Максим Емелин: Лучшие места на гонках - у маршалов

Максим Емелин, фото Александра Феоктистова

О работе маршалов на Гран При России мы только что рассказали, а теперь поговорим с одним из них. Собеседник F1News.ru – Максим Емелин, на гонках Формулы 1 в Сочи он облечён особой ответственностью, работая на весьма важном финишном посту...

Вопрос: Сейчас ходит много разговоров о том, что Чарли Уайтинг, легендарный директор гонок FIA, один из ветеранов Формулы 1, собирается на пенсию – так или иначе вам ведь довелось с ним работать? Можете ли рассказать о своих впечатлениях?
Максим Емелин: Если даже ты с ним не общаешься, его присутствие всегда заметно, и на всех брифингах маршалов Race Control всегда ссылается на него: «Чарли Уайтинг сказал, что должно быть так!» Конечно, на нём лежит огромная ответственность за безопасность гонок.

Уайтинг, проезжая с инспекцией, машет маршалам рукой, проверяя, всё ли готово к работе. По-моему, он очень доброжелательный и позитивный человек, очень положительно отреагировал на мой короткий рассказ после гонки о том, что я работал на финише.

Вопрос: Вы отработали на трёх Гран При России из четырёх – с чего начинался путь на финишный пост Сочи Автодрома? Вероятно, он был достаточно долгим?
Максим Емелин: Увлечение автоспортом началось ещё в детстве, когда брал в библиотеке журналы «За рулем» и по знакомству делал ксерокопии на тему Формулы 1. Недавно я даже нашёл у себя эти архивы. В 1992 году на российском ТВ начались трансляции этапов чемпионата мира, и с тех пор я не пропустил практически ни одной гонки. В 2011-м я впервые увидел машину Формулы 1 на гоночном шоу в Сочи, а в 2012-м впервые съездил на Гран При в качестве зрителя.

Всегда мечтал о деятельности, связанной с автоспортом, искал свой путь. Наш город Набережные Челны известен командой КАМАЗ-мастер, я знаком с Андреем Каргиновым, чемпионом Дакара 2014 года. Начал заниматься карьерой его сына Захара в картинге, тогда ему было 7 лет, в рамках этой работы мне удалось пообщаться с интересными людьми, такими как Вячеслав Квят, Петр Алешин и многими другими – хотелось побольше узнать о том, как они привели своих детей в большие гонки. Также очень внимательно изучал путь Михаэля Шумахера к успеху.

Ещё несколько лет назад сам факт появления Гран При России воспринимался как невероятное событие. Я пробовал попасть в команду промоутера гонки в Сочи, но не получилось, а потом вдруг узнал, что в Казани пройдёт семинар спортивных судей для Формулы 1. В тот же день сел в машину и поехал туда, где после практических занятий мы отправились на трассу, и я прошёл стажировку в качестве маршала. Так что первый такой опыт я получил в 2013 году.

В 2014-м поработать на первом Гран При России мне не удалось, оказалось, что все заявки были согласованы ещё до семинара. Но я поехал как зритель и друг команды КАМАЗ-мастер, даже смог посетить боксы Toro Rosso, и для меня эта экскурсия стала настоящим событием.

Но я поставил перед собой цель попасть на Формулу 1 в следующем году и начал активно накапливать стаж работы на гонках, проводившихся в нашей стране. Так я побывал в качестве маршала почти на всех основных автодромах России – в Казани, Нижнем Новгороде, Грозном, на Moscow Raceway и на многих картинговых трассах.

В общем, в итоге мечта сбылась, в 2015 году на Гран При России я был трек-маршалом на посту, расположенном на небольшом прямом отрезке между 9-м и 10-м поворотами. Я уважаю эту и любую другую маршальскую должность. Кстати, именно на той гонке была история, когда на трассе оказалось разлито дизельное топливо – вот тогда нам пришлось потрудиться!

Можно сказать, был настоящий аврал, мы все работали на ликвидации последствий разлива технической жидкости. Но такое бывает, и приводить трассу в порядок – тоже работа маршала. Очень рад, что нам удалось вовремя всё устранить, это самое главное.

На финишный пост я впервые попал в картинге, потом на чемпионате России по кольцевым автогонкам, и мне очень понравилась эта ответственная должность. В картинге я целый сезон работал в непосредственном контакте с руководителем гонки, и это дало колоссальный опыт.

На финишном посту постоянно нужно что-то делать, он находится в эпицентре событий, и в моей судейской книжке больше половины записей о том, что я был судьей линии финиша. Я сообщил о своем опыте в РАФ, чтобы попасть на эту должность на Гран При России, что в итоге и произошло.

Уже после Формулы 1 я работал на финишном посту на российском этапе DTM, на Ferrari Challenge, на многих этапах SMP F4, серий РСКГ и Mitjet. На следующих Гран При России в Сочи мне тоже доверяли эту работу.

Вопрос: В чём её особенности, если говорить именно о Формуле 1?
Максим Емелин: Например, существует семь основных флагов, они есть на каждом посту, в том числе и на нашем. Но на финишном посту также есть флаги, которых нет на дистанции. Финишный, т.е. всем известный клетчатый флаг, затем флаг предупреждения – его народное название «пингвин», он по диагонали разделён на черную и белую половины; знаменитый чёрный флаг, который в 1994 году в Сильверстоуне долго показывали Михаэлю Шумахеру, а он не подчинялся, что в итоге закончилось дисквалификацией на несколько гонок – этот флаг обязывает пилота, которому он показан, прекратить гонку. И есть чёрный флаг с красным кругом, он предупреждает о том, что на машине техническая неисправность.

Флаги сигнального поста линии финиша, кроме клетчатого, показываются вместе с номером пилота, и они показываются статично, чтобы гонщик мог их разглядеть. Плюс есть таблички со стартовыми номерами участников гонки, а также таблички, информирующие о штрафах Drive Through или Stop&Go, они тоже показываются вместе со стартовым номером. Поскольку в Формуле 1 всё организовано идеально чётко, все сигналы флагами дублируются гонщику по радио представителями его команды. Но флаг всегда имеет приоритет перед любыми электронными системами, ведь радио может не работать, даже светофор может функционировать неправильно.

Финиш – очень важный и ответственный момент. Например, на Гран При Китая 2014 года отмашка клетчатым флагом по ошибке была дана на круг раньше, поэтому итоги гонки были пересмотрены. Больших перестановок не было, но на результате Камуи Кобаяши это сказалось.

В Сочи на предпоследнем круге Гран При мы предупреждаем Race Control, что до финиша гонки осталось две минуты, руководитель гонки понимает, что флаг готов. В Формуле 1 за этим повышенный контроль: электронные системы, руководитель гонки, руководитель флаговых маршалов, хронометрист. Например, руководитель гонки может отвлечься на инцидент, что может быть более важно с точки зрения безопасности, но много других людей и систем напомнят о необходимости вовремя дать финиш.

Система финиша на Гран При построена так, что ошибка сведена к минимуму. Впрочем, на других трассах и в других сериях порядок действий может быть иной, все зависит от трассы, регламента и от руководителя гонки. Например, на российском этапе DTM финишный и сигнальный пост расположены отдельно. В Ф1 на финишном посту есть экран, куда выводится хронометраж и данные GPS, и мы видим расположение всех машин на трассе. Это облегчает работу, хотя во многих других гоночных сериях за всем этим нужно следить самому.

Пожалуй, одна из самых сложных ситуаций – это когда есть круговые, и важно, пропустив их, зафиксировать реальный финиш реального лидера. Если круговой увидит клетчатый флаг, он имеет право сбросить темп, а это может испортить ему гонку, ведь он ведёт свою борьбу. На Гран При России такого не было, но на этапах национальных чемпионатов в редких случаях приходится одновременно показывать синий флаг круговому, а финишный – лидеру гонки.

Финишный пост – очень заметный и чаще других попадает в телеэфир, поэтому нам выдаются обязательные рекомендации по внешнему виду, в частности, кепки у всех должны быть одинаковые. Например, у нас были кепки или с символикой Сочи Автодрома, или Российской автофедерации.

Максим Емелин с клетчатым флагом на финишном посту Сочи Автодрома, фото Карины Семилетовой

Кроме того, мы должны уделять внимание физической подготовке. Финишный пост сделан из стекла, он почти не продувается, поэтому в жаркую погоду напоминает парилку, и нужно следить за своим состоянием, чтобы не потерять концентрацию, ведь необходимо моментально реагировать на любые ситуации на трассе. Как шутит наш коллега, маршал финишного поста Ричард Кинг, наш пост – это аквариум, а маршалы – золотые рыбки, ведь униформа маршалов оранжевого цвета.

Вопрос: Можно ли сказать, что работа на Гран При сложнее, чем на гонках другого уровня, на DTM или на этапах российских чемпионатов? Или просто более ответственная, потому что происходит на виду у всего мира?
Максим Емелин: К работе на Гран При надо дольше готовиться, но с точки зрения организации, конечно, в Формуле 1 всё на высшем уровне, так что работать там, может быть, даже проще. И лично мне это доставляет больше удовольствия.

Возможно, сложность в том, что, работая на посту, необходимо забыть, что ты – тоже болельщик. Например, когда я был просто болельщиком, я мог участвовать в конкурсе прогнозов на F1News.ru, но теперь этого не делаю, профессиональная этика не позволяет. Можно, конечно, желать хорошего результата тому или иному пилоту, но если, скажем, он нарушил правила, ты обязан это зафиксировать. В общем, маршал должен понимать, на какой работе он находится, и какое дело ему доверено. Тем более, ни одно место на самых дорогих трибунах не даёт такой близости к машинам, как пост, на котором работает маршал. У нас даже есть такое высказывание, что лучшие места на гонках – у маршалов.

Вопрос: Мы не раз писали о том, что подход организаторов Гран При России был правильным, и с самой первой гонки 2014 года у нашей стороны всё неплохо получалось. А что можно сказать об уровне подготовки российских маршалов сейчас, когда уже накоплен опыт четырёхлетней работы?
Максим Емелин: Самое главное, Чарли Уайтинг похвалил всех, кто трудился на Сочи Автодроме – по-моему, вы об этом тоже писали. Важно, что РАФ совершенствует свою работу, год от года всё становится лучше, более организованно, в том числе и в отношении внимания к маршалам. Российскому Гран При вполне удаётся поддерживать положительную репутацию.

Максим Емелин и Чарли Уайтинг, директор гонок FIA

Вопрос: Вернёмся к тому, с чего начали, к возможной грядущей отставке Чарли Уайтинга: сколько лет вам ещё надо проработать на гонках Формулы 1, чтобы вы почувствовали, что готовы претендовать на его место?
Максим Емелин: (смеётся) Конечно, я не против занять его место. Маршальская и судейская деятельность меня увлекает, и я даже создал проект по краткому описанию основных маршальских должностей, он на завершающей стадии. Его цель в том, чтобы новичок максимально быстро понял основы этого дела. Хочется оставить небольшой след в автоспорте и двигаться дальше.

Также я продолжаю заниматься карьерой Захара Каргинова, он уже чемпион Татарстана по картингу в классе «Микро», и в этом сезоне у него тоже все складывается достаточно положительно. А ещё вместе с другими энтузиастами мы работаем над созданием новой гоночной серии. Некоторые даже считают нас сумасшедшими. Мы хотим, чтобы в России появился универсальный молодёжный класс, где, меняя колеса и настройки машины, на одном и том же шасси можно будет выступать и на кольце, и в категории ралли-кросс, и тренировать навыки, необходимые для ралли-рейдов. Такая машина должна быть чем-то средним между маленькой формулой и багги.

Сейчас проект лишь на самой начальной стадии, и что из этого получится, пока трудно сказать, но энтузиасты уже есть, и теперь мне предстоят переговоры с множеством людей. Конечно, подобных попыток в России уже было немало, я сейчас изучаю эту тему, но у меня есть вера в наш проект. И опыт маршальской работы очень пригождается, благодаря ему у меня есть представление о том, какой должна быть безопасность на гонках, это один из ключевых моментов. Так что в автоспорте больше всего меня интересует промоутерская деятельность, в итоге хочется прийти именно к этому.

Текст: . Источник: эксклюзивное интервью
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости