Гран При Японии: Пресс-конференция в пятницу

Первая пресс-конференция

Участники: Сирил Абитебул (Renault), Джеймс Эллисон (Mercedes), Маттиа Бинотто (Ferrari)

Вопрос: Сирил, в последнее время ходили разные слухи о перспективах Марцина Будковски, а сегодня было объявлено о его переходе в Renault. Не могли бы вы рассказать подробнее, чем он займется в команде?
Сирил Абитебул: Слухи отчасти послужили причиной нашего официального заявления. Нам показалось неправильным оставлять ситуацию неоднозначной. Мы понимаем, что для многих этот вопрос весьма деликатный, но нам было важно представить свою позицию.

Марцину предстоит выполнять не техническую роль, он займет один из управляющих постов в команде, и для него это открывает неплохие карьерные перспективы. Ему самому эта идея интересна именно в карьерном плане. Что касается Renault, с момента возвращения в Формулу 1 мы постепенно выстраиваем инфраструктуру, формируем команду. В 2016-м мы пробовали сотрудничать с Фредериком Вассёром, этот вариант, к сожалению, не сработал – Фредерик занял один из ключевых постов в Sauber, а у нас образовалась вакансия.

Задач великое множество. Renault Sport Racing представлена во многих гоночных сериях – в Формуле 1, в Формуле E. Команда базируется частично в Великобритании, частично – во Франции, самостоятельно строит и шасси, и мотор, притом мы поставляем свои силовые установки многим командам, чьи ожидания и требования весьма высоки. В этой работе мне нужен кто-то, кому я смог бы доверять, и кто помог бы мне развивать наш коллектив.

Вопрос: Напомните, пожалуйста, когда Марцин приступит к работе?
Сирил Абитебул: На эту тему было много разговоров, притом не с нашей стороны. Мы всегда говорили, что не хотели бы форсировать события. Согласно контракту, Марцин приступит к работе в начале следующего года, но у нас с FIA была конструктивная дискуссия, по итогам которой мы, как мне хочется верить, близки к согласованию даты, которая всех устроит. Речь идет о начале апреля, что в два раза больше продолжительности озвученного ранее отпуска Марцина. Пока ничего не подтверждено, но со своей стороны мы готовы реализовать такой сценарий.

Вопрос: Вспомним прошлый уик-энд, где машина с мотором Renault одержала победу. Что этот результат говорит о ваших силовых установках? Не могли бы вы рассказать о планах на следующий год? Например, появится ли у моторов Renault квалификационный режим?
Сирил Абитебул: Успех говорит о том, что мы постепенно приближаемся. Сейчас мы не дотягиваем до уровня команд, представленных сидящими по обе стороны от меня джентльменами: мотор Renault неплохо проявляет себя в гонке, но уступает в квалификации. Всегда необходим баланс между агрессивным подходом и надежностью, но чем выше будет наша потенциальная скорость, тем агрессивнее мы сможем действовать в субботу. Таков план на следующий год, притом мы рассчитываем, что правила позволят нам сократить отставание от соперников в квалификации. Думаю, в McLaren учли всё это, когда принимали решение сотрудничать с нами в ближайшие три года.

Вопрос: Джеймс, предыдущие две гонки выдались для Mercedes непростыми. Не могли бы вы прокомментировать результаты? Насколько вы уверены в том, что в Сузуке Mercedes сработает успешнее?
Джеймс Эллисон: Те два уик-энда показали, что временами лучше быть везунчиком, чем просто выступать хорошо. Но если рассматривать сезон в целом, можно выделить три возможных сценария.

Были гонки, в которых мы не оставляли соперникам ни единого шанса. Были и те, где мы уступали и оказывались лучшими среди остальных. В остальном – множество этапов, в которых дела шли 50 на 50. В Сингапуре и Малайзии мы проигрывали по чистой скорости – надеюсь, этот уик-энд будет не из той же серии, и мы сумеем навязать серьезное соперничество. Думаю, расклад будет таким же, как в большинстве Гран При – захватывающе быть частью всего этого!

Вопрос: Над чем сейчас работает команда? Кубок конструкторов Mercedes почти гарантирован – есть ли возможность сосредоточиться на перспективном шасси?
Джеймс Эллисон: Не соглашусь с вами, что Кубок конструкторов нам уже гарантирован, но в целом каждой команде приходится решать, какой объем ресурсов направить на доработку нынешнего шасси, а какой – на подготовку к следующему сезону. Каждая команда будет постепенно смещать акцент в сторону подготовки, это обязательный момент, но притом существенный объем остаточных ресурсов будет по-прежнему направлен на то, чтобы модификации продолжали поступать до конца нынешнего сезона.

Вопрос: Маттиа, для Ferrari предыдущие несколько гонок прошли под знаком «а что если». Не могли бы вы рассказать о причинах проблем с надежностью в Малайзии? В команде уверены, что сумели их устранить?
Маттиа Бинотто: Нельзя быть на 100% уверенным в том, что проблемы устранены. Неполадки в Малайзии были совершенно неожиданными, ни с чем подобным мы не сталкивались ни на динамическом стенде, ни на трассе. Речь шла о дефекте качества – сломался входной коллектор, связывающий компрессор с головками цилиндров, притом это произошло дважды: в квалификации у Себастьяна и в гонке у Кими. Оба инцидента случились в Малайзии, где предельные условия сказались на общей надежности. Команда еще анализирует ситуацию. Мы усилили соответствующие компоненты, но в целом требуется дальнейшее исследование.

Вопрос: В предыдущих двух гонках у нас не было возможности лицезреть реальную скорость Ferrari, но сегодня утром за командой остался лучший результат тренировки. Как вы оцениваете расклад сил? У вас быстрейшая машина?
Маттиа Бинотто: Квалификация – лучший способ оценить скорость машины. У нас был поул в Сингапуре, в Малайзии мы уступили. Команда постепенно прогрессирует, но сейчас нам сложнее бороться за поул, чем в начале сезона. В целом машина прибавила, но одной скорости недостаточно – важно финишировать в гонке.

Вопросы с мест

Вопрос: (Дитер Ренкен) Сирил, насколько мы поняли, Марцин Будковски будет подчиняться непосредственно вам, а в его подчинении будут Боб Белл и Роб Уайт. Такую структуру вы видите целевой?
Сирил Абитебул: Всё верно. Сегодня мы объявили, что Марцин займет пост исполнительного директора – по сути, он будет моей правой рукой в Энстоуне, где я бываю недостаточно часто в силу постоянных перелетов по ходу сезона. Марцину предстоит работать на базе, где в его прямом подчинении будут Боб Белл, Ник Честер и Роб Уайт.

Вопрос: (Дитер Ренкен) Маттиа, в понедельник Серджио Маркионне назвал результаты двух предыдущих гонок неприемлемыми и заметил, что следовало бы кое-что изменить. Когда в четверг об этом рассказали Себастьяну Феттелю, он сказал, что думал о возможных изменениях, но гонщиков они напрямую не касаются. Не могли бы вы рассказать подробнее, о каких изменениях идет речь? Если гонщик о них знает, должно быть, о чем-то уже объявили внутри команды…
Маттиа Бинотто: Чтобы улучшить результаты, нужно и доработать машину, и оптимизировать структуру. То, о чем мы говорим, было запланировано давно – перед командой стояла задача усилить отдел контроля качества. Отдел уже получил подкрепление, и именно об этих изменениях говорил глава компании.

Вопрос: (Йенс Наглер) Джеймс, Льюис говорил, что машина во многом напоминает его самого – у неё громадный потенциал, но она не всегда делает то, что требуется. Поведение машины полностью понятно команде?
Джеймс Эллисон: Поведение машины оценить непросто, но оно не идет вразрез с законами физики. Её реакции понятны, но это не означает, что выжать максимум становится сколь-нибудь проще. В этом сезоне нам сложно добиваться результатов, однако у команды на счету несколько весьма успешных гонок – следовательно, машина не так уж плоха. Опять же, нам хотелось бы, чтобы она проще адаптировалась к трассе, чтобы каждый уик-энд мы гарантированно выжимали из неё всё возможное. В этом году нам зачастую приходилось многое менять – надеюсь, к следующему сезону мы построим, если позволите, более покладистую машину.

