Риккардо: Важно было завоевать уважение в паддоке

Даниэль Риккардо

Даниэль Риккардо – один из самых весёлых людей в паддоке. В обстоятельном интервью австралиец говорил о выступлениях в Red Bull Racing, отношениях с Максом Ферстаппеном, переходе в McLaren и сериале Drive to Survive...

Даниэль Риккардо: «В юности я часто слушал альбом Parkway Drive “Killing With A Smile”. Мне кажется, он про меня: я постоянно улыбаюсь и… Не скажу, что люблю убивать, но мне нравится атаковать соперников. Это всегда мотивирует. Впрочем, не меньше, чем работа с новым напарником – Ландо Норрисом. Он молодой гонщик, чем-то похожий на Макса Ферстаппена. Это ещё один вызов для меня, и я готов к борьбе. Мне уже за 30, так что многие задаются вопросом: «Даниэль по-прежнему в хорошей форме, или пик его карьеры позади?» Именно за это я люблю день гонки – это шанс показать, на что я способен.

Начиная карьеру, я был счастливым ребёнком и ещё не показывал инстинкт убийцы. Но настал момент, когда мне уже не хотелось быть просто приятным парнем. Я был готов идти на серьёзный риск и думал, что даже если разобью машину, меня всё равно будут уважать. Я показал, что могу оставаться весёлым парнем, но когда надеваю шлем, то готов на всё. Думаю, именно тогда я завоевал уважение в паддоке. Для меня это очень важно.

Мне нравилась молодёжная программа Red Bull и пристальное внимание Хельмута Марко, следившего, чтобы я выкладывался и показывал всё, на что способна машина. Участие в этой программе помогло мне стать взрослее. Пожалуй, немного строгости пошло мне на пользу. Посмотрим, как всё сложится в McLaren, но я знаю, что Андреас Зайдль не будет делать поблажек. Так и должно быть.

Я верю, что в Red Bull понимали, что мы с Максом Ферстаппеном – топ-пилоты. Возможно, они ждали проблем с тем, кто придёт мне на смену. Точно не знаю, но со стороны кажется, что они недооценивали то, что мы с Максом сделали друг для друга – каждый из нас помог напарнику достичь нового уровня. Возможно, Пьеру Гасли и Алексу Элбону это не удалось, или им потребовалось больше времени, чем хотела команда.

Сейчас нам с Максом легче быть друзьями. Во-первых, мы не ведём непосредственную борьбу – не пытаемся положить конец карьере каждого из нас! Во-вторых, когда мы были напарниками, я выигрывал гонки и завоёвывал поулы, поэтому он всегда знал, что я быстрый гонщик – и уважал меня. Когда я ушёл, на моё место пришли другие. Возможно, поработав с разными напарниками, теперь Макс уважает меня ещё больше. У нас никогда не было взаимной неприязни – каждый из нас просто хотел завершить карьеру напарника.

Я не спал несколько ночей, пытаясь решить, уходить ли из Renault или нет. Но я не могу позволить себе рисковать ещё несколькими сезонами. Сейчас McLaren на подъёме, и это не только чувствуется по атмосфере в команде – это видно, когда заходишь на базу в Уокинге. Пружинистая походка сотрудников, счастье на лицах и особая энергетика – это и есть подъём в команде.

Побеждать – это самое интересное. Ради этого мы начали и продолжаем гоняться. Когда мы выигрывали гонки, нам говорили, что мы лучшие. Когда некоторое время не побеждаешь, надо сконцентрироваться на другом. Если выступаешь в команде из середины пелотона, то знаешь, что пятое место – сродни победе, если напарник финиширует десятым. Надо уметь перестроиться.

Когда я впервые попробовал шампанское из ботинка, я думал, что это будет разовая акция. Я получил фотографию и разослал её друзьям. Классно! Дело сделано! Но я рад, что это получило такую популярность. Приятно вспоминать, что из моего ботинка пил сэр – я говорю не о Льюисе, а о Патрике Стюарте.

Надеюсь, болельщики оценят перемены в правилах в 2022 году – теоретически это шанс для каждой команды навязать борьбу Mercedes и Льюису Хэмилтону. Оставаясь дипломатом, я думаю, что Льюис – не единственный, кто может выигрывать гонки за рулём такой машины. Конечно, это только моё мнение, но Джордж Расселл в некотором плане его подтвердил, опередив Валттери Боттаса в своей первой гонке за Mercedes. Возможно, у Льюиса не самый сильный напарник.

Не могу сказать, что мы негативно настроены к Хэмилтону, но разве среди нас нет тех, кто считает, что может его опередить? Есть, и я в этом не сомневаюсь. Но никто из нас не боролся за титул, не имел дело с таким прессингом, не выдерживал такую нагрузку из года в год. Почти в каждый гоночный уик-энд Льюис может удивить. Да, у него быстрая машина, от него постоянно ждут побед. А если он не выигрывает, то начинаются вопросы: «Что произошло с Льюисом?»

Я люблю спорт, и он многое мне дал, но я думаю, что и без него мне будет неплохо. Я вложил в него всю душу и силы, поэтому когда я говорю, что к концу карьеры буду вымотан, это действительно так. По крайней мере, какое-то время. В какой-то момент у меня может появиться желание заняться чем-то другим. Но я думаю, что мне понравится что-то не менее увлекательное, но не обязывающее меня жить по жесткому графику. Не важно, будет ли это связано с музыкой, кухней или чем-то ещё – это будет что-то захватывающее.

Мой отец старается не вмешиваться в мою карьеру, но я знаю, насколько ему это важно, как он счастлив, обсуждая её в кругу друзей. Если я приезжаю домой, а там гости, отец начинает больше говорить обо мне или просит меня рассказать какие-нибудь случаи из жизни. Я смущаюсь, но он гордится мной и живёт моей жизнью, хотя и не показывает этого.

Он до сих пор во много раз лучше меня управляет машиной с ручной коробкой передач, отлично разбирается в автоспорте и гораздо больше знает о машинах. Но он никогда не участвовал в моей карьере в Формуле 1.

Мне очень понравился первый сезон Drive to Survive – он был потрясающим. Я провёл некоторое время в США и заметил, что буквально в каждой поездке меня стали узнавать и вспоминать этот сериал. Он действительно сотворил чудо для Формулы 1, я даже не говорю о соцсетях, где резко выросла посещаемость – Drive to Survive многое сделал для нас и для спорта.

Во втором сезоне были моменты или эпизоды, когда сценаристы немного преувеличили. Они попытались создать некоторое напряжение между мной и Сайнсом, но его не было. Точнее, с Карлосом я соперничал не больше и не меньше, чем с любым другим гонщиком. У нас не было никакой личной неприязни, но в Netflix хотели чего-то добиться, поэтому многие вопросы касались Сайнса. Возможно, никто не обратил на это внимание. У нас хорошие отношения. Возможно, есть другие люди, которые мне не нравятся, но только не Сайнс. Он одевается как 60-летний, но в остальном у него всё в порядке.

Мне кажется, в прошлом году на странице Формулы 1 в социальных сетях разместили какое-то видео вроде «10 самых ярких моментов года», и восемь из десяти инцидентов – это аварии. Мне не понравилась эта подборка. Возможно, 12-летним подросткам нужен такой контент, и им это нравится, но мы не дети. Парни, нужно лучше работать в этой области!»

Текст: . Источник: Square mile
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.ru запрещено.
Другие новости