Это вымышленная история, пересечений с реальными событиями искать не стоит. Продолжение «Маленького урагана» Никиты Савельева для читателей F1News.ru...
Глава 4. Эмансипация не пройдет. Часть вторая
Валери повезло: первая встреча оказалась приятной – ей попался Ларс Линдегард. Светловолосый датчанин стоял перед столами со снедью и методично расставлял тарелки на подносе.
– Вы тоже здесь? Не ожидал, – вежливо улыбнулся датчанин. – Нашли себе кокпит?
– Никто не желает брать девушку. Такое ощущение, эмансипация не докатилась до гонок, – пошутила Валери.
– Наверное, дело больше в результатах, а не в принадлежности к полу, – бесхитростно ляпнул датчанин. – Хотите – присаживайтесь ко мне.
Валери торопливо ткнула официанту на раздаче в пару блюд: получила на поднос шураско – местный шашлык из говядины, и какую-то смесь, где проглядывали овощи и фасоль, и поспешила следом за гонщиком. Пока кто-нибудь его не перехватил. В шатре хватало народу. Гомон стоял такой, что удивительно, как выдерживали своды.
– Как вам трасса? – завязала разговор Валери.
– Асфальт неровный. Да еще жара, износ резины ужасный, – пожаловался Ларс. – Победит тот, кто сумеет лучше сберечь шины. А трек непростой, но интересный. Удивительно, как они вписали восемь километров дистанции на такой компактной площади, сплошь виражи, подъемы и спуски.
– Говорят, автодром построили на месте городской свалки.
– Глядя на трущобы вокруг, не сомневаюсь. Видели их? Меня оторопь берет.
– Приличной девушке не стоит приближаться к фавелам.
– Мужчинам тоже. Организаторы специально нас проинструктировали. По слухам, туда даже полиция не углубляется.
– Жуть какая! – прилежно округлила глаза Валери.
– Вы уж берегите себя! Удивлен, как вы решились на поездку, мадемуазель.
– Жить не могу без гонок, хоть поглазею, раз мне не нашлось места.
– Понимаю. Сочувствую, сам бы не свой ходил в вашей ситуации.
Кажется, кое-какой контакт налажен, пора переходить к главному.
– Ларс, как считаете, а если мне попасть хотя бы на тесты – был бы у меня шанс получить кокпит?
– Зависит от времени, что вы покажете. Почему бы и нет? Но я бы на вашем месте еще погонялся в национальном первенстве.
Это Валери прекрасно знала и без него. Но после того, как она вкусила радость участия в мировом чемпионате, откатываться назад неохота.
Датчанин приступил к трапезе, а Валери неотрывно смотрела на него. Давай, соберись духом. Смогла же с Трельяром. Глубокий вдох. Еще. Пора.
– А что, если один известный пилот замолвил бы…
Слова Валери потонули в радостном приветствии:
– Линдегард! Со спутницей?! Поэтому спрятался в углу?
Ларс поднялся с места и пожал кому-то руку. Валери подняла взгляд и обомлела. За их стол преспокойно усаживался худощавый мужчина средних лет с острыми чертами лица и модной нынче прической в виде волос до плеч. Сам Рамон Корасо. Новоявленный чемпион мира – уругваец сильно провел концовку прошлого сезона и вырвал титул, а датчанин, напротив, выступил неудачно и занял то ли третье, то ли четвертое место в итоговой классификации.
Ларс растерянно переводил взгляд с Корасо на Валери и явно не знал, как себя вести. Что до Валери, лучше бы она оказалась в самой опасной фавеле, чем перед живым напоминанием о ее позорном дебюте.
– Ну?! Познакомишь нас? – удивленно попросил Корасо.
– Валери Демар, – после паузы медленно сказал датчанин.
– Мне представляться нет нужды? – улыбнулся Корасо. – Превосходно. Не местная? Из Европы? Далеко же забрались, чтоб глянуть, как мы гоняем по кругу!
Валери и Ларс переглянулись. Кажется, уругваец ее не помнил. Еще бы, для блистательного чемпиона она – лишь мелкое недоразумение на пути к очередной победе. Валери пробормотала какую-то банальщину, и Рамон тут же потерял к ней интерес:
– Вы такая же скромная, как и ваш сосед. Амиго, видел: у Лобберт новый владелец?
– Не удивительно. Они с трудом сводили концы с концами в прошлом году. Им надо было либо искать покупателя, либо закрываться. Кто этот счастливый обладатель?
– Ричард, кому еще. Он выкупил все акции команды.
– Год поуправлял конюшней и не понял, что она живет только старыми заслугами? Зачем ему это?
– Чтоб стать полноправным членом клуба британских конструкторов. А то у некоторых джентльменов возникли вопросы, что он там забыл.
В ответ на вопросительный взгляд Валери Ларс уточнил:
– Ричард – коммерсант, благодаря которому чемпионат второй год подряд приезжает в Бразилию. Он взял на себя обязанности по перевозке команд на этапы. Мой шеф признается, что стало куда легче, теперь директора думают только о гонках, а не о логистике. И этапы новые появились.
– А мой босс возмущается, что Ричард – самый пройдошистый сукин сын из всех, кого он видел, – добавил Корасо. – Он же не за спасибо работает и не в убыток себе.
– Оставь, Рамон, – попросил датчанин. – Я слышал, он берет скромные комиссионные, четыре, что ли, процента. Нам от этого сплошные плюсы. Благодаря, ему автодромы дают более выгодные условия. Видел суммы призовых за Бразилию? Когда нам столько платили?
– И основную часть я приберу в свой карман.
– Не лопнет?
– Найду штаны побольше.
– Не сомневаюсь.
По лицу Ларса пробежала тень. Валери вспомнила: в позапрошлом сезоне Корасо и Линдегард были напарниками по Стентон – датчанин уже выступал там, а уругваец только пришел в конюшню. Между двумя амбициозными пилотами мгновенно возникло острое соперничество, при этом Корасо выторговывал себе лучшие финансовые условия. В итоге во внутрикомандном противостоянии победил Ларс, но обиделся на Стентон, покинул конюшню и перешел в Крокус.
– Не слышал, они убрали проволочные ограждения с трассы? – Рамон заметил недовольство бывшего партнера и сменил тему.
– Вроде обещали, я не приглядывался. Не хочешь опять увязнуть? – поинтересовался Ларс и тут же пояснил. – В прошлом году Рамон вылетел, машина запуталась в проволоке, от удара пробило бак, ручьем хлынуло топливо. Только представь? А он привязан, по сути.
– Никогда так остро не хотел жить, – хмыкнул уругваец. – Повезло – успел вылезти до пожара. Провонял только. А тебе в дугу безопасности тоже здесь прилетело?
– Нет, в Штатах, – задумался Ларс. – Парни серьезно разбились, а я сзади ехал, еле проскочил. Чувствую, аэродинамика нарушена, машину вбок тащит. С трудом дотянул до финиша. Гляжу – в дуге безопасности торчит огромный такой обломок. Несколько сантиметров в другую сторону – и шлем бы меня не спас.
– Полезная штука – дуга. Я помню эту штуковину – глубоко так вошла, зараза.
– Скорее всего, это была деталь от машины Гельмута, – помрачнел лицом Ларс. – Не повезло – колесо прямо в голову.
– Финальная гонка, чтоб ее. Чуть-чуть оставалось. Мы уж думали обойдется, но нет.
– А! Ты об этом, - кивнул Ларс. – Понимаешь, Валери, последние четыре года мы каждый сезон теряем двух наших парней, не обязательно в официальных гонках, бывает, гибнут в кузовах или на тестах. Но вот такая печальная закономерность.
– А раньше? – с интересом спросила Валери.
– Еще больше, – пожал плечами Рамон. – Но это надо у наших умников спрашивать. Мы с Ларсом тогда только подбирались к чемпионату мира.
– А сейчас так. Двое наших. Каждый год, – добавил датчанин.
– С учетом, что нас всего-то человек двадцать, круг сужается, – хмыкнул Рамон.
– Но при везении у нас лет пять в запасе, – ткнул его локтем Ларс.
– В точку, амиго! Мне хватит на пару титулов. И, чтоб не испытывать терпение костлявой, буду сворачиваться. В кузова подамся – там хоть кабина есть, или в Штаты – зашибать зеленые, чтоб завещание детишкам не стыдно отписать.
– Пока я тебя не опередил – никуда не отпущу.
Валери слушала пилотов, чуть ли не раскрыв рот. Эти парни, которые небрежно обменивались историями, как чудом не свернули себе шею, казались ей настоящими титанами. По сравнению с ними ее скромные приключения в младших сериях, ее травмы, столкновения, аварии, триумфы и поражения выглядели возней в песочнице.
– Ничего себе компашка! – сверху прозвучал жизнерадостный голос. Над ними навис еще один знакомец с немецкой гонки – итальянец Никола Гросси. Он вдрызг рассорился с Монетти из-за удручающих результатов и перебрался как раз в пресловутый Лобберт, который спас от разорения какой-то финансист.
– Что тебя смущает? – поднял густые брови Корасо. – То, что Ларс с девушкой или что я с ним?
– Я не о том, – протянул Никола. – Выходит, ты не злишься на синьорину Демар? Оно и правильно.
Итальянец плюхнулся за их стол, бухнув поднос, груженный тарелками, где проглядывало неизменное шураско.
– С какой стати я должен злиться? – поразился Корасо. – Постой-ка… Демар? Так это та самая?!
– Так ты не знал? Ого! Ну, извиняйте, – пробормотал Никола и уткнулся в тарелку.
Наверное, Валери тоже стоило попросить прощения, но слова застряли в горле. Рамон с прищуром разглядывал девушку, миг – и грянет жуткая буря. Уругваец никогда не отличался кротким нравом.
– Чего сжалась?! – неожиданно ухмыльнулся Рамон. – Ждешь, я орать буду?! Хороша же у меня репутация.
– Я раскаиваюсь. Очень-очень, – пискнула обрадованная Валери. – Простите.
– Я и забыл уже, – махнул рукой Рамон. – Ты только, ради всего святого, мне на трассе больше не попадайся. Но, думаю, шансов встретиться у нас нет. Так что без проблем. Вы ешьте-ешьте. Остынет же.
Простяга Никола заулыбался во весь рот, и даже тактичный Ларс, и тот поднял уголок губ. А еще говорят, эмансипация победила – мужланам лишь бы девушку на посмешище выставить.
== Продолжение...