Вопрос: (Дэн Натсон) Вопрос ко всем. Перед началом сезона было много неизвестного, командам было непросто строить машины. При подготовке к следующему сезону задача будет проще или сложнее?
Маттиа Бинотто: В Формуле 1 всегда непросто. С правилами теперь есть определенность, но возникает иная сложность – задача сделать машину более конкурентоспособной. Не думаю, что в принципе может быть момент спокойствия и расслабленного состояния: да, правила останутся теми же, но нам нужно прибавить настолько, насколько это в принципе возможно.

Сирил Абитебул: Формула 1 – всегда вызов. Это соревнование, нужно быть лучше всех и прогрессировать быстрее, но когда изначально отстаешь, приходится сложнее. И пусть в следующем году изменения в правилах не настолько кардинальные, они всё-таки есть: появится система Halo, будут корректировки в области подвески – соответственно, будет несколько труднее. В следующем году машины станут более чувствительными к общей массе, это будет вызов иного рода, но всё-таки вызов.

Джеймс Эллисон: В прошлом году мы, по сути, начинали с чистого листа и были свободны в выборе подхода. Теперь у всех команд больше информации о поведении новых машин, соответственно, есть более четкое понимание цели на очередной сезон. Сложность в том, что задача оказаться быстрейшим осталась прежней, и её сопровождает новый вызов – правильно доработать нынешнюю машину.

Вопрос: (Дитер Ренкен) Сирил, возвращаясь к ситуации с Марцином Будковски. Во избежание каких-либо сомнений, не могли бы вы пояснить: Марцин покинул FIA, потому что вы его пригласили, или вы его наняли, поскольку он ушел в отставку?
Сирил Абитебул: Мне бы не хотелось… Не думаю, что у нас есть обязанность раскрывать детали этого процесса. В рамках работы вы взаимодействуете с разными людьми, и возможность может возникнуть как с одной, так и с другой стороны. Складывалось впечатление, что Марцину хотелось дальнейшего развития карьеры, отойти от чисто технических обязанностей к управленческому функционалу – это мы вполне могли предложить. Так всегда случается, когда спрос находит предложение – всё решилось в предыдущие несколько недель, а теперь мы открыто об этом объявили.

Вопрос: (Йенс Наглер) Господин Абитебул, насчет ситуации с Марцином Будковски, вам понятна вся эта дискуссия насчет его перехода в Renault, или вы сказали себе: «Хорошо, каждый может самостоятельно обратиться к Марцину?»
Сирил Абитебул: Не уверен, правильно ли я понял вопрос. Вы спрашиваете, пытались ли мы во что бы то ни стало заполучить Марцина в период его отпуска?

Вопрос: Понятна ли вам реакция соперников, заявляющих, что ваши действия некорректны?
Сирил Абитебул: Нет. Во-первых, такая характеристика действительно звучала, но вряд ли все вокруг разделяют это мнение. Контакты с людьми – часть Формулы 1 и одна из причин того, что в чемпионате есть определенный уровень конкурентоспособности, есть интересные гонки. Мы часто говорим о диспропорциях в ресурсах, но чтобы гонки оставались захватывающими, у специалистов должна быть свобода перемещений. Таков мой первый комментарий.

Что касается второго комментария – да, мне понятна реакция соперников, однако за счет найма сотрудников краткосрочные задачи не решаются. Дизайн элементов новой машины давно утвержден, мы уже готовим необходимые производственные формы, прорабатываем геометрию подвески – необходимые решения были приняты несколько месяцев назад. Появление Марцина на это никак не повлияет, а готовиться к сезону 2019 года все снова начнут с чистого листа. Джеймс и Маттиа знают, насколько ограниченным может быть какое-либо вмешательство в процесс, а в силу стремительного устаревания информации сами сведения вряд ли окажутся применимыми. Мы пригласили Марцина, поскольку его опыт работы в Формуле 1 необходим нашему проекту, цель которого – к 2020-му году войти в число топ-команд, а не в силу информации, коей он сейчас располагает.

Вопрос: (Марко Менсурати) Вопрос для Маттиа и Джеймса. Что вы думаете о ситуации с Марцином Будковски?
Джеймс Эллисон: Отношения между командами и FIA базируются на определенных принципах, один из которых – команды могут быть абсолютно открытыми с FIA и притом иметь 100% уверенность в том, что обсуждаемая информация останется конфиденциальной. Если специалист FIA переходит в какую-либо команду, хотелось бы, чтобы его предварительный отпуск длился дольше трех месяцев. Эту позицию, как мне кажется, поддержали бы и в командах, и в самой Федерации, но нынешняя ситуация, увы, совсем иная, и нам, очевидно, придется просто с этим смириться. Впрочем, сами принципы, на которых строятся отношения между FIA и командами, остаются ровно такими, какими я их описал – они были крепки ранее, будут крепки и впредь.

Вопрос: Маттиа?
Маттиа Бинотто: Практически нечего добавить. Ситуация весьма деликатная, те, кто в ней участвует, вряд ли чувствуют себя комфортно – уверен, всё это обсудят на совершенно ином уровне.

Вопрос: Сирил сказал, что Марцин приступит к работе только в апреле следующего года – вас это устраивает?
Джеймс Эллисон: Срок такой, какой указан в контракте Марцина – нет смысла это дальше обсуждать.

Вопрос: (Гэтан Винерон) Джеймс, вы работали с Фернандо Алонсо, Себастьяном Феттелем, Льюисом Хэмилтоном. В чем они больше всего отличаются между собой, и кто из них произвел на вас наибольшее впечатление?
Джеймс Эллисон: Мне часто задавали подобный вопрос, и он всякий раз вызывал у меня определенную досаду, так как ответить на него практически невозможно. Единственный способ выяснить – это усадить их всех в одинаковые машины и устроить чемпионат. Могу лишь сказать, что каждый из них добился успеха не в силу везения, но благодаря блестящим навыкам. Добавлю, что в нынешнем сезоне присоединиться к Mercedes мне было приятно в силу множества причин, одна из которых – это возможность впервые поработать с Льюисом Хэмилтоном. Кажется, до этого я поздоровался с ним только раз за всё время! Наше взаимодействие с ним оказалось совсем иным, чем я мог себе представить: я обнаружил в Льюисе гонщика, о превосходстве которого наглядно свидетельствуют его статистика и подход к делу, но что особенно радует, он ведет себя как обычный человек, и с ним приятно работать.

Вопрос: (Дитер Ренкен) Сирил, очередной вопрос по найму сотрудников, но в этот раз речь пойдет о Карлосе Сайнсе. Почему вы решили пригласить гонщика, зная, что после окончания сезона будете вынуждены с ним расстаться? По крайней мере, на это намекают отдельные фразы в официальном заявлении команды. Чем оправдан такой подход?
Сирил Абитебул: Прежде всего, следует заметить, что мы относительно поздно занялись этим вопросом. Renault вернулась в Формулу 1 в качестве заводской команды всего 18 месяцев тому назад, и на тот момент у многих гонщиков были действующие контракты. У каждого контракта есть определенный срок, нам пришлось это учитывать, планируя возможный состав. Похоже, в преддверии 2019-го года многие договоренности в чемпионате ожидает обновление, мы считаем, что должны быть частью этого процесса, потому контракт всего на один сезон – своего рода приемлемая уступка. Это позволит нам сделать очередной шаг вперед, как в нынешнем сезоне контракт с Нико Хюлкенбергом позволил добиться прогресса, а затем мы вместе со всеми будем искать возможности на 2019-й.

Вторая пресс-конференция

Участники: Юсуке Хасэгава (Honda), Айо Коматсу (Haas), Падди Лоу (Williams)

Вопрос: Господин Хасэгава, предыдущие два этапа сложились для McLaren-Honda весьма неплохо, особенно в случае со Стоффелем Вандорном, сумевшим и в Сингапуре, и в Малайзии финишировать седьмым. Насколько вы довольны этими результатами и в какой мере уверены в хорошем выступлении в домашнем Гран При?
Юсуке Хасэгава: В Сингапуре и Малайзии мы заработали очки, но вряд ли можем быть этим довольны. Мы всякий раз ставим перед собой более высокие цели, но для нас в какой-то степени приятно добиться определенного прогресса. Постараемся выступить столь же уверенно здесь, в Сузуке.

Вопрос: На какой результат вы рассчитываете?
Юсуке Хасэгава: Мы надеемся заработать очки.

Вопрос: Если говорить о следующем сезоне, как складываются отношения с Toro Rosso? Чем они могут отличаться от взаимодействия с McLaren?
Юсуке Хасэгава: Не думаю, что разница существенная. Мы уже начали подготовку к очередному сезону, в Toro Rosso настроены весьма дружелюбно и рады новому партнерству, а мы со своей стороны чувствуем то же самое. Отличий практически никаких, это просто новое сотрудничество.

Вопрос: Коммерческое сотрудничество будет таким же, как было с McLaren?
Юсуке Хасэгава: Сочетание McLaren-Honda широко известно – по крайней мере, в Японии. В случае с Toro Rosso ожидания зрителей могут оказаться ниже, однако мы должны доказать, что способны сработать хорошо. В этом плане прессинг со стороны несколько ниже, но прессинг изнутри ничуть не изменился: мы должны продемонстрировать способность добиться прогресса.

Вопрос: Айо, как сложился для Haas F1 её второй сезон в Формуле 1? Какими были ваши восемнадцать месяцев с командой?
Айо Коматсу: Всё складывается неплохо. Конечно, могло бы быть лучше, но по сравнению с предыдущим сезоном команда добилась существенного прогресса. Возможно, это не настолько очевидно, однако стабильность выше, мы лучше понимаем машину. Сделав шаг вперед по сравнению с 2016-м, мы знаем, насколько нужно прибавить к очередному сезону, и сейчас целиком сосредоточены на этой задаче.

Вопрос: Вы давно работаете с Романом Грожаном. Гонщикам хочется прогресса каждый год – как Роман прогрессирует в небольшой команде? Мы часто слышим его переговоры с командой, и они не всегда позитивны…
Айо Коматсу: Я знаком с Романом с 2009 года, мы вместе работаем с момента его дебюта в Формуле 1 и прекрасно друг друга понимаем. Он весьма эмоционален, и негатив, озвучиваемый команде, в какой-то степени позволяет ему ехать быстрее, а мы не можем ответить ему тем же. Роман и команда понимают недостатки этой ситуации, мы должны направить её в правильное русло, чтобы работа шла в позитивном ключе.

Вопрос: Полагаю, в это время года вы оцениваете сильные и слабые стороны машины, чтобы взять всё лучшее в следующий сезон. Чем хороша VF17, и в чем её недостатки?
Айо Коматсу: Базис у машины весьма неплохой, но рабочий диапазон не такой уж широкий. Когда нам удается заставить шины работать, мы проходим в финал квалификации, но бывают уик-энды, когда активировать резину не удается, и тогда мы сражаемся за выход из первой сессии. Суббота в Малайзии стала для нас худшей в сезоне, обе машины выбыли из борьбы уже в первой части квалификации. В следующем сезоне нам необходимо сохранить хороший базис и притом добиться более широкого рабочего диапазона, чтобы эффективнее взаимодействовать с шинами. В 2018-м сами составы смеси будут иными, и стабильность в работе с ними станет ключевым фактором.

Вопрос: Падди, начнем с вопроса о гонщиках. В прессе ходит немало слухов о том, кто станет напарником Лэнса Стролла в следующем сезоне. Не могли бы вы рассказать подробнее, чего ждете от кандидата, и кто сейчас в списке команды?
Падди Лоу: Похоже, наша вакансия – одна из последних. Разумеется, Фелипе Масса остается одним из первоочередных претендентов, но нам хотелось бы оценить все варианты и понять, какой из них лучше всего сработает на прогресс команды. Как вы заметили, тому, кто получит место, предстоит выступать вместе с Лэнсом, сам Лэнс в нынешнем сезоне добился существенного прогресса, выступал очень стабильно, особенно в гонках – нам нужен кто-то, кто сможет соответствовать его уровню. Все варианты еще в стадии рассмотрения. Вы наверняка слышали несколько имен, но список, на самом деле, практически неограничен. Мы анализируем все опции, ничуть не торопимся и постараемся сформировать наилучший из возможных составов.

Вопрос: Но задача – поставить напарником Лэнсу опытного гонщика, не так ли?
Падди Лоу: К гонщикам можно предъявить разные критерии, одним из таких критериев вполне может быть опыт, но мы будет оценивать и иные факторы. Команда не концентрируется на чем-то конкретном.

Вопрос: Сейчас Williams занимает пятое место в зачете Кубка Конструкторов – наверняка вы ищете гонщика, который позволит команде подняться на третье? Такова цель?
Падди Лоу: Как и все команды, мы всегда стремимся к прогрессу и понимаем, что гонщики остаются ключевым фактором. Конечно, нужна быстрая машина, но именно гонщик ведет её по трассе, зарабатывает очки и выигрывает гонки. В предыдущие годы я видел, как гонщик может повлиять на ситуацию в Гран При, потому крайне важно принять правильное решение.

Вопрос: Расскажите о подготовке новой машины – как идут дела в Гроуве? Результаты испытаний в аэродинамической трубе вселяют оптимизм?
Падди Лоу: По многим направлениям идет продуктивная работа, мы вносим многочисленные изменения. Команда видит немало возможностей, которые хочется исследовать, и этот проект развивается позитивно. В то же время следует признать, что у нас очень серьезные соперники. Команды, к которым мы относимся с большим уважением, тоже стремятся добиться большего, и в следующем сезоне нам предстоит острая конкуренция. Всем хочется иметь машины, способные с легкостью проходить в финал квалификации – это своего рода знак отличия в Формуле 1, но лишь некоторые будут бороться за места в первой десятке.

Вопросы с мест

Вопрос: (Дитер Ренкен) Господин Хасэгава, вы слышали слова Падди о том, что гонщик – ключевой фактор успеха. В McLaren с вами работали чемпионы мира, тогда как в случае с Toro Rosso шансы заполучить победителя гонки, не говоря уже о чемпионе мира, предельно малы. Полагаете, фактор гонщика не настолько важен для прогресса проекта Honda?
Юсуке Хасэгава: Вы говорите о следующем сезоне? Конечно, гонщик очень важен для нашего проекта, и нам хотелось бы заполучить на эту роль представителя Японии, но пока мне нечего сказать вам о возможном составе Toro Rosso. Конечно, мы можем вести переговоры, но не вправе обсуждать контракты – речь идет скорее о дружеском партнерстве.

Вопрос: (Дэн Натсон) Падди, сообщалось, что в Williams намерены организовать для Роберта Кубицы и Пола ди Ресты тесты с машиной 2014-го года. Не могли бы рассказать подробнее, как всё должно пройти?
Падди Лоу: Вы правы, мы намерены оценить этих двух гонщиков. Но я не стану раскрывать детали тестов, это дело команды, замечу лишь, что Роберт и Пол – не единственные, кого мы рассматриваем. Как я говорил ранее, у нас был весьма обширный список гонщиков, но мест – только два.

Вопрос: (Дэн Натсон) Падди, скажите хотя бы, когда пройдут эти тесты…
Падди Лоу: В ближайшие недели.

Вопрос: (Дитер Ренкен) Господин Хасэгава, я хотел бы уточнить, что мой предыдущий вопрос о гонщиках касался не японского кандидата, а в целом того, считаете ли вы, что качественный состав команды важен для прогресса проекта Honda. Ранее вы работали с чемпионами мира, но в Toro Rosso у вас не будет того, кто хотя бы раз выигрывал гонку. Вы согласны с тем, что сильный состав гонщиков очень важен?
Юсуке Хасэгава: Прощу прощения, я не ответил на ваш вопрос. Конечно, обратная связь от гонщика крайне важна при оценке мотора, поиске проблем или в ситуации, когда при обнаружении признаков неполадок требуется немедленно мотор заглушить. В этом плане Фернандо, Дженсон и Стоффель были безупречны, так что хороший гонщик действительно необходим. Но, как я уже говорил, мы не вправе обсуждать варианты на следующий сезон. Я рад видеть в команде Пьера Гасли, он весьма талантлив – мне не довелось работать с ним напрямую, но я жду такой возможности. Не знаю, кто будет выступать за Toro Rosso в 2018-м, но мы рассчитываем заполучить достойный состав.

Вопрос: (Йенс Наглер) Падди, насколько часто вы контактировали с Нико Росбергом в последние несколько недель? Темы для разговора изменились с тех пор, как Нико стал менеджером Роберта Кубицы?
Падди Лоу: Не вполне уловил суть вопроса – вас интересует, контактировал ли я с Нико? Мы пару раз созванивались, Нико занимается делами Роберта Кубицы и заинтересован в том, чтобы устроить его в Williams – мы обсуждали эту тему, и, разумеется, она отличалась от того, о чем мы с ним временами разговаривали в предыдущие годы.

Вопрос: (Дитер Ренкен) Падди, вы не присутствовали на первой пресс-конференции, на которой Сирил Абитебул сказал, что Марцин Будковски, скорее всего, приступит к исполнению обязанностей исполнительного директора Renault в начале апреля следующего года. Беспокоит ли вас, что период отпуска для Будковски недостаточный, учитывая его осведомленность о делах в разных командах? Что вы думаете о ситуации в целом, и какой, по-вашему, должна быть дата вступления в должность?
Падди Лоу: Прежде всего, мои поздравления Марцину, он займет очень высокий пост в Renault. Я работал с ним, когда находился в McLaren, он отличный инженер, и хорошо, что ему представилась такая возможность. Но вы правы: все команды обеспокоены относительно малым периодом времени между работой в должности одного из ключевых функционеров FIA и переходом в один из гоночных коллективов. Крайне важно, чтобы отношения команд с FIA строились на абсолютном доверии – на этом основана способность Федерации контролировать техническую составляющую Формулы 1. Ситуацию с Марцином команды отдельно обсудят с FIA, чтобы понять, как действовать в подобных случаях в будущем. У меня нет вариантов, каким может быть решение, но внутри команд для ключевых инженеров период отпуска в силу точно таких же причин значительно больше.

Вопрос: (Сэм Коллинз) Вопрос для Падди и Айо. Мы провели с новыми машинами практически целый сезон, притом во всех командах, с которыми я беседовал, говорили о том, насколько сложно заставить шины работать, насколько мал рабочий диапазон. В чем особенность нынешних правил, что делает работу с шинами настолько сложной?
Падди Лоу: Во многом всё сводится к шинам – они определяют рабочий диапазон, поскольку их оптимальная эффективность зависит от конкретных температуры и давления. От того, насколько широк этот диапазон, зависит, насколько сложно заставить машину ехать максимально быстро. Не думаю, что задача намного сложнее, чем в прошлом году. Да, уровень сцепления выше, результаты на круге лучше, но работа сложна ровно настолько, насколько была в 2016-м.

Айо Коматсу: Не думаю, что дело в машинах – скорее, в шинах. Одни шины способны работать в любых условиях, другим нужны особенные.

Вопрос: (Кен Кавакита) Господин Хасэгава, господин Коматсу, ваше присутствие на пресс-конференции FIA в качестве ключевых представителей команд вселяет надежду во многих представителей японской молодежи, мечтающих когда-нибудь работать в Формуле 1. Могли бы вы дать совет этим юношам и девушкам?
Айо Коматсу: Я заинтересовался Формулой 1, когда был студентом, захотел попасть в чемпионат, решил, что для этого лучше отправиться в Великобританию, и, закончив обучение, покинул Японию. Совет – не загоняйте себя в рамки, не допускайте мысль, что у вас что-то не получится. Просто оцените свои способности, а затем приложите максимум усилий. Когда стараешься изо всех сил, даже в случае ошибки получаешь ценный опыт. Никаких негативных факторов – просто пытайтесь и верьте в себя. Таков мой совет.

Юсуке Хасэгава: Пожалуй, я сильно отличаюсь от Айо: он работал на то, чтобы стать инженером Формулы 1, тогда как я присоединился к Honda, занимался развитием производства дорожных машин и не предполагал, что попаду в чемпионат. Впрочем, я всегда был сосредоточен на работе, постоянно совершенствовался, а шанс пришёл со стороны. Важно заниматься своим делом и не забывать самосовершенствоваться.

Вопрос: Падди, насколько многонационален коллектив Williams?
Падди Лоу: Я не назову точную цифру, но Формула 1 – многонациональный вид спорта не только в отношении гонщиков, но и в отношении сотрудников команд. Именно это делает её настолько захватывающей, настолько сильной. Готов повторить комментарии моих коллег: если у вас есть целеустремленность, добиться желаемого места в гоночной команде или в иной связанной сфере деятельности не так уж сложно, как может показаться. Никогда не думайте, что мечта недостижима – стремитесь к ней!

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости