Это вымышленная история, пересечений с реальными событиями искать не стоит. Продолжение «Маленького урагана» Никиты Савельева для читателей F1News.ru...
Глава 18. Чувство меры. Часть первая
– Чай готов. Мадемуазель Демар, комиссар, – инспектор Ксавье со стуком поставил на стол чашки. – Местный хлеб не предлагаю. Он ужасен. Не понимаю, как англичане могут столько лопать на завтрак. Каша, бекон, пудинг, яичница, сосиски. После такого перекуса и двигаться тяжело.
Валери в глубине души поддерживала инспектора – она тоже тосковала по хрустящей свежей парижской выпечке, но не обсуждать же разницу в кухнях с полицейским. Того же мнения придерживался и комиссар Витран. Разумеется, он тоже был здесь. Только занял место не за столом, а сурово возвышался за плечом у инспектора.
– Не отвлекайся, Ксавье.
Инспектор кивнул и бросил взгляд на свои записи:
– Итак, мы остановились на том, что двадцать четвертого вы совместно с синьором Наварро улетели из Стокгольма и, полагаю, благополучно приземлились в Орли. Потом…
Валери со вздохом продолжила отчет:
– Было поздно, и мы сразу направились в отель. На авеню Ош. Название не запомнила, что-то про королей, найдете без труда. Там пробыли до утра двадцать пятого. Из номера не выходили. Простите, чем конкретно мы занимались, Вас интересует? – спросила Валери с подначкой.
Ксавье не поддался на провокации и сухо сказал:
– Ни в коей мере. А вот с кем синьор Наварро встречался и разговаривал по телефону – вполне. Продолжайте, мадемуазель.
– И куда он делся двадцать пятого, не забудь, – пробасил комиссар Витран.
– Хорхе скребся в дверь как обычно, а звонки, – Валери добросовестно задумалась. – Если бы я записывала каждый раз, но Вы же сами просили не делать никаких записей.
– Мне казалось, у пилотов нет проблем с памятью, как же вы запоминаете все повороты на трассе? – поинтересовался Ксавье.
Валери проигнорировала укол и вернулась к рассказу. Как и у всякого гонщика у нее была отличная зрительная память, зато события она запоминала неважно. Инспектор внимательно слушал, аккуратным почерком делал пометки в блокноте, а комиссар исподлобья взирал на них, шумно прихлебывал чай, важно кивал головой и задавал уточняющие вопросы.
Наглядное пособие: встреча агента с кураторами. Естественно, они вышли на связь с Валери после возвращения из Швеции, побранили за безалаберность и заверили: договор остается в силе, поэтому ей не следует вилять, а четко выполнять, что велено. Вскоре Валери уехала тестировать свое новое шасси в Италию, а оттуда в сопровождении команды, прямиком отправилась в Англию на девятый этап чемпионата. И следующую встречу господа полицейские решили провести именно на Туманном Альбионе. Не исключено, они не имели возможности свободно раскатывать по Европе, как гонщики.
За прошедший месяц Валери не увидела абсолютно ничего подозрительного в поведении Энрике и сочла за лучшее говорить полиции все, как есть. Не исключено же, что они ошибаются и испанец абсолютно не причем. Вдруг разберутся и отстанут от них. Или она так себя наивно утешает?
– Всё? – осведомился Витран, когда Валери закончила.
– А куда ещё? – с вызовом спросила девушка. – Кажется, я и так вспоминала больше, чем могла.
– Хотелось бы уточнить, – Ксавье ткнул пальцем в свои записи. – Мадемуазель Демар, Вы сообщили, что во вторник месье Наварро пояснил, что поедет на склад своей компании и вернулся через… хм три часа. В то время, как у его фирмы нет ни одного склада или офиса в окрестностях Парижа, ближайшее подобное помещение в Гавре, за это время он бы никак не успел обернуться. Вы уверены?
– Он сказал мне про склад, – пожала плечами Валери. – Допускаю, он не так выразился. Или не хотел утомлять меня подробностями. Думаете, Энрике посвящает меня в свои рабочие дела?
– Смотри в оба, – пробурчал Витран. – Не подведи нас. И попробуй только опять пропасть. Из-под земли отыщу.
– Мы в самом деле сильно на Вас рассчитываем, мадемуазель, – Ксавье, как обычно, был более дипломатичен.
– Долго ещё? – поинтересовалась Валери. – У Вас же нет иллюзий, что мне всё это доставляет удовольствие?
– Мы Вам не часто докучаем, – отрезал Ксавье. – И соблюдаем меру. Терпите.
– Тогда намекните, в чём именно дело, – попросила Валери. – В этом случае я разузнаю, что нужно, более эффективно.
Оба полицейских переглянулись, судя по молчаливому диалогу, они и впрямь колебались, но в итоге Витран изрек:
– Каждый знает столько, сколько ему положено.
– Нам ждать месье Наварро в Англии? Я лично так и не уяснил, – уточнил Ксавье.
– Сама не знаю, – огрызнулась Валери. – В Британии базы почти всех команд, большинство вообще в двух шагах от автодрома. Довезут всё сами. От компании Энрике требуется самый минимум – он сказал, разберутся и без его участия.
– Так выясни, пока мы здесь, – повысил голос Витран.
– Быстро не получится. Энрике постоянно перемещается между городами и странами, нужно час провести на телефоне, чтобы поймать его. А у меня на носу брифинг пилотов – будем обсуждать изменения на трассе, я же не могу его пропустить, – Валери поймала гневный взгляд комиссара и быстро договорила. – А то Энрике удивится, с чего это я ищу его вместо своей работы.
– Не рассиживайся там, – с нажимом сказал Витран.
А Ксавье добавил:
– Надолго не прощаемся, мадемуазель. Я провожу Вас.
Валери отставила кружку, к которой она не притронулась, и поднялась с места, мимоходом поморщилась от резкого движения. После шведской аварии зажили не все ссадины.
Гонка в Англии проходила в небольшом городке под названием Джевелрок, больше напоминающем деревню, и встреча с кураторами в этот раз состоялась не в роскошных интерьерах, а в затрапезной комнатке самого обычного дома. По прибытию дверь им открыл высокий грузный мужчина, в котором на километр угадывался переодетый полицейский, он же ожидал их на улице.
– Вам в ту сторону, – показал Ксавье, а их сопровождающему бросил. – Подскажите, Вуд, где найти приличный кофе, а то Ваш чай уже опостылел. И качественный багет.
Валери влетела в шатер, где проходил брифинг, с опозданием всего-то минут на десять, но к её удивлению, большинство составленных в беспорядке стульев пустовало.
– Красоток даже упрекать за опоздание неудобно, – вместо приветствия обронил Рамон Корасо.
– Так бы на старте мчалась! – загоготал Никола Гросси.
Ларс Линдегард дружелюбно улыбнулся девушке, Лоран Дюпре даже привстал с места, а Даррен Дженкинс удостоил её небрежного кивка головой.
– Уже закончили? Так скоро? – удивилась Валери.
– Чего высиживать, не в парламенте же, – бросил Гросси. – А самые любопытные остались послушать Ларса о его полуавтоматической ласточке.
– Мы обсудили только изменения трассы, – любезно пояснил Дюпре. – И Рамон отпустил ребят. Все равно серьезные вопросы обговорят на заседании гоночной ассамблеи, там самый официоз, а у нас так, дружеские посиделки.
– Какие мнения насчёт обновления? – с интересом спросила Валери.
Когда гонщики в четверг прибыли на трассу, их ждал сюрприз – сверхбыстрое плавное британское кольцо, где в двух из восьми поворотах вообще не нужно поднимать ногу с педали газа, в последнем вираже неожиданно обрело медленную связку. Как результат – средняя скорость прохождения круга упала почти на двадцать километров в час.
– Ерунда полнейшая, – проворчал Гросси. – Испоганили такой трек.
– Зато Даррен не устроит там больше завала, – подмигнул англичанину Дюпре. – Сколько тогда впечаталось машин? С десяток, не меньше.
– Весело ж было, когда такое увидишь, – пожал плечами Дженкинс.
– Скажи это тому пареньку, кучерявому, он вроде так и не оправился от перелома ноги. У нас я его не видел больше.
– Ещё чего вспомни…
– Хватит, друзья, – поморщился Корасо. – Валери никогда не выступала на Джевелроке, сравнивать ей не с чем. А кому интересно, поговорите отдельно.
– Разбегаемся? – поднял брови Гросси. – Мы тебе надоели?
– Хуже горькой редьки, я жену так часто не вижу, как вас, – рассеянно бросил Корасо. – Хотя… стоп! А кто пойдет на заседание ассамблеи? Вы меня заболтали, и мы не решили.
– Зубастый же вызвался, как его, – заметил Дженкинс.
– Один пилот, да ещё новичок – не солидно. Знаете, сколько народа будет, – задумался уругваец.
– Иди ты, тебе по статусу положено, – откликнулся Гросси.
– Неохота. Сколько можно. Ларс, амиго, давай ты?
– Ребята, я не оратор, Вы же знаете, – сморщился датчанин.
– Так и не надо… – взгляд Корасо упал на Валери. – Вот кто сходит! И нам не маяться, и свежо. Женщина-гонщик. Журналюгам понравится.
– Подождите! Но я ничего в этом не смыслю! – горячо запротестовала Валери.
– От тебя ничего и не потребуется, интересы пилотов представлять будет Джефри Спенсер, он разберется. С тебя только – ресницами хлопать, это ж у тебя получится. Внимание на себя отвлечешь, пока Джефри их убеждает.
– Но разве это серьезно, отправить меня? Сам же говорил, новичку не солидно.
– Плевать, – загорелся идеей Рамон. – Гонщик – он и есть гонщик. Два года назад до первого поворота аж добралась. Одна гонка есть.
– Две, я же в Швеции…
– Тем более! Всё, Валери, решено. Тебе даже полезно будет.
– О чём там говорить-то будут? – обреченно спросила Валери.
– Про безопасность… – не очень уверенно произнес Рамон. – Ты нам и расскажешь.
– Как станут болтать о призовых, не тушуйся, – добавил Гросси. – Скажи, за такой риск неплохо бы докинуть.
– Как ты себе это…
– Глаза пожалостливей сделай, что ли.
Корасо тоже оживился:
– Если дадут словечко, ты намекни, что двадцать тысяч зеленых за победу в Англии – ясное дело, неплохо, но пусть берут пример с янки. – Там под семьдесят тысяч. Даже ты просто за попадание на старт положила бы в кошелек несколько тысяч зеленых.
– Я слышала, что в Соединенных Штатах огромные выплаты, но чтобы настолько, – удивилась Валери, проглотив обидное «даже ты».
– Я как-то с одним парнем разговорился, он американец, но выходец из Италии, – вступил в разговор Линдегард. – Работает в штатах гонщиком-испытателем резины, ну, и гоняется в местном чемпионате параллельно. Когда он мне сказал, сколько ему платят, я не поверил, я за пять лет столько не зарабатываю.
– Переметнись, дружище, а все сливки мне достанутся, – хлопнул по плечу напарника Дженкинс.
– Так не в деньгах же дело…
– Не в них, но улетают куда-то, заразы! На налоги отложи, за дом плату внеси, только на посиделки в ресторане и остаётся.
– Отборные ты рестораны предпочитаешь, – ухмыльнулся в бороду Лоран. – Попробовал бы на журналистский паёк протянуть.
– Даррен, в самом деле, прав, – озабоченно сказал Ларс. – Все знают – за Швецию я заработал недурно, но я прикинул, сколько съели налоги, и погрустнел. Да, мы гоняемся не за деньги, но дайте нам кровно заработанное.
– Поплачьтесь ещё! У меня сход на сходе, – посетовал Гросси. – В Швецию, считай, задаром скатался, ни лиры в карман не упало.
– Эх, вы, а кто смеялся, когда я переезжал в Монте-Карло, – покровительственно усмехнулся Корасо. – «Рамон, ты прогадал! Нас не послушал. Куда ты смотрел?», «Будешь жить в высотке, в крошечной квартирке, никаких просторов», «Рамон, тебя обвели вокруг пальца!»
– Я и сейчас не понимаю, – недоумевал Ларс. – Да, жить там престижно, но ведь ты не княжеских кровей. Понимаю, купил бы жилье с видом на набережную, а так, поселился где-то под скалой, на отшибе. За те деньги огромную усадьбу купил бы в месте попроще.
– А что я вам про налоги объяснял, совсем не помните? – прищурился Корасо.
– Я в этом не разбираюсь, мне юрист только квитанции приносит, – ответил Ларс.
– Доходы иностранцев, которые постоянно живут в княжестве, не облагаются налогами. Не облагаются! – торжественно поднял палец вверх Корасо. – По буквам объяснить? Я тоже дуб дубом в финансах, но уж это-то понять способен.
– Так бывает?! Совсем-совсем не надо платить? – вытаращил глаза Гросси.
– Ты считал, окупаются ли затраты на жилье? – поинтересовался Дженкинс.
– Дома к тебе с налогами не пристают? – прищурился Ларс.
– Господа, нам с Валери слабо интересны проблемы столь обеспеченных пилотов, – прервал экономическую дискуссию Дюпре. – Ей уже пора спешить на ассамблею.
– Что ей до призовых с таким покровителем, – пробурчал под нос Дженкинс. Но Валери всё равно услышала. Впрочем, чего ожидать от англосакса?
– Нам с ребятами и вправду нечего там делать, а первый раз даже интересно, – постарался сгладить неловкость коллеги Ларс. – Заодно познакомишься поближе с Джефри – живая легенда, как ни крути. У нас всех нет столько побед, сколько у него.
– Это временно, – пробормотал Корасо.
– Джефри и впрямь на редкость интересный дядька, – кивнул Дюпре. – Что победы? Его опыт бесценен, и историй просто уйма.
– Распишет, как он угодил в передрягу в «Пекле», – предположил Гросси. – Я её раз двадцать слышал. Если бы не Майкл Стентон, мир его праху, и какой-то парень-янки, победы Джефри достались бы нам.
– И самого Джефри никто бы не помнил, – пробасил Дюпре. – Был бы одной из безвестных жертв гонок, а вот как причудливо повернулось.
– Я слышала эту историю, – вежливо сказала Валери и неожиданно для себя спросила. – А вы останавливались когда-нибудь, чтобы помочь пилоту, который угодил в аварию?
По чуточку смущённым лицам коллег девушка поняла, что её вопрос невольно угодил не в бровь, а в глаз. Она знала, такое происходило и в последние годы, но, видимо, не с её собеседниками.
– Случай не подвернулся, – буркнул Корасо.
– Ага, обходилось как-то, – добавил Гросси.
– Сейчас маршалов больше стало, – добавил Дженкинс.
– Мне не приходилось, а вот, когда я горел, не отказался бы от помощи, – хмыкнул Лоран. – Пока вылез, чуть в шашлык не превратился. Знаете, как противно одежда к коже прилипает?
– Мне как-то один циник на подобный вопрос заявил: мы гоняемся не за тем, чтобы останавливаться, – вспомнил Ларс. – Как считаете?
– Это уж перебор, – серьезно сказал Корасо. – Если видишь – дело нешуточное, останови машину, помоги товарищу, подумаешь, гонка. Только на пустяки размениваться не надо, а то будешь около каждой аварии тормозить.
– Согласен, всё в меру, – кивнул Ларс.
– Осталось определить критерий этой самой меры, друзья мои, – весело сказал Дюпре. – А то ведь не дождёшься вас. А счёт на секунды.
– Пусть лучше тормозят те, кто подальше, им терять нечего, – с шутливой интонацией предложил Гросси.
– Внесём предложение на ассамблею? – подхватил Дженкинс.
– На мою помощь после Швеции даже не рассчитывай, – ткнул англичанина в бок Корасо. – Не успокоюсь, пока тебе так же гонку не испортят.
– В кого ты такой злопамятный, Рамон. Тебя точно бросят на обочине!
– Выберусь. Я ж не отъедаю пузо. Это у Николы оно за руль цепляется. Худей, а то полыхнёшь, как спичка, пока вылезаешь.
– Когда припрёт – я проворнее вас буду!
– Заодно выяснишь, на что способны наши якобы огнеупорные комбинезоны.
– Ребята, я проверял на своей шкуре, чепуха. Секунд на десять хватает.
– Одни умники расписывали: мой выдерживает триста семьдесят градусов.
– Серьёзно?! Тогда твой протянет целых пятнадцать секунд!
Гонщики дружно расхохотались. Наверное, люди, которые каждую неделю рискуют жизнью на потеху публики, имеют на это право.
– Валери, марш-марш на ассамблею, и нам нечего штаны протирать, – скомандовал Рамон.
– Само собой, мы ж кабак, куда вечером завалимся, не выбрали, – довольно кивнул Дженкинс.
– Рагацци, предлагаю, нигде не оседать надолго, выпили по паре кружек и дальше полетели, – горячо поддержал товарища Гросси.
– Решим, – пробурчал Рамон, подталкивая гонщиков к выходу из шатра. Одновременно он красноречивой мимикой показал им в сторону Валери. Должно быть, не считал нужным обсуждать их похождения в присутствии дамы. Джентльмен доморощенный. Или, наоборот, стеснялся перед девушкой, что они никогда не зовут её с собой. Да у Валери и в мыслях бы не было таскаться с ними на пирушки. Что за глупости?!
Когда они вывалились на улицу, Корасо и Дженкинс перебрасывались колкостями, Дюпре насел на Гросси с рассказом о своём пожаре, а Валери улучила момент и оказалась около Линдегарда. Их тут же подхватила бурлящая толпа народа, как это всегда бывает в сердце паддока. Ларс резко шарахнулся от полицейского на лошади, а Валери, наоборот, по привычке пригляделась к коню. Но тут же бросила глупости и обратилась к датчанину:
– Смех смехом, но вопрос непростой. Сколько было страшных аварий за последние годы – останавливались единицы и то не всегда. Но что такое одна гонка из пятнадцати, тем более, большинство даже не сражаются за победу. А тут возможность спасти товарища.
– А ты умеешь спросить, – грустно усмехнулся Ларс. – Наверное, пусть мы боимся в этом признаться, не в нашей природе добровольно останавливать машину. Всегда думаешь, ведь есть специальные люди, будет кому помочь.
– А что насчет тебя лично?
– Не хочу об этом задумываться. Мы же пилоты, на такой скорости – всё делаем на инстинктах. Надеюсь, в нужный момент они подскажут, как поступить.
== Продолжение...