Хэмилтон: Будет ли эффект, если я снимусь с гонки?

Льюис Хэмилтон

Перед началом уик-энда в Бельгии Льюис Хэмилтон сказал, что не готов сняться с гонки, как снялась с полуфинала теннисного турнира в Цинциннати Наоми Осака...

Вопрос: Льюис, что связывает вас и Спа? Какие чувства вы испытываете к бельгийской трассе?
Льюис Хэмилтон: Думаю, все гонщики по-особенному относятся к Спа. Сейчас таких трасс не строят, в мире мало схожих по характеру конфигураций. Один из немногих примеров – пролегающая буквально через лес знаменитая «Северная Петля» Нюрбургринга с её перепадами высот.

У Спа невероятная гоночная история. Здесь в основном представлены среднескоростные и высокоскоростные участки, притом многие гонщики считают эту трассу одной из своих любимых, так как на ней можно обгонять. Вместе с тем конфигурация довольно непростая: на скоростных первом и третьем секторах ты предпочел бы иметь меньше прижимной силы, но если её окажется недостаточно на втором, потеряешь довольно много времени. Большинству участников традиционно непросто добиться здесь баланса, оптимального для всех трёх секторов.

Кроме того, здесь можно стартовать из первых рядов, но уже к концу первого круга потерять несколько позиций. Нет, я не хотел бы иметь больше побед в Спа – я благодарен судьбе за те, что у меня есть. В жизни важно ценить то, что имеешь.

Вопрос: Если погода будет сухой, в пятницу вы уже на круге выезда из боксов промчитесь в Eau Rouge с педалью газа в пол?
Льюис Хэмилтон: Сейчас Eau Rouge стабильно проходится на полной скорости, он уже не такой, каким воспринимался в те годы, что показаны на фотографиях в этом зале. Нет, он по-прежнему потрясающий, просто с нынешними шинами и общим уровнем сцепления с асфальтом мы чаще проезжаем там… Вряд ли кто-то будет атаковать в Eau Rouge уже на круге выезда из боксов, в этом нет никакого смысла, но уже на первом быстром круге все будут мчаться там, утопив педаль газа в пол.

Вопрос: Льюис, в Соединенных Штатах отменили многие спортивные соревнования после того, как в Висконсине полицейский несколько раз выстрелил в спину темнокожему мужчине Джейкобу Блэйку. Наоми Осака в знак протеста снялась с полуфинала теннисного турнира в Цинциннати, в социальной сети Instagram вы написали, что гордитесь её поступком. Думали ли вы о том, чтобы сняться с предстоящей гонки в знак протеста, обсуждали ли такой вариант с кем-либо, и не кажется ли вам, что посыл от такого поступка был максимально сильным?
Льюис Хэмилтон: Прежде всего, совершенно потрясающе то, как среагировало спортивное сообщество в Штатах: персонал спортивных площадок, телевизионные комментаторы – все они вместе с игроками призывают к изменениям. Досадно, что для реакции властей приходится отменять соревнования или сниматься с турнира, но так происходит в Америке – не знаю, будет ли эффект, если я снимусь с Гран При Бельгии.

Я не обсуждал эту тему с кем-либо, но горжусь усилиями многих людей по всему миру, разделяю их взгляды и готов вместе с ними сделать всё возможное, чтобы изменить ситуацию к лучшему. Не представляю, как мы могли бы отказаться от гонки, сезон должен продолжаться, это важно, но я обсужу с организаторами чемпионата, что ещё мы могли бы предпринять, чтобы привлечь внимание к проблеме. В спорте все должны быть едины и поддерживать друг друга, даже если события происходят в разных дисциплинах и категориях.

Вопрос: Льюис, вы ещё не продлили контракт с Mercedes. У всех сложилось впечатление, что вам осталось сесть за один стол с Тото Вольффом, вписать нужную цифру в договор и поставить подписи, но есть ли еще какие-либо факторы, которые вам хотелось бы учесть? Например, будущая структура команды: Энди Кауэлл оставил пост руководителя Mercedes High Performance Powertrains, Тото Вольфф пока не подтвердил, что останется. Есть ли какие-то моменты, которые вы хотели бы прояснить?
Льюис Хэмилтон: Мне повезло, что в предыдущие два-три сезона я лично обсуждал с командой свой контракт. Этот процесс меня многому научил, и я не из тех, кто хочет всё время заниматься одним и тем же. Потому мы с командой уделяем внимание всем вопросам и стараемся убедиться, что наши ценности и цели остаются едиными. Ты анализируешь многие аспекты, будь то работа со спонсорами, выступление на трассе, работа с инженерами, тренировки на симуляторе, и пытаешься понять, как добиться большего от каждой составляющей, от каждого фактора. Как только улажены все эти моменты, приходит черед более общих вопросов.

Мы с Тото хорошо знаем друг друга, для нас обоих это не первый совместный сезон – нам очень приятно работать вместе, но мы особенно счастливы, когда дело сделано, и мы можем отметить это выпивкой. У меня на этот случай с собой точно будет бутылка текилы – возможно, следует налить Тото и перед переговорами, чтобы он немного расслабился! Ну, или Валттери может отправить ему бутылку финской водки!

Вопрос: Льюис, считаете ли вы Макса Ферстаппена и Red Bull Racing серьезными конкурентами в споре за победу в чемпионате? Конкурентами, которым по силам урвать победу, стоит вам самому допустить хоть малейшую оплошность.
Льюис Хэмилтон: Если не принимать в расчёт первую гонку сезона, разница по очкам между мной и Максом окажется не так уж велика. В Red Bull Racing добились хороших результатов – возможно, в квалификации у нас есть над ними преимущество, но в гонке им удается подобраться намного ближе. Мы не преодолели и половины сезона, так что я буду внимательно следить за Максом и Red Bull Racing, они по-прежнему претендуют на титул.

Вопрос: Льюис, вы часто говорили, что Формуле 1 нужны более эффективные шины. Какое влияние способны оказать на Pirelli ассоциация гонщиков (GPDA) и лично вы, многократный чемпион мира? Какие шины вы сочли бы идеальными?
Льюис Хэмилтон: Не припоминаю, чтобы мы когда-то обсуждали, какими должны быть идеальные шины. Машины становятся больше и тяжелее, из-за чего шинникам сложнее создавать надежные шины, а сокращение количества тестов служит дополнительным препятствием. При этом из года в год шины, которые мы получаем от Pirelli, не соответствуют пожеланиям гонщиков.

Мы постоянно жалуемся на перегрев резины. Машина Формулы 1 замечательна своей фантастической прижимной силой, но проблема в возмущенном потоке воздуха позади машины: со стороны его не видно, и болельщикам сложно понять, почему нам не удается вплотную подобраться к сопернику. Влияние возмущенного потока ощущается даже при интервале в семь десятых секунды, и чтобы компенсировать потерю в прижимной силе, нужно больше механического сцепления с трассой и максимум сцепления от шин.

Во времена так называемых «шинных войн» машины не только были намного легче, но еще были два производителя, которые вынуждали друг друга работать на пределе. Сейчас никто, кроме гонщиков, не требует от Pirelli изменений, притом нам самим приходится проявлять тактичность, чтобы не огорчить поставщика чемпионата. Мы стараемся конструктивно вести диалог.

В составлении последних требований к шинам гонщики не участвовали, соответственно, там нет ничего из того, о чём мы просили на протяжении нескольких лет. В GPDA мы решили вернуться к истокам проблемы, и ранее, когда в FIA и FOM работали над регламентом, я ездил к ним в Париж, чтобы сказать: «Вовлекайте гонщиков в обсуждение, мы не работаем против вас! Мы – часть этого спорта и точно так же, как вы, хотим помочь ему оставаться лучшим!» Эту инициативу встретили положительно, сейчас предпринимаются попытки скорректировать требования к шинам.

Что касается нынешнего сезона, мы выступаем на абсолютно таких же шинах, как год назад. Лично я предпочел бы проводить больше пит-стопов, гонки с одной сменой шин не так интересны. Состав HyperSoft обеспечивает наилучший уровень сцепления с трассой, и мы хотим, чтобы он дольше сохранял эффективность и не перегревался – тогда мы сможем атаковать на пределе, выжимать из машин всё, на что они способны, быстро подбираться к соперникам и сразу проводить атаку, которой в нынешних условиях приходится ждать несколько кругов.

Текст: . Источник: собственный корреспондент
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости