Гран При Монако

Гран При Монако

Гран При Монако: Пресс-конференция в воскресенье

Интервью после финиша

1. Льюис Хэмилтон (Mercedes)
2. Себастьян Феттель (Ferrari)
3. Валттери Боттас (Mercedes)

Интервью на трассе

Вопрос: (Дэвид Култхард) Льюис, 77-я победа в карьере и уже третья для вас в Монако. Вы надели красную кепку в память о Ники Лауде, а я сниму свою в знак уважения к вашему успеху! Сегодня вам пришлось очень постараться, не так ли?
Льюис Хэмилтон: Гонка получилась одной из самых непростых в моей карьере. Я сражался столь же отчаянно, как сражался Ники Лауда – он был очень важным человеком для нашей команды и помог нам стать теми, кем мы являемся сейчас. Уверен, Ники наблюдал за нами с небес, а мы старались сохранять концентрацию и делали всё возможное, чтобы он нами гордился. Такова была задача на уик-энд, мы постараемся и далее выступать столь же уверенно, но нам будет очень не хватать Ники Лауды.

Мне не доводилось гоняться на совершенно изношенных шинах с Гран При Китая 2007 года, когда в McLaren оставили меня на трассе на какое-то невероятное количество кругов. Но результат фантастический! Я рад, что погода не подвела, спасибо замечательным болельщикам – надеюсь, гонка не показалась им откровенно скучной!

Вопрос: (Дэвид Култхард) Мы слышали, как вы спрашивали инженеров о выборе шин – мы все очень переживали за вас и не знали, удастся ли вам дотянуть на том комплекте до финиша. Насколько вы были близки к тому, чтобы ослушаться указаний команды и всё же свернуть на пит-лейн за свежими шинами?
Льюис Хэмилтон: Планировал ли я ослушаться команды? Нет, у меня не было таких мыслей. Пару лет назад я лидировал в Монако, но свернул на пит-лейн и получил тяжелый урок, упустив из-за этого победу. Потому я не собирался менять шины, даже если рисковал разбить машину и вовсе не доехать до финиша.

Резина совершенно износилась, из-за сильной недостаточной поворачиваемости мне было очень трудно направить машину в поворот. Мы явно ошиблись с выбором состава. В конце гонки Макс Ферстаппен даже врезался в заднюю часть моей машины, когда пытался в последний момент провести атаку.

Тем не менее, наша команда сработала здорово. То, чего мы добились в шести первых гонках, просто поражает! Я горжусь тем, что являюсь частью этого коллектива и добиваюсь с ним успеха – надеюсь, так будет и дальше.

Вопрос: (Дэвид Култхард) Вы упомянули контакт в шикане – борьба была предельно плотной!
Льюис Хэмилтон: Макс пытался провести обгон, к счастью, я успел буквально в последний момент заметить его в зеркалах. Он смог разве что коснуться передним антикрылом моего заднего колеса, обгон не состоялся.

Вопрос: (Дэвид Култхард) Похоже, Макс не напугал вас своей атакой, верно?
Льюис Хэмилтон: Нет, я больше боялся за шины!

Вопрос: (Дэвид Култхард) Примите поздравления! Себастьян, вы финишировали вторым. Уик-энд выдался непростым, но вы наверняка довольны результатом, не так ли?
Себастьян Феттель: Сложная гонка. В Монако всегда может что-нибудь произойти – так и получилось. Мне казалось, что мы хорошо провели пит-стоп, но судя по всему, команда Макса сработала ещё более эффективно. Я видел контакт между Ферстаппеном и Боттасом на пит-лейн. Я подумал, что это может стать отличным шансом для нас, и удастся воспользоваться проколом Валттери, хотя, конечно, жаль, что он пострадал.

После этого я старался ехать в темпе лидеров и оказывал на них прессинг, когда стало известно о штрафе Макса. Я старался постоянно держаться рядом. Под конец гонки у меня возникли небольшие проблемы с задними шинами. Не думаю, что они начали гранулироваться – по-моему, Льюису и Максу было сложнее работать с шинами, а я просто не мог их прогреть – я не знаю почему. Мы добились отличного результата, и я рад за команду. Но мы знаем, что впереди много работы – мы уступаем Mercedes в скорости.

Сегодня все говорят о победителе, так что мои поздравления Льюису! Но я больше думаю о Ники. По-моему, он обрадовался бы сегодняшнему результату. Он всегда останется рядом, нам будет его не хватать. По-моему, он был и останется легендой нашего спорта. Всеми мыслями я с его семьёй.

Вопрос: (Дэвид Култхард) Замечательные слова, примите поздравления с хорошим результатом! Валттери, в квалификации вы заставили Льюиса стараться изо всех сил, в этом сезоне вы выступаете очень здорово, но сегодня вам, похоже, просто не повезло столкнуться с Максом на пит-лейн. В переговорах с командой вы сохраняли финское спокойствие – уверен, на вашем месте я был бы просто в бешенстве! Расскажите о том моменте и о гонке в целом...
Валттери Боттас: Понятно, что итоги уик-энда меня расстроили, ведь скорость у нас была, мне было комфортно за рулём, но во вчерашней квалификации я уступил, хотя и совсем немного. Из-за этого сегодня моя задача усложнилась: нам пришлось ехать на пит-стоп одновременно с Льюисом.

Какое-то время было потеряно на пит-стопе, именно поэтому Макс Ферстаппен опередил меня на пит-лейн, и произошёл этот инцидент. Он не оставил мне места, одна из шин в результате была проколота. Далее я застрял позади машин соперников, так что под конец это уже было похоже на воскресную прогулку.

Пресс-конференция

Гран При Монако: Пресс-конференция в воскресенье

Вопрос: Льюис, 77-я победа! Скажите, насколько вам пришлось ради неё выложиться?
Льюис Хэмилтон: Для меня эта гонка была одной из самых непростых, причем не только в Формуле 1 – во всей карьере. С выбранной стратегией, изношенными шинами и Максом, постоянно прессингующим позади, мне пришлось решать одну из сложнейших задач, и сейчас я очень рад, что в итоге всё получилось.

За гонку я успел о многом поразмыслить. Ехать оставалось еще 38 кругов, шины уже потеряли эффективность, и я думал: «С такими ощущениями и темпом я вряд ли сумею победить». Таких ощущений врагу не пожелаешь, ведь пит-стоп автоматически лишал нас шансов на первое место. Мне уже доводилось бывать в подобной ситуации: несколько лет назад я лидировал в Монако с преимуществом в 20 секунд, на трассу выехал автомобиль безопасности, я свернул в боксы и оказался только третьим. Потому сегодня я решил, что ни при каких обстоятельствах не отправлюсь за свежим комплектом – буду наматывать круги до тех пор, пока шины не взорвутся.

Я продолжал атаковать на чисто волевых усилиях, старался сохранять концентрацию и не поддаваться прессингу, который устроил Макс на более свежих шинах. Эта неделя была очень непростой в психологическом плане для меня и команды, потому мне хотелось довести дело до конца, добиться хорошего результата в память о Ники Лауде и после финиша представить, как он снимает свою знаменитую кепку в знак поддержки. Я постоянно задавал себе вопрос, как бы он поступил на моем месте, и выкладывался на пределе.

Спасибо команде за то, что предоставила машину, позволившую бороться за победу! Мы продолжаем прогрессировать, даже если иногда допускаем ошибки. Мы побеждаем и проигрываем вместе, и сегодня мне очень хотелось добиться победы для всех сотрудников, ведь они это заслужили.

Вопрос: Вы упомянули сражение с Максом. Насколько вам пришлось понервничать, когда Ферстаппен начал искать возможность провести атаку? В какой-то момент между вами даже был контакт, который стюарды оставили без последствий...
Льюис Хэмилтон: Я не так уж и нервничал. Я видел машину Макса, он постоянно показывал себя в зеркалах, но мне, к счастью, удавалось отъезжать от него на выходе из последнего поворота. Я слишком медленно проходил первый излом, в третьем повороте, где машине хватало прижимной силы, шины работали чуть лучше, но в четвертом, пятом, шестом, седьмом и восьмом они едва держали трассу.

Я сместил баланс тормозов в пользу задних шин, иначе работал с торможением двигателем, скорректировал настройки дифференциала – в общем, всячески старался заставить машину хоть как-то поворачивать. Я понимал, что Макс способен ехать намного быстрее, ведь более жесткие шины изнашивались медленнее. Когда он немного отставал, я надеялся, что его резина начнет терять эффективность, но этим надеждам не суждено было сбыться. Мне казалось, что он рискнет атаковать по внутреннему радиусу в шестом повороте, ведь там мне едва удавалось заставить машину повернуть.

Я старался закрыть траекторию, балансировал на грани и прилагал максимум усилий, чтобы как можно лучше разгоняться на выходе из поворотов. Гонка получилась одной из самых непростых – мне приходилось постоянно искать оптимальный баланс и как-то сохранять отрыв. Я несколько раз зацепил барьер, к счастью, машина всё это выдержала!

Вопрос: Себастьян, вы стартовали четвертым, а финишировали вторым. Довольны результатом?
Себастьян Феттель: Определенно, да. Мы не рассчитывали на такой результат, но по ходу дистанции сумели воспользоваться ошибками соперников. Валттери оттеснили на пит-лейн, он проколол колесо и оказался позади, а когда Максу назначили штраф, мне нужно было просто держаться на определенном расстоянии.

За пару кругов до финиша я уперся в Антонио Джовинацци и не знал, собирается ли он меня пропустить. Я потерял почти две с половиной секунды и думал: «Эй, я ехал за этими парнями почти всю гонку, а сейчас разом отстал на три секунды!» К счастью, у Льюиса явно наблюдались сложности, и подобраться на требуемые пять секунд не составило труда.

Неплохой результат, но в целом уик-энд вряд ли можно назвать удачным. В квалификации мы уже в первой сессии потеряли одну из машин. Не знаю, что сегодня случилось у Шарля, но прорываться из последних рядов всегда непросто. Для команды этот этап получился далеко не идеальным, главный урок – мы не на тех позициях, на которых хотим быть, машине явно не хватает скорости. Сегодня нам повезло зацепиться за второе место, мы сделали всё, что было в наших силах, но для борьбы за победу темпа было недостаточно.

Вопрос: Я как раз хотел спросить об этом. Вам удалось прервать череду победных дублей Mercedes, но что стало главным выводом для Ferrari по итогам этого уик-энда и первых шести гонок в целом?
Себастьян Феттель: Выводы те же, что и в предыдущих двух гонках. У нас был всего один этап, где мы демонстрировали по-настоящему хорошую скорость. Опять же, сегодня Валттери был явно быстрее, но не мог провести атаку, так как на прямых мне удавалось отрываться. Наша SF90 в целом неплоха, просто ей не хватает прижимной силы.

Результаты явно могут быть лучше, но нам слишком сложно оптимально настроить машину. Когда это удается, мы выглядим конкурентоспособнее, но до желаемых показателей всё еще далеко. Отсюда вывод: мы должны сосредоточиться на том, чтобы как можно быстрее и проще добиваться от машины оптимальной скорости.

В ближайшие несколько недель крайне важно доработать машину и добиться лучшего сцепления с трассой – тогда и темп будет выше. Правда, сделать это непросто, и если у вас есть номер человека, который знает о сцеплении с трассой всё – поделитесь, мы давно его ищем!

Впрочем, не думаю, что мы найдем какой-то секретный способ. Как обычно, единственный вариант исправить ситуацию – много работать и уделять внимание даже мельчайшим деталям.

Вопрос: Валттери, для вас результат гонки во многом предопределило столкновение на пит-лейн. Расскажите об этом...
Валттери Боттас: Вы правы, это столкновение сильно осложнило мне гонку! Мы с Льюисом провели пит-стоп на одном круге, отрыв позволял это сделать, однако по каким-то причинам мне меняли шины чуть дольше.

Макс заезжал на пит-лейн позади меня, но после пит-стопа мы оказались бок о бок, причём я ехал прямо, а он продолжал оттеснять мою машину вправо. В итоге он зацепил меня, я зацепил барьер, проколол колесо и был вынужден провести еще один пит-стоп.

Был риск оказаться в хвосте пелотона, но я потерял лишь пару мест – в общем, не повезло и повезло одновременно, всё могло закончиться гораздо хуже. Я заработал важные очки, но досадно финишировать на более низкой позиции, чем стартовал.

Вопрос: Мы видели, как на последних кругах Макс пытался подобраться к Льюису, а вы несколько раз вплотную подъезжали к Себастьяну. Был ли момент, когда вы рассчитывали провести атаку?
Валттери Боттас: Когда на последних кругах мы все попали в трафик, я пытался подобраться максимально близко, чтобы в случае чего иметь возможность атаковать, но реального шанса не представилось, Себастьян не допустил ни единой ошибки. У нас обоих шины были в лучшем состоянии, чем у Льюиса и Макса, скорости тоже было больше, а вот шансов на атаку, к сожалению, не оказалось.

Вопрос: Льюис, вернемся к вам. В субботу вы говорили об эмоциях, которые испытали, завоевав поул. Какие эмоции были у вас сегодня, когда вы пересекли финишную черту первым?
Льюис Хэмилтон: Знаете, эмоции смешанные. С одной стороны, победа в Гран При Монако невероятно радует – у меня нет ощущения, что я побеждал здесь много раз, успеха на этой трассе всегда добиться очень непросто.

Уверен, через пару часов я лучше осознаю произошедшее и смогу насладиться победой – кажется, я могу позволить себе гордиться тем, как сработал сегодня. Но с другой стороны… Не знаю, с чем это можно сравнить – наверное, когда прессинг зашкаливает, в офисе в подобных случаях люди с размаху бьют по клавиатуре.

Сегодня у меня был очень непростой день, я несколько раз проявлял эмоции, но всё же продолжал выжимать максимум из машины и шин.

Да, гонка мне понравилась, но если бы не автомобиль безопасности, было бы намного проще. Я провел бы пит-стоп на 20-м или 22-м круге, а затем спокойно ехал бы до финиша, но…

Надеюсь, гонка не показалась вам скучной – для меня она точно такой не была! Спортсменам всегда хочется настоящего сражения, но никогда не знаешь, в какой момент предстоит бороться на пределе – я благодарен за сегодняшнее испытание и постараюсь хорошо отметить свою победу!

Мне хочется поскорее позвонить отцу и маме, узнать, что они думают о сегодняшней гонке, а еще я хочу позвонить Биргит Лауде и сказать, насколько я благодарен ей и Ники за поддержку на протяжении многих лет.

Вопросы с мест

Вопрос: (Люк Смит) Льюис, поздравляю с победой! В эмоциональном плане эта неделя выдалась непростой для вас и Mercedes: как вам удалось справиться? В кокпите вы старались забыть обо всех переживаниях, или наоборот, вспоминали Ники Лауду, когда мчались сегодня по узким улочкам?
Льюис Хэмилтон: У меня было ощущение, что Ники сегодня со мной на трассе. Я выступал в шлеме, окрашенном в цвета Лауды – спасибо компании Bell за то, что успели изготовить его буквально в последний момент. Не припоминаю, чтобы я когда-то выступал в цветах другого гонщика – впрочем, нет, у меня был шлем, частично выполненный в цветах Айртона Сенны. Кажется, у Себастьяна был похожий. Приятно, что сегодня все гонщики надели красные кепки в память о Ники – кстати, не знаю, куда подевалась моя…

Себастьян Феттель: Она осталась в бассейне, в который ты прыгнул после гонки!

Льюис Хэмилтон: Точно, в бассейне! Потрясающе, как много людей по всему миру знает Ники Лауду. Надеюсь, когда-нибудь ко мне будут относиться с таким же уважением. Ники был настоящим героем и примером для многих.

Что касается пилотажа, в кокпите мы стараемся отключиться от всего и выполнить свою работу, такова задача гонщика. Я был полностью сосредоточен на гонке, притом мне особенно хотелось добиться результата именно здесь, в Монако, где победить невероятно сложно.

Вопрос: (Скотт Митчелл) Валттери, вы говорили об инциденте на пит-лейн. Стюардам потребовалось немало времени, чтобы вынести решение, в итоге Макс получил пять секунд штрафа и оказался позади вас и Себастьяна, притом он делал всё возможное, чтобы обогнать Льюиса и создать отрыв. Если представить, каким мог быть результат, сумей Макс провести атаку, считаете ли вы штраф в пять секунд справедливым наказанием?
Валттери Боттас: Сложный вопрос, ведь после инцидента у меня не было шансов отыграть потерянные позиции. Я опередил разве что Макса, но пропустил Себастьяна. В любом случае, Макс понес наказание, больше мне добавить нечего.

Вопрос: (Жером Пагмайр) Льюис, после гонки Тото Вольфф сказал, что только вам по силам такой пилотаж, и что сегодня мы наблюдали гонку в исполнении одного чемпиона мира в память о другом чемпионе мира. Учитывая непростые обстоятельства этого уик-энда, какое место занимает сегодняшняя победа среди ваших достижений? В прошлом году поул в Сингапуре был, пожалуй, лучшим среди всех ваших поулов, а если говорить о пилотаже в гонке, на каком месте окажется этот Гран При Монако?
Льюис Хэмилтон: Не знаю. Сколько гонок я провел? Их уже больше трёхсот? Наверное, между 250 и 280, но я не помню каждую из них. Если бы я просматривал каждую, то, наверное, запомнил бы, а так в памяти чаще остаются дождевые гонки, в которых сражаться особенно сложно. Из более чем двухсот гонок наверняка найдется с десяток, где я сработал особенно здорово, и сегодняшняя явно войдет в пятерку лучших и наиболее непростых. У меня довольно плохая память, но, пожалуй, эта гонка была самой сложной в моей карьере.

Себастьян Феттель: Сколько же гонок ты можешь вспомнить, если у тебя плохая память?

Льюис Хэмилтон: У меня ужасная память, я с трудом помню предыдущий Гран При!

Себастьян Феттель: В таком случае для тебя каждая гонка лучшая, раз ты не помнишь предыдущие!

Льюис Хэмилтон: Определенно! Хорошо, когда всё воспринимается, как в первый раз. Я всё еще не могу поверить, что выиграл сегодняшнюю гонку. Не представляю, как мне это удалось. Было столько возможностей совершить ошибку, сдаться, а потом списать всё на трудности.

Мы явно выбрали не те шины. Похоже, именно в Монако, где мне очень нравится выступать, со мной каждый год что-то случается. Да, иногда всё складывается неплохо, но в 9 случаях из 10 что-то идет не так. Видимо, мне не суждено побеждать здесь часто, потому мне особенно дорог успех в Монако. Сегодня я говорил себе: «Я не намерен отказываться от первого места!» Я изо всех сил старался сохранить лидерство.

Льюис Хэмилтон

Вопрос: (Фил Дункан) Поздравляю, Льюис! Мы уже видели, как вы прыгнули в бассейн в ознаменование сегодняшней победы – какие планы на дальнейшее празднование успеха?
Льюис Хэмилтон: Особых планов нет. Как я уже говорил, было немало гонок, после которых я просто отправлялся домой, садился перед телевизором и смотрел запись уик-энда. Я поступал так довольно часто, чтобы иметь представление, что видят болельщики. Но сегодня один из друзей написал мне: «Постарайся отпраздновать замечательный результат, ведь ты сработал здорово!»

Думаю, я возьму это на заметку. Сумасшедшей вечеринки не ждите, я рассчитываю, что в понедельник будет хорошая погода, и я смогу целый день посвятить тренировкам, но я всё же позволю себе сегодня насладиться вкусной едой и бокалом вина, а может и двумя бокалами…

Себастьян Феттель: Так и скажи – бутылкой вина!

Льюис Хэмилтон: Да, бутылкой доброго вина!

Вопрос: (Луиш Васконселош) Вопросы для Валттери и Себастьяна. Валттери, вы говорили об инциденте на пит-лейн, но ранее у вас было плотное сражение с Максом Ферстаппеном в первом повороте – расскажите об этом. После двух неудачных стартов вы остались довольны тем, как сегодня сорвались с места? Себастьян, вы видели столкновение между Максом и Валттери, так как ехали непосредственно позади. Опасались ли вы оказаться участником инцидента?
Себастьян Феттель: Да, ведь если бы они заблокировали пит-лейн, я бы точно в них врезался!

Валттери Боттас: Сегодня я стартовал довольно неплохо. Макс здорово сорвался с места и в первом повороте занял внутренний радиус, но я понимал, что если на внешнем радиусе смогу сохранить хорошую скорость, то останусь впереди. Был момент на апексе, когда я ждал удара от Макса, но этого, к счастью, не произошло. Я хорошо вышел из поворота и удержал позицию.

Вопрос: Себастьян, вы опасались, что Валттери и Макс заблокируют выезд с пит-лейн, или всё же рассчитывали, что они столкнутся, а вы окажетесь впереди?
Себастьян Феттель: Признаюсь, я был удивлен. Red Bull Racing удался невероятно быстрый пит-стоп, ведь мы вместе свернули на пит-лейн, я выехал сразу за Валттери, а Макс опередил нас обоих – похоже, его механики сработали лучше наших. Я нервничал, поскольку в случае столкновения мне было бы сложно увернуться – далее на пит-лейн находились механики, как их там звать, не Force India, а… точно, Racing Point! Места для двух машин едва хватало, не уверен, видел ли Макс, что Валттери уже поравнялся, но расстояние между ними уменьшалось, и я понимал, что без контакта не обойдется.

Льюис Хэмилтон: Не сомневаюсь, Макс всё прекрасно видел!

Себастьян Феттель: Возможно, но самому Валттери было некуда деться. Я думал, что сумею воспользоваться ситуацией, но не сложилось. Валттери отчасти повезло – лидеры настолько оторвались от остального пелотона, что он смог провести еще один пит-стоп без потери позиций. Да, в целом ситуация не идеальная, но могло быть и хуже.

Вопрос: (Жиль Ричардс) Льюис, в этой гонке вы были не настолько недосягаемы, как в предыдущих, но позади уже шесть этапов, и если вспомнить предыдущие годы, наступает как раз та фаза сезона, в который вы стабильно прибавляете. Считаете ли вы, что от машины можно ожидать еще большей скорости, и что вы сами будете еще сильнее?
Льюис Хэмилтон: Мне кажется, что я довольно средне провел эти шесть гонок. Да, я был подготовлен настолько хорошо, насколько это в принципе было возможно, но мне не всегда удавалось показать всё, на что способна машина. У меня те же сложности, что в предыдущие годы, но постепенно от гонки к гонке у меня будет больше знаний о том, как держать шины в рабочем диапазоне, и с этими знаниями я сумею прибавить. Надеюсь, в какой-то момент трудности останутся позади, и я смогу показать всю свою скорость. Случится это уже в следующей гонке или через десять этапов – не знаю, но я делаю всё возможное, чтобы как можно скорее компенсировать все слабые стороны.

Вопрос: (Джордж Болтон) Льюис, что необходимо вам и команде, чтобы остаться впереди соперников в Канаде? Не кажется ли вам, что сегодня они подобрались практически вплотную?
Льюис Хэмилтон: Да, Red Bull Racing и Ferrari сегодня буквально наступали нам на пятки. В этот уик-энд машина была быстра, мы здорово выступили в квалификации, но в гонке выбрали не те шины и в плане стратегии явно могли сработать лучше. У нас не всегда всё получается идеально, сегодня был как раз такой случай, но это послужит уроком. В конце концов, всё, что нас не убивает, делает нас сильнее, так что перед этапом в Канаде мы проанализируем информацию и постараемся понять, как добиться большего от машины и шин. Уверен, Боно, Маркус и другие наши инженеры сделают всё возможное, чтобы правильно интерпретировать данные и помочь мне выжать из W10 больше скорости. Кроме того, парни на базе команды активно работают над модификациями, к следующей гонке мы, возможно, получим обновленную версию силовой установки – в общем, прогресс ожидается по многим направлениям.

Вопрос: (Даниэль Хорват) Льюис, Себастьян, стюарды наказали Макса Ферстаппена 5-секундным штрафом за опасный выезд с пит-стопа, хотя вины гонщика в этой ситуации нет. Считаете ли вы, что в подобных случаях нужно иное наказание, или нынешний вариант вас вполне устраивает?
Себастьян Феттель: Сложно сказать. В Монако сориентироваться бывает очень трудно, так как места на пит-лейн откровенно мало. Я не сторонник штрафов, но тогда нужно найти способ предотвратить подобные инциденты. Если выезд с пит-лейн очень узкий для двух машин, проблем не избежать.

Уверен, стюарды неоднократно посмотрели записи с камер. Лично мне показалось, что Макс должен был оставить Валттери больше места, но само решение… Я не знаю, был ли Макс уже впереди, и не могу судить о том, была ли необходимость оттеснять Mercedes. Может, ему самому могло что-то помешать – я не видел, что творилось впереди их машин. Повторюсь, я не сторонник штрафов, но не сомневаюсь, что стюарды внимательно изучили ситуацию и если уж решили применить наказание, значит, сочли его справедливым и уместным.

Льюис Хэмилтон: Формула 1 – командный вид спорта, за ошибки здесь приходится отвечать совместно. Если гонщик совершает ошибку на трассе, за неё расплачивается команда, а если команда допускает промах, с последствиями приходится иметь дело гонщику. Я не видел, что произошло между Максом и Валттери, но опасный выезд несет в себе большой риск. На пит-лейн могут находиться механики, которые в случае аварии рискуют получить травму.

Вопрос: (Джон МакЭвой) Льюис, если я не ошибаюсь, похороны Ники Лауды состоятся в среду в Вене. Вы будете на них присутствовать?
Льюис Хэмилтон: Конечно, да.

Вопрос: (Микко Хьютиа) Валттери, сегодня вечером состоится финальный матч чемпионата мира по хоккею. Успех финской сборной способен хоть немного компенсировать огорчение от уик-энда? Если у Льюиса нет планов на вечер, возможно, он посмотрит игру вместе с вами!
Льюис Хэмилтон: Я не собираюсь играть с Валттери в хоккей!

Валттери Боттас: Думаю, Льюису будет проблематично присоединиться, ведь дома меня уже ждут восемь финских друзей, которые выпивают третий день подряд!

Льюис Хэмилтон: Слышал, с финнами бесполезно состязаться в том, кто больше выпьет!

Себастьян Феттель: А я слышал звуки пожарной сирены, когда шел на эту пресс-конференцию. Кажется, пожарные направлялись к тебе домой, Валттери!

Валттери Боттас: Да, сегодня важный матч, сборная Финляндии будет сражаться со сборной Канады за золотые медали. Надеюсь, парни порадуют нас победой, а мы славно отпразднуем их успех!

Себастьян Феттель: Надеюсь, финны победят, и тогда тебя не пустят в Канаду!

Валттери Боттас: Возможно, после финала меня будут меньше поддерживать в Канаде, но поживем – увидим!

Вопрос: (Ливио Орихио) Льюис, как сложилась бы для вас эта гонка, если бы на пит-стопе вам поставили шины Hard? Валттери, в районе 63/64-го круга вы отстали от Себастьяна на несколько секунд, чтобы проехать быстрый круг, а затем снова подобрались к нему практически вплотную. Похоже, вы были намного быстрее Ferrari – ваша скорость позволяла рассчитывать на победу в гонке?
Льюис Хэмилтон: Если бы у меня были более жесткие шины, гонка сложилась бы намного проще. Я не работал с составом Hard на тренировках, но мы знали, что он способен выдержать всю дистанцию – с ним я мог бы уехать от Макса и далее просто контролировать отрыв. С Medium получилось сложнее. Не подумайте, будто я недоволен результатом, просто было бы приятнее провести гонку в более спокойном режиме. Наверное, после такого сражения я найду у себя на голове несколько седых волос! Кстати, Себастьян, у тебя есть седина?

Валттери Боттас: Я точно мог ехать намного быстрее и отпустил Себастьяна лишь для того, чтобы попытаться показать лучший круг. В остальном гонка напоминала воскресную прогулку – досадно, но иногда так бывает.

Вопрос: (Жером Пагмайр) Себастьян, Маттиа Бинотто сказал, что для победы команда должна предоставить вам более быструю машину. В предыдущий раз вы финишировали первым в Бельгии четырнадцать гонок тому назад…
Себастьян Феттель: Кто считал?

Вопрос: (Жером Пагмайр) Если точнее, Маттиа сказал следующее: «Мы должны дать Себастьяну более быструю машину, чтобы он мог выступать на пределе собственных возможностей». Вы согласны с руководителем команды или считаете, что вам самому нужно больше стараться? От кого в большей степени зависит прогресс и успех?
Себастьян Феттель: Я часть команды и не ставлю себя выше неё. В этом сезоне у меня были непростые гонки, в которых приходилось бороться с собственной машиной, мне было недостаточно комфортно в кокпите, чтобы я смог выжать из SF90 всё, на что она способна. Проблемы объясняются тем, что у нас не всегда получается подобрать оптимальные настройки. Когда это удается, мы демонстрируем хорошую скорость, но пока это случается не так уж часто.

Дело во взаимосвязи факторов: машине не хватает прижимной силы, но как только её станет больше, нам будет проще выводить шины в нужный диапазон температур. Ни для кого не секрет, что в этом сезоне добиться оптимальной эффективности шин особенно сложно.

Льюис Хэмилтон: Телефонный звонок.

Себастьян Феттель: Погоди, ты и так отвечал дольше всех нас.

Льюис Хэмилтон: Я не хотел сказать, будто ты слишком разговорчив. Просто хотел напомнить, что нам нужно кое-кому позвонить.

Себастьян Феттель: Я помню и постараюсь как можно быстрее завершить мысль. На чем мы остановились? Сезон складывается непросто, однако я чувствую, что наша команда способна на большее. Приятно слышать такие слова от Маттиа, но я часть коллектива, мы должны вместе прилагать максимум усилий. И как бы нам ни хотелось просто подбросить монетку и в мгновение изменить ситуацию – наверное, это устроило бы всех за исключением Mercedes – мы понимаем: прогресс потребует времени.

Нужно продолжать работать, уделяя внимание даже мельчайшим деталям, а когда у нас получится подобраться к соперникам, мы сумеем создать достаточный прессинг. Мне бы хотелось наблюдать более плотное сражение, но пока мы слишком уступаем Mercedes и на равных соперничаем с Red Bull Racing, а это не совсем то, к чему мы стремимся.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости