5 километров. И только однажды у одного из сотрудников расстроился желудок, но не думаю, что это было связано с пищей, скорее, с каким-то напитком. Поэтому мы не собираемся предпринимать никаких дополнительных мер. Будем покупать местные продукты, и, раз мы британская команда, то блюда индийской кухни у нас довольно популярны.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости