После нескольких месяцев размышлений в начале декабря президент и генеральный директор концерна Renault-Nissan Карлос Гон объявил о возвращении заводской команды в Формулу 1. В интервью французскому Auto Plus президент Renault Sport F1 Жером Столл рассказал о подготовке проекта...
Вопрос: В прошлом году на первом этапе Формулы E в Пекине вы сказали, что планируете реструктуризацию спортивного подразделения. Как долго вы обдумывали будущее Renault в Формуле 1?
Жером Столл: Именно с тех пор мы задавались этим вопросом, размышляя о роли спорта. Очевидно, что когда идет речь об автомобильных гонках, первой на ум приходит Формула 1, ведь это вершина автоспорта.
Мы быстро констатировали, вероятно, вы тоже это заметили, что в прессе серьёзно критиковали наши моторы. Тогда возник новый вопрос: как Renault позиционирует себя в этой сфере? Карлос Гон на него ответил так: наша спортивная деятельность должна служить политике компании в области связей с общественностью, маркетинга и развития других сфер деятельности. Именно в тот момент он добавил к моим обязанностям руководство Renault Sport F1. Моей задачей было создание стратегии для компании в Формуле 1.
Вопрос: Какие варианты у вас были?
Жером Столл: Их четыре. Во-первых, можно было остаться поставщиком моторов, но мы больше не хотели этим заниматься, поскольку маркетинговая отдача не соответствовала инвестициям в силовые установки. Во-вторых, мы могли заняться политикой стикеров, то есть купить рекламное пространство на корпусе машины. Так поступали другие автопроизводители, но они не всегда добивались желаемых успехов. К тому же, это в любом случае не создавало связь с их основной деятельностью. Осталось два варианта: либо покинуть Формулу 1, либо вернуть заводскую команду – их мы и анализировали.
Вопрос: Долго?
Жером Столл: Да. Вы упомянули сентябрь 2014-го. Я добавил бы весь сезон 2015-го до 3 декабря, когда Карлос Гон официально объявил о возвращении компании в Формулу 1.
Вопрос: Это долгий период… Решение оказалось настолько сложным?
Жером Столл: Уйти было легко – достаточно сказать: «Мы уходим». А если бы мы остались в Формуле 1, что должны были бы делать? Сирил Абитебул возглавил рабочую группу, которая часто совещалась по вечерам, а иногда и поздно ночью, анализируя разные варианты. Мы изучали многие команды.
Вопрос: Поэтому ходило столько слухов?
Жером Столл: Конечно. Мы послали наблюдателей, хотели найти оптимальное решение, более полугода разрабатывали лучший вариант. Нужно было представить Карлосу Гону результаты исчерпывающего исследования, в том числе и финансового аспекта.
Затем мы размышляли о роли Формулы 1 в стратегии нашей компании для решения двух маркетинговых задач. Во-первых, мы учитывали роль чемпионата в росте популярности бренда в разных географических зонах, в частности, в Азии и Латинской Америке. Во-вторых, мы анализировали его влияние на текущий процесс обновления модельного ряда в сегменте С (например, Megane) и D (например, Talisman) в Европе. Ради продвижения этих продуктов мы решили участвовать в чемпионате, где борьба с лучшими командами может положительно повлиять на имидж марки.
Вопрос: Вы говорите о маркетинге, а как дела с гоночным аспектом?
Жером Столл: Именно поэтому мы должны были разработать комплексный план, найти подходящую команду, обладающую эффективным бизнес-планом и сильными партнерами. Этот поиск занял вторую часть наших рассуждений. И мы постарались улучшить экономический баланс.
Вопрос: Вы упомянули о совещаниях рабочей группы, которые проходили по вечерам или поздно ночью. Вы в них участвовали?
Жером Столл: Практически во всех.
Вопрос: Здесь, в вашем офисе?
Жером Столл: Нет, в месте, которое хотелось бы держать в секрете. В Париже. В этой рабочей группе участвовали 30 человек.
Вопрос: Поговорим о бюджете. Создание команды обойдется дороже, чем работа поставщиком моторов?
Жером Столл: Вовсе нет. Мы не должны тратить больше, чем сейчас.
Вопрос: В таком случае, как вы собираетесь финансировать создание шасси?
Жером Столл: Будучи мотористом, вы не получаете никакой прибыли. У вас нет ни спонсоров, ни выплат FOM, ни партнеров. Купив команду, вы получаете ко всему этому доступ.
Вопрос: Ходят слухи, что вы много наблюдали за Mercedes. Вы планируете создать такую же модель?
Жером Столл: Мы ведем постоянный диалог с Mercedes, у нас много общих проектов. Что заинтересовало нашу компанию и особенно генерального директора, так это желание других команд, в частности, Mercedes и Ferrari, привлечь нас в чемпионат. Лейтмотивом всех этих месяцев остается потребность в возвращении Renault. Это дало нам уверенность, что Renault должна сыграть свою роль в Формуле 1, у нее есть право на это, она обладает богатой историей, 38 лет участвуя в чемпионате.
Вопрос: Когда вы закончили эту работу?
Жером Столл: Она завершилась в Абу-Даби. Тогда в воскресенье я позвонил генеральному директору Renault – он был в Токио. По просьбе Карлоса Гона мы кое-что уточнили, и он назначил совещание в Париже на вторник 1 декабря, а после него принял решение.
Вопрос: Как лично вы пережили это период?
Жером Столл: Большую часть работы вёл Сирил Абитебул. Он знает всех в Формуле 1, это настоящий знаток своего дела. Без него мы бы не решились на такой проект.
Хотя Сирил работает в компании и хорошо её знает, я старался помочь ему с поддержкой совета директоров. Ещё один важный аспект касался стоимости: в нашей группе были и финансисты, и каждый раз, когда мы приближались к цели, президент компании спрашивал их: «Вы подтвердите эти цифры?»
Вопрос: Как будет работать спортивное подразделение, занимающееся Формулой 1, в столь крупной компании, как Renault?
Жером Столл: Я не хочу, чтобы было, как прежде – одна команда в Вири, вторая в Энстоуне, и каждая из них сама по себе. Мы делаем бизнес-проект, который должен изменить внутреннее устройство компании.
Наши сотрудники гордятся тем, что мы пошли по этому пути. На следующий день после того, как было объявлено о возвращении команды в Формулу 1, я получил два резюме, и это не обычные кандидаты: оба закончили Политехническую школу [одно из лучших учебных заведений Франции] и живут в Великобритании. Их сопроводительные письма сводились к следующему: «месье, я хочу участвовать в этом проекте».
Я хочу, чтобы в Renault оставался этот энтузиазм. Я хочу создать связи между сотрудниками в Вири, Энстоуне и компанией в целом. Формула 1 должна стать объединяющим проектом, и именно об этом в январе будет говорить генеральный директор. Мы хотим участвовать в гонках не ради самого участия и работы с увлеченными этим людьми – мы хотим объединить компанию.
Вопрос: Насколько я понимаю, в Renault будут непосредственно управлять командой?
Жером Столл: Формула 1 не может работать в ритме и с приемами столь крупной компании как Renault. Ей нужны гибкость, умение быстро реагировать и функционировать в ритме чемпионата. Вместе с тем, она должна работать в определенных рамках и в соответствии со стратегией. Не будет так, чтобы подразделение в Вири функционировало само по себе, а база в Энстоуне – сама по себе. Появятся разные уровни управления. Но не забывайте, что в этом объединяющем проекте не только Формула 1 – в нём задействована и Формула E, и Renault Sport Technology.
Вопрос: Когда будет объявлено об организации этой гоночной системы?
Жером Столл: В начале января Карлос Гон обо всём этом расскажет.
