Ники Лауда о Шумахере, Хэмилтоне и прогрессе команды...

Ники Лауда

Год назад, перед началом Гран При Японии, Михаэль Шумахер объявил о предстоящей отставке. К этому времени уже было известно, что его заменит Льюис Хэмилтон, а в команде полным ходом шла реструктуризация.

Норберта Хауга на посту руководителя Mercedes Motorsport сменил Тото Вольфф, а команду инженеров усилил бывший технический директор McLaren Падди Лоу. В интервью немецкой Die Welt неисполнительный директор Mercedes Ники Лауда рассказал о том, что стоит за прогрессом команды...

Вопрос: Ники, когда началась реструктуризация команды?
Ники Лауда: Год назад, во время Гран При Сингапура.

Вопрос: Что там произошло?
Ники Лауда: Перед Гран При меня пригласили на заседание Совета директоров команды с участием Норберта Хауга в Великобританию. В конце встречи я задал всего один вопрос: «Кто в следующем году будет выступать в команде?». Мне ответили, что Михаэль Шумахер и Нико Росберг. Тогда я поинтересовался: «Уверены ли вы, что Шумахер продолжит карьеру?» Мне сказали: «Команда предложила ему принять решение в октябре». Я спросил: «Что будет, если решение будет отрицательным?» «Тогда нам придется найти другого гонщика», - ответили мне. После этого я поинтересовался, кого в Mercedes рассчитывают найти в октябре, но в ответ собеседники только пожали плечами. Я понял, что у команды есть проблема, и сказал, что займусь её решением.

Вопрос: Вы уже думали о Льюисе Хэмилтоне?
Ники Лауда: Да, ведь он был единственным топ-пилотом без контракта на следующий сезон. Я приехал в Сингапур и в пятницу поговорил с Льюисом. Затем мы зашли к нему в номер. Я впервые оказался в одном номере с малознакомым человеком в два часа ночи.

Вопрос: Что было дальше?
Ники Лауда: Я пытался убедить его в том, что Mercedes – неплохая альтернатива McLaren. Он спросил, зачем ему менять команду, в которой он может бороться за победы, на не слишком конкурентоспособную Mercedes. У меня не было ответа, и я сказал: «Вы работаете с McLaren с 12 лет и должны рисковать, чтобы добиться успеха. Представьте себе, как изменится отношение к вам, если вы выиграете титул вместе с Mercedes. Вы станете популярнее Михаэля Шумахера и Хуана-Мануэля Фанхио». Это сработало. Мне помогло, что я был в руководстве Mercedes. В результате, когда Михаэль решил уйти, Льюис согласился занять его место.

Вопрос: Какую роль это сыграло в том, как изменилась ситуация теперь?
Ники Лауда: Оглядываясь назад, я понимаю, что создание дуэта Хэмилтон-Росберг стало самым важным этапом в прогрессе формирования команды.

Вопрос: Почему?
Ники Лауда: У Льюиса природный дар, они с Нико отлично дополняют друг друга. Росберг – очень быстрый гонщик, они оба сильные соперники и выступают на высшем уровне. При этом Нико заботится о малейшей технической детали, а Льюис потрясающе пилотирует. У нас лучший состав пилотов, даже Райкконен и Алонсо не настолько хороши.

Вопрос: Почему план с Шумахером не сработал?
Ники Лауда: Машина оказалась недостаточно конкурентоспособной. Шумахер потерпел неудачу из-за этого, а не потому, что был недостаточно быстр.

Вопрос: Что произошло, если бы Шумахер остался?
Ники Лауда: Мы бы не добились таких успехов.

Вопрос: Почему?
Ники Лауда: Команде нужны были перемены и новый стимул. Новый гонщик приносит мотивацию, тем более, если обладает статусом топ-пилота.

Вопрос: Что изменилось в техническом штабе команды?
Ники Лауда: В 2012-м Росс Браун понял, что команде не хватает специалистов. Команда подписала Договор об ограничении ресурсов, но по разным причинам его не соблюдали в McLaren, Red Bull Racing и Ferrari. Росс вовремя это заметил и начал приглашать лучших специалистов в Mercedes, используя все имеющиеся финансовые ресурсы.

Команда сделала выводы из прошлогодних ошибок, и в 2013-м наша машина оказалась конкурентоспособной с начала сезона. Однако этот процесс никак со мной не связан. Я только сказал: «Забудьте про ограничение ресурсов – нам нужны лучшие, если мы хотим опередить Red Bull Racing».

Вопрос: С тех пор всё складывалось неплохо…
Ники Лауда: По крайней мере, это были первые шаги Mercedes на верном пути. Затем к нам присоединился новый инвестор – Тото Вольфф купил 30% акций команды. У меня всего 10% акций. Мы оба рискуем своими деньгами, что дополнительно мотивирует и нас, и всю команду.

Вопрос: Чем именно занимается Тото Вольфф?
Ники Лауда: Поиском спонсоров, решением финансовых вопросов и всем, что касается бюджета. Тото отлично справляется, мы оба отчитываемся непосредственно перед руководством Mercedes-Benz в Штутгарте. Во времена Норберта Хауга всё было не так: в Штутгарте занимались своими делами, а в Брэкли – своими. Между ними было мало общего, а теперь стороны взаимодействуют более тесно.

Вопрос: Реструктуризация прошла спокойно?
Ники Лауда: Нет. После перехода Падди Лоу из McLaren возникли небольшие проблемы, касающиеся Росса Брауна, но мы их урегулировали. Первоначально планировалось, что Падди присоединится к команде через год после ухода из McLaren, но он стал работать с нами после полугодового академического отпуска.

Вопрос: Чем он занимается?
Ники Лауда: Он отвечает за технологии в целом и отлично сотрудничает с Россом Брауном. Росс – руководитель команды, а Падди – инженер. Благодаря этим кадровым решениям, команда успешно развивается. Семь поулов и три победы – отличное тому подтверждение.

Вопрос: Вы довольны этим прогрессом?
Ники Лауда: Мне не на что жаловаться. Теперь самое важное – закончить сезон, по меньшей мере, в тройке лучших. Нам нельзя расслабляться.

Текст: . Источник: Die Welt
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.ru запрещено.
Другие новости
Читайте ещё