Гран При России

Гран При России

Гран При России: Пресс-конференция в пятницу

Гран При России. Пресс-конференция в пятницу

Участники: Грэм Лоудон (Marussia), Эрик Булье (McLaren), Кристиан Хорнер (Red Bull Racing), Марко Маттиаччи (Ferrari), Франц Тост (Toro Rosso), Мониша Кальтенборн (Sauber)

Вопрос: Грэм, спасибо, что пришли вместо Джона Бута, который остался в Японии. Есть что-то, о чем вам хотелось бы рассказать?
Грэм Лоудон: Это была невероятно трудная неделя для всей Формулы 1 и нашей команды. Как вы знаете, Жюль Бьянки попал в ужасную аварию в Сузуке и сейчас в больнице, в критическом состоянии. Все мысли нашей команды и многих других людей сейчас с ним и его семьей. Для команды это очень непростое время, но нам очень помогло сообщество Формулы 1 – без участия некоторых ключевых персон было бы трудно пережить эту неделю.

Я хотел бы поблагодарить лично Марко Маттиаччи за его поддержку и доброту – не только как представителя Ferrari, но и просто как человека. Он прибыл в больницу сразу после инцидента и сделал всё, чтобы находившиеся там чувствовали себя спокойно. Команда Ferrari пригласила профессора Алессандро Фрати, и это тоже заметно успокоило нас, семью Бьянки и тех, кто был с ним. От всего нашего коллектива огромное спасибо Ferrari, их помощь очень важна.

В больницу приезжал профессор Жерар Сейян, и мы должны поблагодарить за его визит Жана Тодта. Это тоже очень помогло и обнадежило. Я знаю, Жюль очень близок со своими менеджерами – Алессандро Брави и Николя Тодтом. Это сложное время, но оно напомнило нам, насколько велика поддержка в Формуле 1, в том числе со стороны болельщиков. Жюль – исключительный гонщик и потрясающий человек, я не знаю никого, кому бы он пришелся не по нраву.

Никому не пожелаешь подобного инцидента – у Жюля немало друзей, авария причинила боль многим людям. Наша главная задача сейчас – быть рядом с Жюлем и его семьей, обеспечить им максимальную поддержку в это сложное время. Это касается меня и Джона Бута.

Джон – руководитель команды, сейчас находится в Японии, чтобы оказать всю посильную помощь. Да, никто из нас не является врачом – в медицине мы помочь не в силах – но мы можем поддержать иным образом, и эта поддержка, хочется верить, помогает пережить трудности. Спасибо всем, кто сейчас с нами, особенно болельщикам.

Вопрос: Благодарю вас, Грэм. Мне хотелось бы спросить мнение каждого о том уик-энде. Марко, вы оказали поддержку Грэму и команде Marussia, возможно, вы начнете?
Марко Маттиаччи: Это очень непростая неделя для всей Формулы 1, особенно для Ferrari, поскольку Жюль – часть нашей семьи, один из нас. Нам сейчас очень тяжело, мы стараемся оставаться рядом с его семьей. Здесь мы выступаем с тягостным ощущением, но будем гоняться с мыслями о Жюле. Это всё, что я могу сказать.

Вопрос: Эрик?
Эрик Булье: Это действительно трудная неделя. Один из участников Формулы 1 получил травмы, вдобавок ко всему он француз, как и я. Я давно его знаю и близко воспринимаю произошедшее. Все в McLaren беспокоятся за Жюля и молятся за него – наши мысли сейчас с ним и его семьей.

Вопрос: Мониша?
Мониша Кальтенборн: Для всех эта неделя была очень тяжелой в эмоциональном плане. Мы тоже давно знаем Жюля, подобные инциденты выбивают из колеи, не позволяют работать в привычном режиме. Наши мысли сейчас с ним, пройдёт время, прежде чем мы полностью осознаем произошедшее. Мы обсуждали с Адрианом Сутилом эту ситуацию, ему тоже пришлось нелегко, ведь он оказался в непосредственной близости от места аварии…

Вопрос: Франц?
Франц Тост: Наша команда до сих пор шокирована этим инцидентом. Жюль часто бывал у нас, он близкий друг Жана-Эрика Верня. Непростое время, все наши мысли сейчас с Жюлем и его семьей – надеюсь, он справится.

Вопрос: Кристиан?
Кристиан Хорнер: В подобных случаях всё иное теряет смысл. Пусть мы соперники на трассе, но когда кто-то получает травму, первое желание – помочь. Это был шокирующий инцидент, кто-то скажет, что парню не повезло, но, в конечном итоге, это не важно. Я знаю, какой эффект произвела авария на мою команду и наших гонщиков и могу лишь догадываться… вернее, нет, не могу даже представить, с чем пришлось иметь дело Грэму и Джону. Когда ваш коллега оказывается в столь сложной ситуации, в которую попал Жюль, это очень тяжело. Всеобщая поддержка, оказанная через Marussia и Ferrari его семье, была главным приоритетом. Сейчас все наши молитвы только о Жюле – надеюсь, в ближайшие дни мы услышим хорошие новости.

Вопрос: Грэм, полагаю, решение участвовать в Гран При России с единственной машиной далось нелегко…
Грэм Лоудон: Очень. Мы хотели поддержать Жюля и его семью – это было главной задачей. Сейчас мы на важном для нас девятом месте в Кубке конструкторов, во многом благодаря Жюлю, и потому…

Знаете, он – гонщик, и хотел бы, чтобы мы сработали по максимуму. Мы решили, что будет правильно приехать на гонку, но в знак уважения к Жюлю и его семье не выставлять вторую машину. Она здесь – собрана, проверена, находится в боксах, на ней – номер Жюля. Мы решили, что нужно так поступить, что это необходимо и для наших сотрудников. Они хотят поддержать гонщика – надеюсь, все поймут причины таких действий, и пусть эффект будет незначительным, но оправданным и верным.

Должен признаться, мы консультировались со многими людьми, пытаясь убедиться в правильности своего подхода. И я не могу переоценить поддержку, оказанную нашей команде Берни Экклстоуном. Сразу после аварии… В столь сложных ситуациях крайне важно знать, что кто-то заботится о вас, и если я могу одним словом описать поддержку со стороны Берни, это будет слово «забота». Она была крайне необходима и очень помогла.

Вопрос: Могу я спросить остальных о впечатлениях вас и ваших гонщиков от трассы в Сочи? В случае с Sauber и Toro Rosso хотелось бы узнать мнение российских гонщиков…
Марко Маттиаччи: Во второй тренировке мы были впечатлены той скоростью, с какой меняется состояние трассы, и реакцией нашей машины. Мы смогли разобраться, какой из составов резины дольше сохраняет эффективность. Кроме того, здесь важны мощность силовой установки и динамика разгона.

В целом, мы поражены инфраструктурой и постройками, но завтра нас ждет интереснейшая квалификация, поскольку шины здесь работают дольше, чем предполагалось. Думаю, в субботу и воскресенье мы увидим интересную гонку. Впрочем, для нас сейчас главное – состояние Жюля, а уже потом, разумеется, дела в команде.

Эрик Булье: Я приезжал в Сочи три года назад на демонстрационные заезды и минувшим вечером был удивлен, насколько здесь всё изменилось. Они построили потрясающий комплекс вокруг олимпийского парка – это невероятно. Марко справедливо заметил, что мы не можем отнестись к автодрому с тем восторгом, которого он заслуживает, потому, что наши головы отчасти заняты мыслями о событиях недельной давности, но нужно отдать должное организаторам. Строения, трасса – всё просто великолепно!

Кристиан Хорнер: Приятно быть здесь, это хорошая трасса. Возможно, поворотов чуть меньше, чем нам хотелось бы, но в целом всё созданное – просто фантастика. В паддоке потрясающая атмосфера, у меня есть ощущение, что на этом автодроме нас ждут отличные гонки. Судя по сегодняшним заездам, износ шин крайне незначительный, что обещает интересный сценарий на воскресенье.

Мониша Кальтенборн: Сергей сегодня хорошо поработал. Прошло почти полгода с того момента, когда он в прошлый раз находился в кокпите – это было в Бахрейне, где Сергей готовился получить суперлицензию. Нам было любопытно взглянуть, как он адаптируется к машине. Сергей постепенно наращивал скорость по ходу сессии, мы им довольны.

Франц Тост: Должен сказать огромное спасибо господину Путину и Берни Экклстоуну за то, что они сделали этап в России возможным. Российский рынок очень важен. Мы знаем, что сейчас в отношении страны применены санкции, но рано или поздно их действие прекратится. Россия – страна будущего, и нам крайне важно быть здесь. Мои поздравления с фантастической трассой и потрясающей инфраструктурой.

Даниил Квят доволен автодромом. Сегодня Даниил был довольно быстр, с ним у нас есть шансы пробиться в финал квалификации и заработать очки в гонке. Я предвкушаю интересный Гран При!

Вопросы с мест

Вопрос: (Владимир Роговец – СБ Беларусь Сегодня) Я помню, как часто вас спрашивали о возможности участия в Гран При России. Вот вы здесь, это очень хорошо для Формулы 1, и вы сами видите, что обстановка совершенно иная, чем тогда говорили некоторые мои коллеги. Что вы об этом думаете? Почему СМИ старались создать негативный образ России?
Марко Маттиаччи: Этот вопрос следует задать другим людям. Мы руководители команд, не медиамагнаты, а тематика СМИ – не моя работа, как не моя работа отвечать на подобные вопросы. Мы собрались здесь в очень непростой момент и пытаемся провести хорошую гонку, а дела журналистов меня беспокоят намного меньше.

Вопрос: (Андреа Кремонези – La Gazzetta dello Sport) Вопрос для Грэма. Что вам удалось выяснить при анализе телеметрии с машины Жюля? Возможно, вы сможете пояснить нам, что произошло непосредственно перед аварией, поскольку мы не могли видеть этого…
Грэм Лоудон: Не могу вдаваться в детали, поскольку инцидент требует тщательного рассмотрения. Машины Формулы 1 замечательны тем, что несут в себе огромный объем данных, позволяющих делать определенные выводы. Кроме того, мне кажется, в подобных случаях нет смысла оглядываться назад, поскольку всегда легко говорить о чем-то постфактум. Гораздо важнее смотреть вперед, у нас для этого есть немало информации и очень умные люди. В FIA множество рабочих групп – уверен, им есть на что взглянуть и сделать выводы.

Вопрос: (Дитер Ренкен – Racing Lines) Вопрос для Кристиана. Вчера было подтверждено, что Mercedes станет поставлять силовые установки команде Lotus. Это означает, что ваш поставщик – Renault – в следующем сезоне будет сотрудничать с тремя командами: Red Bull Racing, ее «младшей сестрой» - Toro Rosso и Caterham, с которыми также взаимодействует Red Bull Technology. Означает ли это, что программа компании Renault в Формуле 1 все более замыкается на Red Bull? Считаете ли вы это положительным моментом, или вам кажется, что в данном случае у поставщика будет на одну команду меньше и, следовательно, меньше информации?
Кристиан Хорнер: С позиции Red Bull разницы практически никакой, а вот в Renault смогут сосредоточиться на одной команде – Red Bull Racing. Да, впереди напряженные времена, для Renault этот год выдался невероятно трудным, им пришлось прилагать колоссальные усилия, чтобы сократить отставание от Mercedes. Проблема в непостоянстве цели: в какой-то момент мы о чем-то договорились, но вскоре люди вдруг забывают об этом и меняют подходы – к сожалению, у нас это присутствует. Renault, как и Ferrari, старается подтянуться к Mercedes, этой же задачей займутся в Honda, когда вернутся в чемпионат. Судя по разнице в скорости в недавних гонках, отставание по-прежнему велико, так что концентрация усилий на одной команде будет только во благо Red Bull Racing.

Вопрос: (Дитер Ренкен – Racing Lines) Очевидный вопрос в продолжение сказанных вами слов, Кристиан, но не только для вас, но и для Марко. Вы, насколько я могу судить, обсуждаете идею разрешить доработку моторов по ходу сезона. Как обстоят дела? Будут ли допущения в правилах актуальны уже в следующем сезоне, или нынешние положения будут действовать еще год?
Кристиан Хорнер: В Сингапуре все команды пришли к единому мнению, однако впоследствии в Mercedes решили иначе. Мы чуть позже провели заседание стратегической группы, на котором большинством голосов приняли решение рассмотреть в рамках Комиссии по Формуле 1 вопрос о разрешении дорабатывать силовые установки по ходу сезона. Посмотрим, как решат в Комиссии. В FIA и FOM поддерживают эту инициативу, как и в командах, не являющихся клиентами Mercedes. В течение месяца узнаем, чем всё обернется.

Вопрос: Марко, желаете что-то добавить?
Марко Маттиаччи: Всего несколько слов: «заморозка» моторов – это не Формула 1. Я согласен с Кристианом: большинство команд выступает за идею разрешить доработки. Посмотрим, как рассмотрят вопрос в Комиссии по Формуле 1.

Вопрос: (Елена Ивлева – 1 канал) Я хотела бы спросить Монишу, каково вам работать в сугубо мужском обществе? Как вы себя в нём чувствуете?
Мониша Кальтенборн: Если оглянуться вокруг – вполне комфортно. Конечно, Формулу 1 не назовешь привычной областью работы для женщин, но ситуация стремительно меняется. У нас уже работает несколько женщин, просто вы их практически никогда не видите. Все не настолько плохо, как может показаться, никто в чемпионате не имеет никаких предубеждений против женщин – здесь обо всех судят по достижениям. Так что сам факт того, что вы – женщина, не является препятствием.

Вопрос: (Джон Бернс – New York Times) Один из моих коллег коснулся непростого вопроса отношения СМИ к России, пусть сам вопрос не вполне отражает то, что мне доводилось читать в западных изданиях. На базе этого наблюдения хотелось бы задать вам несколько скорректированный вопрос на тему гоняться в стране или нет. Всем очевидно, что было немало доводов в пользу проведения этапа, и многие, кто считал иначе, рассуждали не вполне разумно. В то же время остается вопрос, а есть ли у спорта совесть? Могут ли люди вроде вас позволить себе участвовать в дискуссии? Я не прошу вас оправдывать гонки или присоединяться к Ари Ватанену, который считает иначе, но мне было бы интересно услышать одного или нескольких из вас – как вы намерены решать проблемы, которые неизбежно проявятся, притом не только здесь. У нас была сложная ситуация в Бахрейне, подобные проблемы могут появиться где угодно – как все это укладывается в ваших головах? Я не прошу вас оправдывать спорт – это было бы наивным. В какой мере вы могли бы решать эти проблемы между собой или говорить о них перед журналистами?
Кристиан Хорнер: Формула 1 – это спорт, а мы – спортивные команды. Мы участвуем в чемпионате, в котором есть расписание. Это расписание составляется промоутером и одобряется FIA, контролируется Берни Экклстоуном и Жаном Тодтом. И мы должны целиком полагаться на их мнение. Мы спортивные команды, выступающие в спорте, который популярен во всем мире, и где бы мы ни гонялись, нас всюду встречают очень приветливо, а мы, в свою очередь, делаем все, чтобы устроить интересное зрелище. Спорт может быть фантастическим объединяющим фактором, и мы не считаем себя политиками ни в коей мере, мы исключительно спортивные команды и приехали сюда, чтобы выполнить свою работу максимально качественно.

Франц Тост: В наши дни крупные спортивные мероприятия – будь то Олимпийские игры, чемпионат мира по футболу или этапы Формулы 1 – постоянно критикуют, причем в негативном ключе. Это неоправданно. Мы должны сосредоточиться на своей работе, мы выступаем в Формуле 1 и отвечаем за зрелищность. Воскресным вечером люди хотят видеть интересную гонку, и мы не вовлечены – и не должны вовлекаться – ни в какие политические дела. Стоит один раз ступить на этот путь, и мы не сможем гоняться где-либо. Есть проблемы на Ближнем Востоке, в Бразилии, Европе, Китае, России – честно говоря, меня это не волнует. Единственное, что меня интересует – это наличие у моей команды быстрой машины, а остальное – политика. Мы здесь ради спорта и зрелища, только и всего.

Вопрос: (Хаоран Жу – F1 Express) Грэм, как складывается уик-энд для Макса Чилтона? Лучшее, что вы можете сделать на трассе для Жюля Бьянки – выступить успешно и удержать девятое место в Кубке конструкторов. Как дела у Макса?
Грэм Лоудон: У Макса в этот уик-энд очень непростая задача. Мы стараемся сплотить команду вокруг гонщиков, и для каждого гонщика привычно иметь напарника, с которым можно соревноваться и сравнивать себя. Внутренняя конкуренция вполне естественна. Мы понимаем, что создали для Макса ситуацию, в которой ему приходится думать о гораздо большем количестве факторов, но мы надеемся отстоять свои позиции в чемпионате.

Макс понимает, насколько это важно, и хочет поддержать усилия команды и Жюля. Конечно, в этот уик-энд все усилия коллектива направлены на Чилтона. Гонки – наша работа, впереди очередной этап, чемпионат продолжается. Макс сосредоточен на задачах, и он очень хочет помочь команде. Надеюсь, нас ждет хороший уик-энд.

Вопрос: (Мануэль Франко Перал – Diario AS) Вопрос для Франца Тоста. Есть какие-либо новости о втором гонщике на следующий сезон? Карлос Сайнс-младший – вполне очевидный вариант…
Франц Тост: Есть и другие гонщики. Опытный Жан-Эрик Вернь, Карлос Сайнс-младший, который сейчас лидирует в Формуле Renault 3,5. Еще есть Пьер Гасли, Алекс Линн – к счастью, у Red Bull немало быстрых гонщиков, в ближайшие несколько недель там решат, кто займет место в кокпите.

Вопрос: (Сильвия Рени Ариас – Parabrisas) Скажите, после аварии Жюля Бьянки собирались ли руководители команд с целью обсуждения вопросов безопасности? Или такая встреча только планируется? Она в самом деле необходима?
Грэм Лоудон: Подобные встречи организуются регулярно по вполне понятным причинам. Мы не должны быть беспечными и ждать очередной аварии, чтобы обсудить подходы к спорту. Все видят нас раз в две недели, соревнующимися на трассе, но, как справедливо заметил Кристиан, команды вместе в режиме взаимодействия делают огромную работу. Мы все хотим одного, проводим множество встреч. Всех беспокоят аварии, и в Формуле 1 есть общее стремление изменить ситуацию к лучшему.

Вопрос: (Арианна Равелли – Corriere Della Sera) Марко, что изменится для Ferrari и для вас лично с приходом Серджио Маркионне на пост президента? Возможно, поддержка со стороны акционеров только усилится?
Марко Маттиаччи: Ferrari – очень ценный актив группы FIAT, нас всегда поддерживает как сама группа, так и акционеры, подобный подход сохранится и в будущем. Сейчас я не предполагаю никаких изменений.

Вопрос: (Дитер Ренкен – Racing Lines) Кристиан и Марко, вернемся к вопросу о «заморозке» силовых установок. Оставим в стороне сам факт, есть «заморозка» или нет ее. Вы сказали, что голосование в рамках Стратегической группы состоялось, теперь вопрос передан в Комиссию по Формуле 1. Решение может быть принято только единогласно, верно?
Кристиан Хорнер: Все изменения для предстоящего сезона – и вы, Дитер, знаете это лучше кого-либо – должны быть согласованы Комиссией по Формуле 1, а их применение требует единогласного одобрения.

Вопрос: (Андреа Кремонези – La Gazzetta dello Sport) На этой неделе мы много говорили о том, следует ли выпускать машину безопасности, когда на обочине работает эвакуатор. Каково ваше мнение? Не кажется ли вам, что процедуру нужно скорректировать? И вопрос к господину Маттиаччи – как долго нам следует ждать новостей о составе Ferrari на следующий сезон?
Марко Маттиаччи: Что касается первого вопроса, ситуация непростая… Сейчас идет расследование, цель которого – разобраться, что на самом деле произошло. И было бы ошибочным уже сегодня предполагать какие-то причины. За последние двадцать лет FIA кратно повысила уровень безопасности трасс, и если мы приложим максимум усилий, чтобы во всем разобраться, мы поймем, какие меры следует предпринять во избежание повторения подобных инцидентов. Сейчас у нас просто недостаточно информации для формирования каких-либо предложений.

Вопрос: Что скажите о гонщиках?
Марко Маттиаччи: У меня нет информации для каких-либо заявлений.

Вопрос: А есть понимание, когда мы можем услышать заявление?
Марко Маттиаччи: Повторюсь – у меня нет информации для каких-либо заявлений.

Вопрос: Кто-либо еще желает высказаться по вопросу о машине безопасности?
Франц Тост: Прежде всего, Чарли Уайтинг и его коллеги хорошо сработали в Сузуке в столь непростых условиях. Обстоятельства аварии будут тщательно изучены, чтобы понять ее причины: ненормально, когда машина вылетает с трассы и попадает под трактор, который подбрасывает в воздух. Это означает, что в момент столкновения скорость была слишком велика, а почему она была велика, если там были двойные желтые флаги?

Следующей мерой, которую можно было бы реализовать в ближайшее время, стало бы обязательное снижение скорости в случае появления двойных желтых флагов, как вариант – дистанционно, с пит-лейн. Тогда все будут ехать медленно и в одном темпе, никто не получит преимущества, но и ничего не потеряет. Можно рассмотреть вариант, при котором эвакуаторы должны оснащаться специальным защитным обвесом-юбкой, чтобы машина Формулы 1 не могла под них поднырнуть.

Насчет остального – посмотрим. Завтра руководители команд соберутся на встречу и обсудят возможные действия, которые должны предотвратить повторение подобных инцидентов.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости