Гран При Абу-Даби

Гран При Абу-Даби

Гран При Абу-Даби: Пресс-конференция в пятницу

Пресс-конференция в пятницу

Участники: Тото Вольфф (Mercedes), Марко Маттиаччи (Ferrari), Кристиан Хорнер (Red Bull Racing), Клэр Уильямс (Williams), Федерико Гастальди (Lotus), Финбарр О'Коннелл (Caterham), Отмар Сафнауэр (Force India)

Вопрос: Тото, начнем с вас. В этот уик-энд Льюис Хэмилтон и Нико Росберг решат судьбу титула. Насколько напряженная атмосфера в команде, и что вы скажете о сегодняшних результатах?
Тото Вольфф: Доброго вечера всем. Напряжение чувствуется, и это вполне естественно. Интрига сохранилась до последней гонки, титул разыграют два гонщика, впереди решающий этап, но я бы не сказал, что прессинг выше ожидаемого. Настрой весьма позитивный, сегодня день прошел успешно – возможно, это прозвучит скучно, но мы выполнили намеченную программу, проехали немало кругов, работали длинными сериями. Для пятницы весьма неплохо.

Вопрос: Не знаю, в курсе ли вы, но в последний раз одному производителю моторов удавалось собрать все поулы в сезоне в далеком 1969 году. Каково это – подойти вплотную к повторению того рекорда?
Тото Вольфф: До нынешнего сезона я не особенно следил за статистикой, но для команды это настоящее достижение – побить подобные рекорды. Когда я был ребенком, белые и оранжевые машины McLaren доминировали на трассах, а сейчас мы сами оказались в таком же статусе, и повторить – а подчас и превзойти – их успехи весьма приятно.

Вопрос: Финбарр, переходим к вам. Пусть на противоположном конце пелотона, ваша команда в этот уик-энд в центре внимания. Каких усилий стоило привезти её сюда?
Финбарр О’Коннелл: Невероятных. За последние две с половиной недели я встретился со всеми сотрудниками Caterham. В тот момент они не были моими работниками, я даже не являлся для них начальником. Мы обсудили ситуацию и тот факт, что специалисты ничего не слышали от предыдущего руководства, а спустя пару дней пришли к мысли: если приехать в Абу Даби и показать всему миру, что команда по-прежнему существует, шансы найти нового владельца заметно возрастут. Так родилась идея краудфандинга – 6500 болельщиков поддержали нас финансами, нам очень помогли партнеры из Red Bull, Renault, Pirelli, Dell и Total.

С их участием нам удалось собрать нужную сумму, пригласить британского гонщика, и вот мы здесь! Задача – показать всем, что команда существует, что это полноценный продукт, который можно приобрести и стать частью самого привилегированного клуба в мире.

Вопрос: Насколько оптимистично вы оцениваете шансы найти покупателя? Есть заинтересованные лица?
Финбарр О’Коннелл: Я знаю пару человек, способных купить команду – нужно лишь подтолкнуть их к такому решению. Это серьезное приобретение, ведь всем известен объем работы, бюджеты, которые необходимо формировать. Но в команде есть специалисты, способные эту работу выполнять, и при той положительной динамике, что наблюдалась до сегодняшнего дня, я всерьез надеюсь, что у нас всё получится.

Вопрос: Благодарю вас. Клэр, начало первой тренировки выдалось для Williams непростым. Скорости достаточно, чтобы бороться за позиции в первых рядах?
Клэр Уильямс: У нас нет иного выбора. Мы должны гарантировать третье место в Кубке конструкторов, а с двойными очками задача осложняется. Пятницы для нас всегда были не то что непростыми – скажем, не столь странными, как сегодня, но мы разберемся с неполадками и с нетерпением будем ждать квалификацию. Нужно выполнить свою работу в воскресенье, на это направлены все усилия.

Вопрос: Во многих гонках ваша машина была второй по скорости. Не кажется ли вам, что команда должна была бороться за второе, а не за третье место в Кубке конструкторов? За счет чего можно добиться прогресса в следующем году?
Клэр Уильямс: В Red Bull сработали очень здорово, как и следовало ожидать, а мы не зарабатывали очки, позволяющие вступить с ними в борьбу, вплоть до финальной фазы сезона. Сделать такой скачок, с девятого места в прошлом году до третьего сейчас – думаю, команда может собой гордиться. А чтобы двигаться дальше, нужно удержаться на текущих позициях, сократить отставание от Mercedes и Red Bull Racing, чтобы затем бросить им вызов.

Вопрос: Марко, в этот уик-энд вы объявили об уходе Алонсо и подписании контракта с Феттелем. Не могли бы вы рассказать об этом? Почему выбор пал на Себастьяна?
Марко Маттиаччи: Прежде всего, мы должны поблагодарить Фернандо за все, чего мы вместе достигли в минувшие пять лет. Обеим сторонам хотелось открыть новую страницу, но было важно сделать это с должной мотивацией. В лице Себастьяна команда получает самого молодого чемпиона мира в истории, обладателя четырех титулов. Я встречался с ним в предыдущие месяцы, он предельно трудоспособен, скромен и дисциплинирован. Уверен, Себастьян принесет с собой феноменальный опыт, полученный им в Red Bull Racing, а также энтузиазм, который поможет преодолеть стоящие перед нами трудности. Он станет частью проекта, который вернет Ferrari в лидеры.

Вопрос: Для вас минувший год выдался богатым на события. Еще двенадцать месяцев назад вы были в Америке и думали…
Марко Маттиаччи: Еще семь месяцев назад я был в Америке!

Вопрос: И думали о продажах дорожных машин, а сейчас вы здесь, за плечами половина сезона в статусе руководителя команды. Чему научил вас этот год?
Тото Вольфф: Он все еще надеется проснуться от этого кошмарного сна!

Марко Маттиаччи: Я понял, насколько интенсивен и сложен этот спорт, а также то, сколь много невероятно талантливых людей здесь работает. Это глобальная платформа, мы всё время на виду – пусть мне лично это не очень нравится, но таковы допущения моей работы. Определенно, это вершина автоспорта, уровень конкуренции в чемпионате крайне высок, и мне нужно многому учиться, но я добился понимания со стороны сотрудников, нашел необходимых специалистов и теперь могу создавать команду будущего.

Вопрос: Кристиан, я уже обращался с подобным вопросом к Марко. Для Себастьяна Феттеля предстоящий этап – последний за Red Bull Racing. Что вы чувствуете, отпуская его в Ferrari? Есть сожаление?
Кристиан Хорнер: У нас с Себастьяном сложились замечательные отношения. Он пришел в семью Red Bull в возрасте двенадцати лет, прошел через молодежную программу, получил шанс дебютировать в Формуле 1 в составе Toro Rosso, выиграл для команды гонку, а затем оказался в Red Bull Racing. Потом были 38 побед в гонках и четыре титула – нам есть, чем гордиться.

Себастьян пришел в очень молодой коллектив, мы вместе стали чемпионской командой. Жизнь не стоит на месте, у Себа появилась альтернатива, он решил, что для него это подходящий момент, да и для команды, пожалуй, тоже. И пусть нам будет грустно прощаться с ним воскресным вечером, мы желаем Себастьяну всего наилучшего, он навсегда останется нашим другом, даже если с 1 января будет считаться соперником. Мы вместе приобрели огромный опыт не только на трассе, но и за ее пределами: Себастьян пришел к нам совсем юным парнем, а теперь он уже состоявшийся молодой человек, отец, и он может гордиться своими успехами. Для нас он был настоящим послом спорта, нам будет его не хватать.

Вопрос: С тремя победами Даниэль Риккардо должен занять третье место по итогам сезона. Теперь ему предстоит стать лидером команды – что вы об этом думаете?
Кристиан Хорнер: Даниэль проводит свой лучший сезон, и любой, кто мог ожидать от него таких результатов… знаете, мы сами не предполагали ничего подобного, да и он сам, очевидно, тоже. За свои действия на трассе он заслуживает третьего места. Он – единственный, кому по ходу сезона удавалось опережать гонщиков Mercedes, притом трижды. Нам хотелось бы надеяться на какие-либо нарушения со стороны парней из Mercedes и лишение их части очков, чтобы Даниэль смог стать чемпионом мира, но в нынешних обстоятельствах это маловероятно.

Вопрос: Отмар, на следующей неделе на тестах в Абу-Даби с вашей машиной будет работать Джолион Палмер, чемпион GP2. Он рассматривается как кандидат на место в команде?
Отмар Сафнауэр: Его участие в тестах обусловлено не этим. В ближайшее время мы назовем состав команды на следующий сезон, а для Джолиона это задел на будущее. Вы знаете, что мы часто привлекали к работе молодых гонщиков, даже позволяли им по ходу сезона участвовать в первой части свободных заездов.

Джолион завоевал титул в GP2, и мы решили, что он вполне подойдет нам на тестах. Он показал неплохие результаты на симуляторе, хотелось бы взглянуть, как это подтвердится на трассе – полагаю, Джолион сработает уверенно. Опять же, для нас это тесты, так что от него потребуется качественная обратная связь.

Вопрос: Перед началом уик-энда Force India, Lotus и Sauber призвали команды собраться и обсудить вопрос распределения доходов. Как продвигается дискуссия?
Отмар Сафнауэр: К счастью, я не участвовал в подобных совещаниях и не могу ответить на ваш вопрос. Я занимаюсь иными вещами – в основном скоростью машины – и стараюсь понять, как навязать борьбу соперникам. Именно этим я займусь и в нынешний уик-энд.

Вопрос: Федерико, ваше мнение об обсуждении финансовой темы?
Федерико Гастальди: Честно говоря, в беседах с другими руководителями и господином Экклстоуном участвовал Жерар Лопес. Это их компетенция, они совместно разрабатывают программу действия, больше мне сказать нечего.

Вопрос: Сегодня утром за вашу команду на трассе работал Эстебан Окон. Как вы оцениваете его выступление, и каковы дальнейшие планы?
Федерико Гастальди: Эстебан пришел из молодежной программы, стал чемпионом Формулы 3, сейчас мы ищем для него возможность сделать следующий шаг в GP2, ведем переговоры сразу с несколькими командами. Мы довольны его выступлением сегодня, посмотрим, как пойдут дела на тестах.

Вопросы с мест

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Мне хотелось бы услышать мнение каждого, какой вам видится целевая аудитория Формулы 1? Пол, возраст, место проживания… Марко?
Марко Маттиаччи:
Я понимаю, к чему вы клоните. Как заметил Тото, мое прежнее место работы было связано с продажей машин. Я встречал немало покупателей, которые говорили мне, что заразились мечтой о Ferrari в возрасте восьми – десяти лет, когда в их комнате появился первый постер, или когда они смотрели гонки с участием Жиля Вильнева. Все зависит от цели, но для такого престижного бренда, как Ferrari, демография аудитории начинается с момента, когда человек может включить телевизор, и заканчивается моментом, когда он может позволить себе купить одну из наших машин.

Наш бренд – это скорее культура, страсть, и у нас нет иной сегментации клиентов, кроме той, о которой мы говорим, продавая дорожные машины, но Формула 1 – это великолепная платформа, позволяющая взаимодействовать с самой широкой аудиторией. Чем раньше мы начнем взаимодействовать, тем быстрее установим нужный контакт – так можно воспитать в ребенке будущего члена семьи Ferrari.

Что касается географии, компания представлена в 65 странах, потому для нас Формула 1 – оптимальный базис. Мужчины или женщины – для нас это не является спорным моментом, мы продаем машины и тем, и другим.

Вопрос: Тото?
Тото Вольфф: Немного можно добавить к тому, что сказал Марко. Нужно как можно раньше прививать зрителю понимание, что Формула 1 – высший уровень в автоспорте, и для Mercedes этот аспект крайне важен. Обучите ребенка – и вы вырастите из него клиента, понимающего, что Mercedes успешна в Формуле 1.

Вопрос: Кристиан, бренд Red Bull изначально весьма ориентирован на молодое поколение…
Кристиан Хорнер: Да, компания в значительной степени ориентирована на молодежь, в нашей команде немало юных болельщиков – как мужчин, так и женщин, но в целом вопрос не связан с полом, возрастом или какой-то конкретной гонкой: спорт одинаково доступен всем. Я понимаю, к чему клонит Джо, но нужно помнить, что на фоне 84-летнего и 70-летний кажется весьма молодым.

Вопрос: Отмар?
Отмар Сафнауэр: Бренды, представленные на нашей машине, имеют разную целевую аудиторию. Как сказал Кристиан, Red Bull в значительной мере ориентирован на молодежь, тогда как наш болельщик несколько старше. В случае со Smirnoff или Kingfisher есть возрастные ограничения на потребление их продукции, потому мы говорим о старшем поколении, пусть и не о 70-летних. Опять же, у нас есть Claro и Telcel, современные подростки практически всё время заняты своими телефонами – в общем, зрительская аудитория довольно широкая.

Вопрос: Финбарр, есть что добавить?
Финбарр О’Коннелл: Могу лишь сказать, что сейчас у нас есть моторы Renault и коробки передач Red Bull Racing, и именно эти два бренда у людей ассоциируются с нами. Инвесторы, с которыми я беседовал, говорили, что в случае покупки они, скорее всего, сменили бы название команды.

Вопрос: Федерико?
Федерико Гастальди: Мы не производим дорожные машины, но тесно сотрудничаем с крупными спонсорами, ориентированными на молодежный сегмент рынка. Потому нужно как можно скорее обучить подрастающее поколение, чтобы быть с ним на одной волне.

Вопрос: Наконец, несколько слов от Клэр…
Клэр Уильямс: Совсем немного. Мы против какой-либо дискриминации, нам хочется, чтобы все обожали Williams и Формулу 1.

Вопрос: (Жером Пагмайр – AP) Вопрос для Тото. Вчера между Льюисом и Нико чувствовалось некоторое напряжение. Вы намерены что-то сказать им перед стартом?
Тото Вольфф: На этой стадии у команды нет необходимости вмешиваться в отношения между гонщиками. Мы предоставили им лучшую машину, остальное зависит от них самих. Нет смысла создавать искусственную среду. Они здесь ради победы в чемпионате, гонщик против гонщика – да, напряжение присутствует, но в корректной манере.

Вопрос: (Дэн Натсон – Auto Action/National Speedsport News) Финбарр, что получит покупатель помимо права участвовать в чемпионате? Базу команды, оборудование? Придется ли ему оплачивать все долги команды?
Финбарр О’Коннелл: Он получит базу команды, оборудование и право участвовать в чемпионате, после чего ему предстоит вести переговоры со всеми партнерами. Как я уже говорил, мы связаны с Renault и Red Bull Racing, среди наших ключевых контрагентов Pirelli и Dell – со всеми ними нужно договариваться.

Вопрос: А долги?
Финбарр О’Коннелл: Они станут предметом разговора со всеми названными компаниями. Это будут новые отношения, и сторонам предстоит решить, как эти отношения будут развиваться. От ответа на этот вопрос во многом зависит ответ на предыдущий.

Вопрос: (Кейт Уолкер – crash.net) У меня вопрос к представителям стратегической группы. Мы завершаем первый сезон, в котором группа представила ряд серьезных инициатив, касающихся контроля расходов, ограничения переговоров между гонщиком и командой. В чем, по-вашему, заключается долгосрочная стратегия спорта, и какая роль отводится в ней самой стратегической группе – регулирующая?
Кристиан Хорнер: Приятно отвечать на простые вопросы. Стратегическая группа создана для обсуждения наиболее масштабных проблем. Вы знаете, что нам не всегда удавалось договориться между собой, и на следующей неделе нам предстоит очередная встреча, после которой соберется Комиссия по Формуле 1. Что касается регулирующей функции группы, все, что обсуждается внутри нее, должно получить одобрение Комиссии по Формуле 1, где представлены все команды, промоутер и FIA, прежде чем какая-либо инициатива будет вписана в правила. По сути, это площадка для дискуссии.

Конечно, имеют место быть определенные проблемы – ситуация с командами вроде Caterham во многом объясняется издержками. Расходы слишком велики, а одним из ключевых факторов выступает стоимость силовых установок – на этот аспект группе и другим участникам чемпионата следует обратить особое внимание. И если немногое можно успеть сделать до старта следующего сезона, нужно поработать на более отдаленную перспективу и, вероятно, даже рассмотреть вариант перехода на моторы иной конфигурации. Возможно, это будут более простые в техническом плане V6, расходы на разработку и обслуживание которых будут по силам и частным командам. Данный вопрос следует тщательным образом обсудить уже на ближайшем собрании группы.

Вопрос: Тото, ваше мнение?
Тото Вольфф: О регулирующей роли сказано достаточно. У больших команд есть определенная ответственность перед спортом: нужно открыто обсуждать проблемы и помогать небольшим коллективам оставаться в чемпионате. В Mercedes к данному вопросу относятся со всей серьезностью, мы работали над проблемами и будем продолжать делать это.

Вопрос: Марко, вы согласны с Кристианом в том, что, возможно, имеет смысл задуматься о моторах иной конфигурации для 2016 года?
Марко Маттиаччи: Определенно, нам нужно задуматься об ином варианте на 2016 год, как в части моторов, так и в части регламента в целом. На 2015-й придется оставить все, как есть, но мы не намерены сохранять такой же порядок вещей и далее. Стоимость силовых установок – серьезная проблема, а тот факт, что мы не имеем возможности дорабатывать их по ходу сезона, сказывается на конкурентоспособности. Сложности, с которыми сталкиваются небольшие команды, сейчас актуальны, как никогда, но все эти факторы тесно связаны между собой. Стратегическая группа и Комиссия по Формуле 1 – подходящие площадки для обсуждения вопросов и поиска общих решений, и на 2016 год подход должен быть совершенно иным.

Вопрос: Клэр, ваше мнение?
Клэр Уильямс: Стратегическая группа является площадкой для дискуссии, которая всегда полезна в спорте, даже если ранее в этом не было явной необходимости. В этом году группе пришлось выступать в роли исследователя, поскольку каждый участник желал обсудить свои конкретные проблемы, но для Williams ее роль всегда заключалась в обеспечении стабильности спорта, и нам хотелось бы больше дискуссий на данную тему. Мне кажется, несколько рано говорить о переходе на другие моторы, но Williams всегда предельно четко озвучивала свою позицию по поводу снижения расходов. И одним из печальных итогов сезона следует признать тот факт, что группа не смогла добиться хоть какого-то контроля над издержками.

Нужно предельно внимательно рассматривать все изменения, касающиеся силовых установок. Мы уже вложили огромные средства в их создание и доработку, многие команды потратили на это едва ли не половину бюджета. Эти моторы несут в себе определенный посыл, заложенные в них гибридные технологии важны и для нас, и для спонсоров – по-моему, преждевременно делать разворот на 180 градусов. Не уверена, что это обеспечит чемпионату достойное положение, но площадкой для подобных обсуждений является рабочая группа – думаю, мы вскоре коснемся этих вопросов.

Вопрос: Наконец, мнение Федерико…
Федерико Гастальди: Как уже было сказано, вопрос о контроле расходов стал большим упущением, несмотря на все проведенные дискуссии. Думаю, все команды – каждая в меру своих возможностей – должны работать на большую стабильность в будущем.

Вопрос: (Дитер Ренкен – Racing Lines) Клэр, вы назвали группу площадкой для дискуссии, Кристиан высказался в том же ключе. Вы также сказали, что все инициативы должны быть утверждены Комиссией по Формуле 1. Клэр, вы заметили, что по вопросу снижения расходов не удалось прийти к единому мнению. Если взять всё озвученное воедино, не получается ли, что рабочая группа, по сути, не является площадкой для дискуссии? Если она призвана искать консенсус, она уже не является форумом. Кроме того, если говорить о полномочиях: коль уж все инициативы должны в итоге рассматриваться Комиссией по Формуле 1, почему вопрос о контроле расходов не был вынесен на обсуждение, если он, по факту, был изначально заблокирован самой группой?
Клэр Уильямс: Это площадка для дискуссии, но есть процедура голосования для передачи предложений на суд Комиссии по Формуле 1. У команд, FOM и FIA есть определенное количество голосов, и если вопрос не поддержан большинством, он не передается на рассмотрение Комиссии.

Вопрос: Кристиан?
Кристиан Хорнер: Следует помнить, что команды-участники стратегической группы взяли на себя обязательства выступать в Формуле 1 до 2020 года, потому они крайне заинтересованы в том, чтобы спорт был привлекателен и финансово устойчив. И, разумеется, должна быть процедура одобрения или отклонения предложений, иначе в чем тогда смысл существования группы?

Вопрос о передачи инициативы на уровень Комиссии по Формуле 1 решается простым большинством голосов, а уже там у любой команды – даже Финбарр может присутствовать на заседании Комиссии, назначенном на следующую неделю – есть возможность заблокировать не понравившийся ей проект на 2015 год или озвучить свое мнение насчет идей, касающихся 2016-го.

Вопрос: Тото?
Тото Вольфф: Нечего добавить.

Вопрос: (Луиджи Перна – La Gazzetta dello Sport) Вопрос для господина Маттиаччи. Какие аргументы вы озвучили Себастьяну Феттелю в пользу перехода в Ferrari, и какой он, по-вашему, человек?
Марко Маттиаччи: Я был поражен умом Себастьяна и тем, с какой страстью он говорит о Ferrari. Но аргументы все равно должны были быть весомыми: мы говорили о проекте, об инвестициях. Когда желаешь заполучить четырехкратного чемпиона мира, ты не просто перекупаешь его – вы обсуждаете множество аспектов.

Вопрос: (Дитер Ренкен – Racing Lines) Кристиан, прошу извинить, что возвращаюсь к уже озвученному, но вы сказали, что Финбарр может озвучить свое мнение на предстоящем собрании Комиссии по Формуле 1. Но как он сможет высказаться по вопросу контроля расходов, если этот вопрос не вынесен на обсуждение, так как изначально заблокирован на уровне стратегической группы?
Кристиан Хорнер: Каждая команда участвует в различных дискуссиях, в том числе по вопросам, выносимым на обсуждение в рамках стратегической группы. Есть немало возможностей обсудить проблемы, касающиеся технических или чисто спортивных аспектов, до их рассмотрения группой, но команды, представленные в группе, от имени родительских компаний предоставили гарантии своего участия в чемпионате как минимум до 2020 года, и у них, в какой-то мере, есть право определять будущее спорта и выбирать пути развития. Сейчас у нас есть серьезные проблемы, требующие решения.

Вопрос: (Вальтер Костер – Saabrucker Zeitung) Господин Вольфф, как вы оцениваете вклад периода, когда командой руководил Росс Браун, в нынешний успех Mercedes, и как оцениваете вклад периода вашего руководства? И еще – как команда планирует отметить титул в личном зачете, и почему сотрудники не в победных футболках?
Тото Вольфф: Наконец-то, добро пожаловать на настоящую пресс-конференцию! Росс оказал огромное влияние на нашу команду. Когда в 2010-м году он присоединился к нам, ему и коллективу пришлось пережить пару очень непростых лет, но именно тогда были заложены основы сегодняшнего успеха.

Что касается победных футболок, у нас будет гонщик, завоевавший титул, и его напарник, закончивший сезон на втором месте. По ходу сезона команда старалась сохранять баланс и нейтралитет, Льюис и Нико – важные элементы всей системы, мы продолжим сотрудничество с ними в следующем сезоне, но пусть нам выпадет большая честь поздравить одного из них с титулом, следует понимать, что для другого воскресный день будет очень непростым. Потому мы должны продолжать сохранять нейтралитет и работать в спокойной манере.

Вопрос: (Хаоран Жу – F1 Express) Пара вопросов для Тото, Кристиана и Марко. Первый о том, есть ли крайний срок для решения вопроса о запрете на доработку моторов? На дворе конец ноября, вряд ли вы можете выпустить соответствующий пресс-релиз 31 декабря в 23:59. Второй вопрос: позади первый год с турбомоторами, вы собрали достаточно информации – не могли бы сказать, в какой мере экономия топлива была обеспечена за счет двигателя внутреннего сгорания, а в какой – за счет гибридных технологий? Простой пример: в этом году в гонках на выносливость Toyota представила прекрасно звучащий атмосферный мотор, который в сочетании с гибридной установкой обеспечивал отличные показатели мощности вкупе с хорошей экономией топлива.
Тото Вольфф: Есть определенный регламент, определяющий время на принятие решения. Для 2015 года рамки не установлены, а в отношении регламента на моторы для 2016 года всё должно быть зафиксировано не позднее 1 марта 2015 года.

Что касается второго вопроса, я не могу озвучить конкретные цифры. По ходу сезона мы наблюдали колоссальный прогресс как в части самих моторов, так и гибридных систем, а потребление топлива сократилось практически на треть. Результаты, показанные в первой тренировке в Абу-Даби, практически не уступают прошлогодним, хотя машины заметно потеряли в эффективности аэродинамики – по-моему, это впечатляет.

Вопрос: Марко, что скажете насчет крайнего срока?
Марко Маттиаччи: Сейчас мы работаем по срокам, установленных в правилах. В этом плане подход не отличается от прошлогоднего.

Вопрос: У вас есть понимание, какой процент топлива удалось сэкономить с новыми моторами?
Марко Маттиаччи: Нет, мне нужно поговорить с инженерами. Есть стремление сделать двигатель внутреннего сгорания максимально эффективным и каждую неделю повышать производительность систем восстановления энергии, но пока я не могу озвучить конкретные цифры.

Вопрос: Кристиан?
Кристиан Хорнер: Вопрос о моторах весьма интересный. Когда обсуждалась конфигурация нынешних силовых установок, была идея Макса Мосли взять за основу четырехцилиндровый мотор. Инженерам представили проект регламента, но все сошлись во мнении, что подобный шаг будет неправильным. Тогда всем казалось, что четырехцилиндровые моторы привлекут в Формулу 1 новых производителей, и компромиссным вариантом стали V-образные «шестерки», но когда разработчиков оставили самостоятельно разбираться в тонкостях правил, они произвели невероятно сложный и чрезвычайно дорогостоящий продукт.

Нынешние моторы – потрясающий сплав технологий, но суммарные затраты на их разработку практически достигли миллиарда евро, и бремя расходов, к сожалению, легло на частные команды. Нужно оценить то, что было достигнуто с технической точки зрения, и постараться многое упростить. Возможно, следует оставить V6, но перейти на двойной турбонаддув, что отчасти решит проблему со звучанием, а, к примеру, стандартная система рекуперации энергии позволила бы снизить расходы на доработку и конечную цену для клиентов. На эти вопросы стратегической группе следует обратить особое внимание.

Вопрос: Под стандартной системой рекуперации вы подразумеваете техническое решение, одинаковое для всех команд, вроде стандартного блока управления двигателем?
Кристиан Хорнер: Именно. У нас есть единый для всех блок управления двигателем, почему не пойти дальше? Это существенно сократит непомерные затраты на доработку.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Короткий вопрос: не могли бы поднять руку те, кто не брал на себя обязательств участвовать в чемпионате до 2020 года?
Кристиан Хорнер: Следовало бы спросить, кто гарантировал свое участие до обозначенного срока. Это был бы иной вопрос, Джо.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Хорошо, кто из вас гарантировал свое участие в чемпионате до 2020 года, и какую сумму вам придется заплатить в случае отказа от этих обязательств?
(участники поднимают руки)

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Спасибо, я вас понял. Последний вопрос – философский. Есть ли логика в том, что участники сами определяют правила?
Клэр Уильямс: Я знала, что вы зададите этот вопрос мне. У нас нет иного выбора, только возможность действовать. Из слов Кристиана вы можете понять, что нас всех беспокоит будущее Формулы 1, и задача стратегической группы – гарантировать чемпионату достойные перспективы. Есть и иной аргумент: в конце концов, кто определит правила лучше самих участников? Сейчас альтернативы такому подходу нет, но даже если она появится, у нее будут свои недостатки.

Отмар Сафнауэр: Если у каждого из нас есть возможность определять правила, я целиком за такой подход, но решение не должно приниматься небольшой группой.

Вопрос: (Иан Паркес – Press Association) Кристиан, пару недель назад в России вы сказали, что есть пусть крайне малая, но вероятность возврата к восьмицилиндровым моторам. Теперь же вы говорите о V6 с множеством стандартизированных компонентов. Почему три производителя, потратившие миллиард евро на разработку нынешних силовых агрегатов во благо спортивной индустрии и всей автомобильной промышленности, должны желать вернуться к чему-то стандартному? Не говорите ли вы как человек, который отчаянно цепляется за любую идею, поскольку его команда больше не сражается за титулы?
Кристиан Хорнер: Прежде всего, пару недель назад я не был в России. Мне понятен ваш вопрос, но нынешний подход неприемлем для самих производителей, поскольку они не могут и дальше тратить такие суммы. Вместо того, чтобы возвращаться к V8, нам, возможно, следует оставить базовую часть современных силовых установок и упростить их конструкцию, ведь если расходы на доработку не снизятся, мы не только не привлечем новых производителей, но и окажемся перед риском потерять тех, что есть сейчас. Нужно думать не только о текущей ситуации, но и о будущем.

Для сезона-2015 уже мало что реально изменить в правилах, но над регламентом на 2016 год еще можно работать. Команды, промоутер и FIA должны взять на себя ответственность за решение всех проблем и сделать спорт финансово устойчивым и привлекательным для новых производителей.

Вопрос: Тото, вы не высказывались по данному вопросу. Есть контраргументы?
Тото Вольфф: Я полностью согласен с тем, что производители несут ответственность перед всеми командами, и что мы должны проанализировать издержки, но время нельзя повернуть вспять. Формула 1 – вершина технологий, мы должны привлекать в спорт новых производителей и уже ждем возвращения Honda. Нынешняя конфигурация силовой установки была предложена Renault, и для нас она является ключевой площадкой для демонстрации наших технологий, гибридных технологий будущего. С ее помощью мы привлекаем спонсоров, и для Mercedes как производителя дорожных машин – думаю, в Renault при разработке инициативы придерживались такой же логики – этот аспект крайне важен. Для Red Bull он важен в меньшей степени, а для нас остается решающим.

Вопрос: (Михаэль Шмидт – Auto, Motor und Sport) Тото, в следующем году два других производителя моторов не смогут что-либо предпринять, если в Mercedes не поддержат такой подход. Но не опасаетесь ли вы, что в 2016-м они могут радикально сменить регламент на двигатели, и вы не сможете ничего с этим поделать, поскольку у них будет большинство голосов?
Тото Вольфф: Мы говорим об издержках, и если подход к правилам будет таким же, как озвучивалось на этой пресс-конференции, это означает, что мы вовсе не думаем о расходах и своими руками роем могилу Формуле 1. Мы потратили существенную сумму средств на разработку силовой установки, пусть не миллиард, но десятую его часть, и нужно действовать гибко: решение должно позволить небольшим командам остаться в спорте, а производителям – демонстрировать свои технологии. Возврат к ранним вариантам или смена формата приведут к росту затрат, это совсем не то, что сейчас нужно Формуле 1.

Возвращаюсь к вашему вопросу. Если мы останемся безучастными, и описанные вами решения будут приняты для 2016 года, это обернется катастрофой для спорта. Мы приложим все усилия, чтобы решить эту проблему.

Вопрос: (Кейт Уолкер – crash.net) Финбарр, большинство проектов в сфере краудфандинга возвращают средства инвесторам, если цель не была достигнута. Ваш проект работает по такой же схеме, и если да, как вы планируете возвращать средства 6500 болельщикам?
Финбарр О’Коннелл: Кейт, задачей было сформировать фонд и привезти команду на гонку, об этом было четко заявлено на сайте. Тот факт, что мы сейчас находимся здесь, свидетельствует о выполнении этой задачи, собранные средства были направлены именно на это. Если бы 14 ноября мы приняли решение не ехать в Абу Даби, все пожертвования были бы возвращены.

Вопрос: (Лейх О’Горман – Walker Watson Ltd) Финбарр, в какие сроки вы должны принять решение о продаже команды, и насколько далеко продвинулись инженеры Caterham в работе над машиной для следующего сезона? Если подумать, каких средств стоит покупка команды, можете ли вы сделать предложение сколь-нибудь интересным, ведь новый сезон стартует всего через четыре месяца?
Финбарр О’Коннелл: Конечно. Я беседовал с людьми, преследующими разные интересы. Некоторые из них были готовы принять решение в ближайшие несколько недель, и если это произойдет, они согласны выкупить команду в ее текущем положении. Да, сотрудники попали под сокращение, но многие из них остались на связи. Это фантастические люди, некоторые из них приехали сюда с командой, а в целом 120 человек выразили готовность вернуться и работать на нового владельца. Это один из вариантов развития событий.

У меня также есть покупатели, заинтересованные в приобретении зданий и оборудования для создания новой команды, которой в будущем предстоит получить необходимую лицензию. Ну а что касается новой машины, инженеры сказали мне, что проект находился лишь в начальной стадии, но если покупатель появится в ближайшее время, машина сможет выйти на старт нового сезона.

Вопрос: (Томас Маэр – formulaspy.com) Финбарр, вам нравится работать в Формуле 1? Рассматриваете ли вы возможность оставаться в занимаемой должности? И еще: Майк Гаскойн сказал, что в плане обеспечения безопасности в большей степени доверяет вам и вашей руководящей команде. Не могли бы вы пояснить, почему у него могли быть какие-либо сомнения в способностях предыдущих управленцев?
Финбарр О’Коннелл: Не могу. Знаю, после предыдущего этапа в прессе появились сообщения о проблемах, касающихся безопасности наших машин, но моя задача не просто озвучивать решения: я должен принять вызов и вывести машины на трассу. Безопасность на высшем уровне, иначе мы не стали бы привозить CT05 сюда.

Возвращаясь к вашему первому вопросу, это спорт, в который люди по-настоящему влюблены, но я чувствую большую ответственность за команду, за её сотрудников. Я буду рад передать свой портфель руководителя любому, кто готов взять его, а сам буду сидеть на трибуне и наслаждаться гонкой. Впрочем, наслаждаться я буду в том случае, если задача будет выполнена: это мой профессиональный долг, команда видит выбранный мной подход, и ей, вероятно, хотелось бы, чтобы новый руководитель придерживался схожих принципов.

Вопрос: (Крис Медланд – crash.net) Финбарр, насколько сложно убедить потенциального покупателя в целесообразности приобретения команды, когда, как показала сегодняшняя пресс-конференция, остаются многочисленные разногласия по поводу стоимости моторов и направлений их дальнейшего развития? Вы находитесь в группе, члены которой не всегда могут голосовать за то или иное решение…
Финбарр О’Коннелл: Согласен, потенциальный владелец предпочел бы иметь большую уверенность в перспективах, но не думаю, что неопределенность здесь выглядит необычной или странной. В любом бизнесе с этим приходится иметь дело, пусть даже данный факт ничем не поможет потенциальному покупателю.

Вопрос: (Даниэль Ортелли – Agence France Presse) Я хотел бы провести мгновенный опрос. Одна из присутствующих команд рассматривает вариант использования нынешних силовых агрегатов в следующем сезоне с целью экономии расходов. Среди оставшихся шести команд есть ли те, кто выступил бы против такой инициативы, способной сохранить Caterham?
Кристиан Хорнер: Мы не видим никакой проблемы в том, чтобы Caterham или любая другая команда использовала силовую установку 2014 года, если это позволит им снизить издержки, но подобная схема требует корректировки регламента.

Отмар Сафнауэр: Никаких проблем, мы бы поддержали такую идею.

Федерико Гастальди: Аналогично.

Тото Вольфф: Нужно посмотреть правила и понять, как это можно организовать, и действительно ли будет достигнута экономия. Если она будет достигнута, мы найдем способ согласовать подход.

Клэр Уильямс: Согласна.

Марко Маттиаччи: С нашей стороны – никаких проблем.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Клэр, вы сказали, что у вас нет иного механизма влиять на ситуацию, кроме как через стратегическую группу. Но есть еще FIA – руководящий орган, являющийся таковым уже много лет. Возможно, действовать через них было бы более логичным?
Клэр Уильямс: Возможно, но не мне принимать такое решение. Сейчас структура выглядит так, что у нас есть стратегическая группа, в которой участвует FIA – такая схема была закреплена в начале нынешнего года. Мы все согласились с таким подходом, и именно так сейчас осуществляется руководство спортом.

Перевод: Валерий Карташев

Другие новости