Это вымышленная история, пересечений с реальными событиями искать не стоит. Продолжение «Маленького урагана» Никиты Савельева для читателей F1News.ru...
Глава 11. Высокий барьер
Из предгоночной конференции чемпиона мира Рамона Корасо:
– Рамон, прошло пять этапов, а Вы уже на десять очков опережаете ближайшего преследователя – Ларса Линдегарда? Впечатляющий результат, не так ли?
– Мне бы твой оптимизм, приятель. Смотрел прошлую гонку? Ларс на новой машине стартовал первым и спокойно лидировал. Добрался бы до финиша – мог и выиграть.
– Ларс продержался лишь пятнадцать кругов из семидесяти пяти, сложно рассуждать об итоге на такой короткой дистанции.
– Спасибо конструктору его машины, что она быстро развалилась.
– Зато Даррен Дженкинс финишировал вторым, как раз перед Вами. Успели разглядеть его задний спойлер? Почерпнули что-то интересное для своих инженеров?
– Судя по всему – работает прекрасно, раньше я всегда делал Даррена, а тут он неплохо отрывался на прямых.
– Будут ли у Вас сложности в Бельгии с Дарреном и Ларсом?
– Куда без них? Но их новая машина очень сложна в управлении – значит, ошибки будут. А я рядом. С Дарреном попроще, а Ларс, понятное дело, крепкий орешек.
– Что насчет Николы Гросси? После схода Ларса он был быстрейшим пилотом и заслуженно победил.
– Я рад за него – он столько раз лидировал в этом году, но все что-то случалось. В Голландии они нащупали верные настройки – их машина не жрала резину, как обычно.
– Что-то многовато набирается у Вас конкурентов.
– Борьба плотная, лидеры меняются в каждой гонке. Но это мне по душе. Что бы я делал, если бы у одного из ребят была быстрая машина и он штамповал победу за победой? В этих условиях главное – стабильно набирать очки и иметь надежную машину. Пока я и моя машина справляемся.
– Как Вам трасса? В прошлом году удача Вам здесь не улыбнулась?
– Опять за старое? Бросьте. Кто из нас не сходил по чужой глупости в первом повороте.
– Раз уж зашла речь о Валери Демар! Как Вы оцениваете выступления единственной девушки?
– По-моему, ее не было на старте ни в Испании, ни в Голландии. Верно? Пусть для начала стартует. Если сможет, конечно.
– Считаете, получится у Валери пройти, наконец, квалификацию? Автодром не считается сложным для пилотов.
– Верно. Он прощает ошибки – видели здешние зоны для вылета, целый аэродром. Кто бы подумал, что трасса бывает настолько безопасной?! А уж как с ним справится Валери – спрашивайте у нее самой.
Резкий поворот – и машина выскакивает на обочину, а там высокий поребрик. Машины очень легкие по сравнению с серийным автомобилями, скорости, наоборот, гигантские, и только антикрылья обеспечивают прижимную силу. Когда она неожиданно пропадает, автомобиль превращается в неуправляемый самолет, а пилот – в пассажира. От тебя ничего не зависит – отвратительное ощущение! Желудок ухает куда-то в пропасть. Машина взлетает вертикально под небольшим углом. Задние колеса вверху – а нос едва касается земли. Если переворот – то кранты. Миг липкого ужаса. И… машина с грохотом и скрежетом грузно приземляется на четыре колеса. Будто внутренности перемешали в миксере. Еще и шлемом о руль ударилась. Больно и обидно.
Как бы ни считали жалкие писаки, она – профессиональный гонщик. Секунда, чтобы прийти в себя. Мотор не заглох. Колеса на месте. Антикрылья не сломаны. До асфальта буквально рукой подать. Нога на педали, и Валери возвращается на трассу.
В боксах к ее истории со взлетом присутствующие отнеслись предельно меланхолично. Жива, и ладно. Только месье Трельяр для порядка осведомился – не повредила ли она чего. Жирар бросился осматривать машину. А Бернар скорчил кислую мину – живо представил, что ему придется чинить поломку.
На удивление, всё в порядке. Валери родилась в рубашке: и себя сберегла, и машину. Со стороны, должно быть, смотрелось потрясающе. Впрочем, место глухое – в лучшем случае, аварию успел сфотографировать мающийся бездельем захудалый корреспондент. Но, вероятнее всего, для истории она не сохранилась. И славно – не то достижение, которым хочется гордиться. Особенно, если больше ничего за спиной нет. Рассказывать о том, как они ловко выходят из опасных передряг, к лицу опытным пилотам, а новичкам больше пристало хвастаться результатами.
Валери мельком оглядела себя в зеркало. Нос цел и крови не видно. Даже не разбила. Хотя, ноет, зараза. Повезло, так повезло. Беглый осмотр машины показал – ничего не сломано. Мрачный Бернар подкрутил заново антикрылья – вдруг разболтались, Валери пальцами расчесала слипшиеся пряди волос. Она готова возвращаться на трассу. Переживать случившееся времени нет. Разве что вечером она позволит себе немного поныть при Энрике, да даст поблажку – выпьет бокальчик легкого белого вина. И довольно.
За годы в спорте Валери научилась справляться со стрессами и ошибками. Пускай скаковая лошадь не машина, но тоже развивает неслабую скорость, а падение с нее чревато серьезными травмами, а то и трагическим исходом. Особенно, если конь рухнет на всадника. Ей случалось видеть, как травмировались и даже гибли другие спортсмены. Да и сама порой попадала в передряги – но выкарабкивалась, пустяки в виде сломанных костей не в счет.
Пора обратно. Предаваться воспоминаниям – удел романтиков, а у нее другие задачи. Через несколько минут Валери вновь очутилась на бельгийском кольце. Жаль, она так и не опробовала гигантскую трассу в Льеже. По своей сложности и коварству она ничуть не уступала монструозному немецкому «Пеклу».
Нынешний автодром, где проводился бельгийский этап, и впрямь смотрелся по сравнению со своим собратом, которого выкинули из гоночного календаря, карликом. Круг длиной в четырнадцать километров против трех с половиной. На одной трассе перепады высот достигали двухсот метров, вторая – плоская, как блин. Там сложнейшие повороты, требующие филигранного мастерства, тут банальные виражи без изюминки. Деревья по краям трассы, о которые легко размазать машину после ошибки, против широченных зон безопасности, что прощают даже серьезный просчет. С другой стороны, к старой трассе, будем самокритичны, еще надо найти ключик, а на новой Валери уже выступала.
Год назад, в Джун вообще никто не интересовался ее предпочтениями по настройкам, лишь бы платила деньги, а тут соотечественники, да и близость родной Франции обязана придать сил. Осталось продолжить прекрасную бельгийскую традицию и квалифицироваться. Тем более, это не сложно.
На гонку заявилось тридцать два участника, при обычных обстоятельствах на старт допустили бы в лучшем случае двадцать пять, но от лица команд переговоры с организаторами вел вездесущий Ричард. Неизвестно, как ему это удалось, но он убедил дирекцию автодрома расширить стартовую решетку до тридцати мест, несмотря на достаточно короткий круг, на котором более быстрым гонщикам придется часто обгонять на круг более медленных. Понятно, что Ричард руководствовался соображениями далекими от спорта, но какая разница.
Лидер квалификации проезжал круг где-то за минуту и десять секунд со средней скоростью в сто девяносто километров в час, замыкающий гонщик проигрывал секунд шесть и уступал десять километров. Задача пустяковая. Надо оказаться всего-навсего не самым медленным пилотом. В период конной юности Валери в сборной встречались персонажи, которые исповедовали подобный подход: тренер больше всех орал на худшего спортсмена, а на долю следующего приходилось куда меньше гнева. Как ни печально, пока придется стремиться стать предпоследней. Не более.
Корасо легко рассуждать насчет легкой трассы, в его распоряжении бригада вышколенных механиков и команда с десятилетним опытом – они, наверняка, нашли верные настройки. А Валери в этот раз тренировки давались тяжело. Она никак не могла нащупать верный баланс машины. А еще, между делом, чуть не угробила себя и машину.
В эту серию кругов надо выложиться. Прямая. Передачи вверх. Максимальная скорость. Теперь торможение – серия быстрых извилистых поворотов. Главное – найти ритм. Выход из одного определяет вход в следующий. Не просто вписаться в них без помарок. На подходе долгий затяжной вираж: лишь бы удержать машину на нужной траектории, надо плавно работать педалью газа. Дважды Валери ловит машину, чтобы не уйти в занос. Передачи вверх. Только не ошибиться вновь, если снова взлетит – больше так не повезет. И вообще, какой нужно быть криворукой, чтобы крупно опростоволоситься два раза подряд.
Тут совсем не сложно: затормозить в нужный момент и после поворота набирать скорость. Не зацепить бы колесом обочину, сразу теряешь темп. Еще один плавный вираж, но совсем небольшой. Прямая старт-финиш. Слишком много помарок. Хоть бы попасть на старт, а там она разберется. Как же хочется, наконец, поучаствовать в настоящей гонке, а то на квалификации ее основной конкурент – секундомер.
– Минута восемнадцать, – щелкнул крышкой секундомера Бернар. Механик даже не удосужился озвучить десятые и сотые доли секунды. Хотя он прав – это не важно.
– Сколько?! – округлила глаза Валери. – Не может быть.
– Сама смотри, – Бернар невежливо ткнул прибор под нос девушке.
– Я не могла сбросить всего пол секунды, – недоумевала Валери.
– Не веришь – иди к судьям. Сворачиваемся, – Бернар махнул рукой механикам, и они покатили несчастный «восемьдесят восьмой» в боксы.
– Стой! – Валери ухватила его за рукав. – Машина ведет себя ужасно нервно. Давай поменяем настройки!
– Меняли уже – не помогло, – хмыкнул Бернар.
– Ерунда какая-то: увеличение угла атаки антикрыла должно привести к недостаточной поворачиваемости. Но ничего не меняется. У меня как была огромная избыточная поворачиваемость, так и осталась. Как мне от нее избавиться?
– Уверена, что дело в ней? – Бернар мусолил во рту незажженную папиросу.
– Намекаешь на мои способности? – вспыхнула Валери.
– Не-а, – покачал головой Бернар.
– Если я девушка, не значит, что я ничего не смыслю в настройках!
Бернар пожал плечами и молча смотрел на Валери, они мерялись взглядами, и, наконец, механик выдавил из себя:
– Крутить дальше крыло – не буду, а то убьешься еще.
– Хорошо – оставим в покое крыло. Хотя бы передаточные соотношения.
– Не успеем. Возиться только.
– Ну пожалуйста!
– Пусть хозяин решает.
И Бернар нагло задымил папиросой. Валери кинулась в глубину боксов в поисках шефа. Как можно не пройти квалификацию в таких идеальных условиях? Но она умудрилась. Да еще с гигантским отставанием даже от тридцать первого места.
– Месье Трельяр! Месье Трельяр!! Мне нужна еще попытка! Бернар ленится!
Директор команды, нехотя оторвался от беседы с Робером – механиком первого пилота команды. Они обсуждали, стоит ли уменьшать на автомобиле Мориса стабилизатор поперечной устойчивости.
– С машиной творится непонятное! – захлебывалась Валери. – До конца сессии успеваем поменять настройки.
– Валери, мы меняли их несколько раз, но без толку, – вздохнул директор команды. – Ты жалуешься с начала уик-энда.
– Вот именно! Я не могу проигрывать столько! Да, я не самый лучший пилот, но я неплохо знаю автодром. С машиной что-то не так.
– Почему ты так решила?
– В Голландии я понимала, где не доработала, мне нужно-то было добавить самую малость, а тут машина меня упорно не слушается.
– Валери, милая, мы все делали по твоей просьбе, так? Ты киваешь на серьезную избыточную поворачиваемость. Откуда она взялась, по-твоему? Видимых причин нет? Машина та же самая. Что еще? Значит – просто не твоя трасса. Такое бывает. На другом этапе и с поворачиваемостью наладится, – директор пожал плечами и обратился к Роберу. – Полагаю, этот комплект резины надо сберечь на…
– Месье Трельяр! Одну попытку! Прошу!
– Роже, пусть девочка проедет, – пробасил в густые усы Робер. – Хочешь, я сам гляну ее кобылку.
– Время не теряй, – покачал головой директор. – Четыре секунды до прохода ей никак не отыграть. Займись лучше Морисом – вдруг, да проскочим в первую десятку.
– Четыре секунды! – воскликнула Валери. – В Испании и Голландии мне не хватало каких-то десятых. А ведь я получила опыт, и трасса мне знакома. Все должно было получиться. Мистика!
– Что ты от меня хочешь?! – директор с заметным раздражением развел руками. – Полагаешь, я рад? Третья гонка без стартовых выплат за одну машину. Ну вышло так – забудь и двигайся дальше. Ещё прорвемся!
И демонстративно отвернулся. Робер подмигнул Валери и продолжил разговор с директором. Вот и все. Непременно, прорветесь, но без Валери. Девушка до крови прикусила губу. Третья гонка подряд заканчивается для нее в субботу. И если раньше была надежда: буквально чуть-чуть – и она пройдет, этот этап вышел отрезвляющим ледяным душем. Но не может же она деградировать? Или бельгийская трасса и впрямь несчастливая для нее? Остается ждать следующего шанса. Он, кстати, выпадает на самый необычный этап в календаре – гонку по узким улочкам крошечного княжества на Лазурном побережье.
== Продолжение следует...
