Хюлкенберг: Контракт тест-пилота больше не рассматривается

Нико Хюлкенберг

В этом году Нико Хюлкенберг не только работает резервным пилотом Force India, но и комментирует гонки для SkySport. В интервью Motorsport-Total немецкий гонщик поделился впечатлениями о новой профессии и рассказал о планах на будущее…

Вопрос: Нико, в этом году вы не только резервный пилот Force India, но и эксперт телеканала SkySport. Вам нравится эта работа?
Нико Хюлкенберг: Честно говоря, да. Я постоянно занят, появляюсь на телеэкране, моё имя по-прежнему на слуху. Кроме того, я стал иначе относиться к СМИ, получаю больше информации, чем если бы оставался только пилотом, ведь я должен следить за всеми гонщиками и командами. Но самое важное, я очень привязался к коллегам по SkySport. Это отличные люди!

Вопрос: Помогает ли вам опыт интервью при ответах на вопросы?
Нико Хюлкенберг: Конечно, я многому научился. Думаю, в будущем мне пригодится опыт работы в журналистике, я смогу представлять себя так, как мне бы хотелось. Поначалу я чувствовал себя скованно с микрофоном в руках, но сейчас мне вполне комфортно. Я хотел бы активнее комментировать действия своих коллег или команд, но важно найти свой стиль. Во всём нужен опыт.

Вопрос: Вы несколько раз присутствовали при интервью с Мартином Уитмаршем, и ведущий - Петер Лаутербах предложил вам порекомендовать ему себя в качестве гонщика. Вы почувствовали себя немного неловко?
Нико Хюлкенберг: Совсем нет. Честно говоря, я хорошо с этим справляюсь. Я появляюсь в паддоке, нахожусь на виду у руководителей команд, мое имя на слуху – это совсем неплохо. Теперь я даже знаком с Мартином Уитмаршем.

Вопрос: Вы не участвуете в гонках, но рассказываете о других пилотах. Обидно?
Нико Хюлкенберг: Конечно, особенно после финиша. Я не могу участвовать в гонке, но должен комментировать её итоги. Конечно, мне хотелось бы выйти на старт, думаю, я это заслужил, но приходится довольствоваться тем, что есть. Надеюсь, в следующем сезоне я вновь смогу участвовать в гонках.

Вопрос: Во время Гран При Венгрии вы исключили возможность остаться тест-пилотом в следующем году. Это окончательное решение? Вы бы отказались стать резервным гонщиком даже в Ferrari или McLaren?
Нико Хюлкенберг: Я бы не стал подписывать контракт тест-пилота с этими командами. Там нет возможности пилотировать машину по пятницам, поэтому это окончательное решение.

Вопрос: Но контракт третьего пилота в Ferrari или McLaren означает, что вы стали членом топ-команды...
Нико Хюлкенберг: Я понимаю, что вы имеете в виду, но всё не так просто. У этих команд отличные гонщики, работа тест-пилота Ferrari или McLaren ничего не дает. В следующем году я должен непременно выступать в гонках. Контракт тест-пилота больше не рассматривается.

Вопрос: Я знаю, что вы не ищете альтернатив Формуле 1, но что вы думаете о других сериях, прежде всего, о DTM?
Нико Хюлкенберг: Да, я уже говорил, что не рассматриваю такой вариант. Думаю, у меня неплохие шансы в Формуле 1 - у меня есть скорость и потенциал, я считаю, что здесь мое место. Сейчас я сконцентрирован именно на этом.

Вопрос: Тогда я попробую задать вопрос иначе. Вы исключаете возможность выступления в других гоночных сериях, например, в Indycar или NASCAR?
Нико Хюлкенберг: Indycar я уже исключил – я не поклонник гонок по овалу.

Вопрос: Когда вашим менеджером был Вилли Вебер, он говорил, что вы никогда не будете платить за свое выступление. Сейчас позиция изменилась?
Нико Хюлкенберг: Надо смотреть на вещи шире. Все знают о моем таланте и мастерстве, но если я могу принести немного денег или найти спонсора для команды, шансы участвовать в гонках значительно возрастут.

Вопрос: Почему вы расстались с Вилли Вебером?
Нико Хюлкенберг: Почему люди расстаются? Потому, что недовольны развитием событий - это очевидно. Произошли некоторые события, о которых я никогда не буду говорить публично. Я принял решение по причинам личного характера.

Вопрос: Незадолго до того, как вы подписали контракт с Force India, я разговаривал с Вебером. Он сказал, что контракт резервного пилота стоит подписывать только в том случае, если есть гарантии сесть за руль основной машины в 2012-м. Существуют ли какие-либо неизвестные нам детали?
Нико Хюлкенберг: Нет, я так не думаю. Конечно, мне хотелось бы надеяться на изменение статуса, но реальность такова, что у команды есть опцион. Она может им воспользоваться или выбрать другой вариант.

Вопрос: Обычно в такой ситуации команда принимает решение до 31 июля… Можете ли вы это прокомментировать?
Нико Хюлкенберг: Нет. Решение будет принято позднее, но я не могу назвать точную дату.

Вопрос: В 2009 году Роман Грожан выступал в Формуле 1, а затем вернулся в GP2 и добился высоких результатов. Сейчас он надеется снова подписать контракт основного пилота в Формуле 1. Рассматриваете ли вы такой вариант?
Нико Хюлкенберг: Я не могу вернуться в GP2, я уже выиграл чемпионский титул в этой серии. Формула 1 – это единственный вариант. Почему я должен заниматься чем-то ещё? Моё место в Формуле 1 – в прошлом году я это доказал. Куда я должен возвращаться? В Формулу 3? Это не имеет смысла.

Вопрос: Вы два года работали тест-пилотом Williams, прошли обучение в этой команде. Можете ли подробно рассказать о том, как это происходило? Вы просто наблюдали за происходящим, вместе с инженерами сидели за компьютером?
Нико Хюлкенберг: Я занимался не только теорией, у меня было много практики.

Я поселился в Оксфорде и сказал техническому директору Williams: «Сэм, я живу рядом и хочу как можно лучше узнать команду, понять, как создается и как работает машина». В команде позитивно оценили эту инициативу. Я провёл по месяцу в трех или четырех департаментах. Сначала наблюдал за работой, затем получал небольшие задания и вносил свой вклад – я смог не только изучить теорию, но и попрактиковаться.

Было интересно работать, к примеру, в лаборатории моделирования и в аэродинамической трубе. Я участвовал в испытаниях переднего антикрыла и вместе с коллегой за две недели создал свою версию этого элемента. Я знаю, как работает команда, знаю, какие усилия требуются для того, чтобы наждачной бумагой очистить карбоновый лист, как придать ему форму. Через полчаса после начала тестов в аэродинамической трубе стало понятно, что моё антикрыло оказалось неудачным, пришлось его выбросить. Вы начинаете иначе относиться к машине, если однажды участвовали в создании её элементов.

Вопрос: У вас был жесткий рабочий график?
Нико Хюлкенберг: Нет, официального графика не было, но были договоренности. Я должен серьезно подходить к делу, которым занимаюсь, а команда должна видеть мою мотивацию, знать, что я провожу на базе не пару часов. Мы договаривались, когда и с кем я начинаю работать. Если утро было занято тренировками, мы это согласовывали.

Вопрос: В тот период у вас был долгосрочный контракт с Williams?
Нико Хюлкенберг: Да, команда неоднократно говорила об этом. Думаю, они так и планировали, но в 2010 году ситуация изменилась – машина оказалась недостаточно быстрой, мы потеряли много спонсоров: RBS, Philips. Возникли финансовые трудности.

Вопрос: От кого вы узнали об увольнении? Это произошло в Абу-Даби или позже?
Нико Хюлкенберг: Это произошло в паддоке, вечером после гонки. Я подошел к директору Williams Адаму Парру и сказал, что хочу знать, что происходит. Тогда он сказал мне об увольнении.

Вопрос: История с Мальдонадо началась задолго до этого. Вы недовольны тем, что команда не информировала вас о переговорах с другим гонщиком?
Нико Хюлкенберг: Я был очень разочарован тем, что со мной так обошлись. Если бы я имел эту информацию раньше, возможно, мне бы удалось найти место в другой команде.

Вероятно, в Williams опасались повторения ситуации, которая годом раньше была с Казуки Накаджимой: ему заранее сказали, что контракт не будет продлен, и результаты сразу ухудшились. В моем случае всё было бы наоборот, известие об увольнении ещё больше бы подняло мотивацию.

Вопрос: После поула в Бразилии вы надеялись, что ситуация улучшится?
Нико Хюлкенберг: На это надеялись журналисты, а я понял, что все плохо, ещё в Сингапуре или Японии.

Вопрос: До 2010 года ваша карьера складывалась безоблачно: вы стали чемпионом GP2, а до этого добивались успеха в других сериях. Вы сотрудничали с Вилли Вебером, который занимался карьерой Михаэля Шумахера…
Нико Хюлкенберг: Идеальная карьера, не так ли? Вначале я думал, что будет немного проще, но быстро понял, насколько важен опыт, чтобы, например, в квалификации вовремя получить прогретые до нужной температуры шины, в какой момент лучше всего тормозить и так далее.

Я выступал в одной команде с Рубенсом Баррикелло, а он отличный напарник, у него огромный опыт. Я многому научился у него во время брифингов: его комментариям, его умению участвовать в разработке машины. Думаю, в прошлом году Рубенс был на пике своей карьеры.

Вопрос: Вы удивлены тем, что Пастор Мальдонадо выступает на высоком уровне?
Нико Хюлкенберг: Он хорошо справляется со своей работой, но мне кажется, что я мог бы добиться большего. Кроме того, я думаю, что отношение к Рубенсу изменилось: в прошлом году его поддерживала вся команда, каждый сотрудник знал, что его слова – закон. Судя по сообщениям СМИ, ситуация изменилась, что негативно влияет на его выступления. В команде возникли проблемы: в этом году машина даже менее конкурентоспособна, чем во второй половине прошлого сезона.

Текст: . Источник: Motorsport-Total
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости