Мартин Брандл о том, как стюарды выносят решения

Мартин Брандл и Льюис Хэмилтон

Бывший гонщик Формулы 1, комментатор британского SkySports Мартин Брандл подвел итоги Гран При Мексики...

Я подхватил вирус в Мехико и ещё не выздоровел. В прошлый раз я чувствовал себя так плохо на стартовой решетке в Японии 1992 года. Соперники и адреналин каким-то образом позволили мне тогда финишировать третьим. Никто не отбирал у меня подиума и не ругался в мой адрес.

Гонка в Мексике получилась агрессивной и, кажется, задела людей за живое, вызвав всплеск эмоций. Это чувствовалось и в паддоке, и в аэропорту после гонки. Думаю, мы ещё не раз вернёмся к этой теме. Тем не менее, я считаю, что стюарды и дирекция гонки хорошо справились со своей работой.

Так получилось, что в субботу меня пригласили в комнату дирекции гонки, где я смог всё увидеть своими глазами. Это впечатляет: у них есть доступ ко всем камерам, не только телевизионным, но и к камерам на автодроме, в зоне пит-стопов, на каждой машине. У них есть доступ ко всем радиопереговорам и телеметрии машин. Они видят такие параметры, как угол поворота руля, степень нажатия на педаль газа и тормоза, имеют доступ к другой информации. После гонки дирекция может переговорить с каждым гонщиком и запросить дополнительные сведения у команды.

Специальное программное обеспечение собирает всю доступную информацию, поэтому стюарды могут рассмотреть любое происшествие почти мгновенно. У меня же, когда я комментирую гонку в прямом эфире, есть всего несколько секунд, чтобы высказать своё мнение, и я вижу инцидент лишь с одной или двух камер.

У дирекции гонки гораздо больше информации, чем у нас. Например, когда я спросил о штрафе Нико Росберга в июльском Гран При Германии во время инцидента с Максом Ферстаппеном, им потребовалось лишь пять секунд, чтобы загрузить необходимую информацию из архива. Это придало мне уверенности, что последовательность в принятии решений возможна, но поскольку на каждом этапе стюарды меняются и собранные данные так или иначе нуждаются в интерпретации, как и во многих других видах спорта, в Формуле 1 многое зависит от судей.

Да, не каждое решение однозначно, многие болельщики спрашивают, почему Льюис Хэмилтон не был наказан за срезку первого поворота на старте. Я бы наказал Льюиса и за срезку шиканы в Монако, когда его преследовал Даниэль Риккардо. Я много лет был уверен, что в подобных ситуациях гонщики должны получать штраф, чтобы они серьезно расплатились за свою ошибку. Но после разговора с Чарли Уайтингом я могу объяснить, почему Льюиса не наказали.

Стюарды, как правило, позволяют большую свободу гонщикам на старте и первом круге, иначе они были бы перегружены запросами на рассмотрение разных инцидентов. Так всегда бывает, когда 22 машины стартуют одновременно.

Ключевым моментом наказания является факт получения гонщиком «существенного преимущества». Данные, которые были в распоряжении дирекции гонки, свидетельствовали о том, что Льюис Хэмилтон убрал ногу с педали газа, когда вернулся на трассу, и пелотон смог его догнать до того, как был объявлен режим виртуального автомобиля безопасности. Кроме того, сыграла свою роль и борьба двух соперников позади, один из них срезал первый поворот и не смог побороться за лидерство. Именно поэтому Льюис и не был оштрафован.

Важно отметить, что дирекция гонки не давала Максу Ферстаппену инструкций вернуть позицию Себастьяну Феттелю на последних кругах гонки – ему об этом сказала только команда. Я не уверен, что это было очевидно Себастьяну, поэтому он был так расстроен по радио.

Гонщик Ferrari получил штраф за смещение в зоне торможения в борьбе с Риккардо, и ирония в том, что он стал первым, против кого применили это правило, хотя Себастьян больше всех жаловался на Ферстаппена и его смещения во время торможений в прошлых гонках.

Мы хотим видеть жесткую борьбу, поскольку она важна для зрелищности, но где проходит та линия, которую нельзя переступать? Если мы разрешим гонщикам смещаться во время торможений при борьбе колесо в колесо, они просто не смогут бороться.

После гонки Чарли Уайтинг заверил меня, что словесное негодование Феттеля по радио не имело никакого отношения к последующему штрафу, но я полагаю, что мы ещё вернёмся к этой теме. Президент FIA Жан Тодт смотрел гонку по телевизору, и, по понятным причинам, его не впечатлило то, что он услышал. Что, если бы в футболе или регби игрок подобным образом обозвал судью? Вероятно, его бы удалили.

Ненормативную лексику порой можно услышать во время ночных прогулок, но если бы я услышал такие выражения во время просмотра гонки с детьми, мне было бы неловко. Я ожидал большей сдержанности от Себастьяна, несмотря на его злость и адреналин. Откровенно говоря, он потерял контроль над собой во время гонки.

Несколько лет назад Себастьян был милым ребенком, и в паддоке со своим рюкзаком больше напоминал студента. Его угрозы в адрес соперников и слова, адресованные Чарли, просто неприемлемы. Себастьян – четырехкратный чемпион мира, он несет ответственность за имидж Формулы 1, нравится ему это или нет. После упущенной победы в Малайзии, Льюис Хэмилтон утратил хладнокровие в Сузуке, но успокоился и через несколько недель вернулся к своему привычному состоянию.

Не исключено, что даже после четырех возможных побед подряд Льюиса, Нико Росберг станет чемпионом мира, однако несмотря на все победы, подиумы и поулы Нико, я не могу сказать, что ему просто повезет, если он завоюет титул.

Нико пришел в Mercedes, когда команда не добивалась успеха. Он напряженно работал и стал неотъемлемой частью их прогресса. Если он выиграет титул, то сделает это, на мой взгляд, абсолютно заслуженно. Конечно, если Льюис выиграет четыре заключительные гонки сезона, это несколько уменьшит достижение Нико, но самому Хэмилтону повезло в 2008-м, когда он завоевал титул в последнем повороте гонки в Бразилии. Тем не менее, ни у кого не вызывает вопросов его достижение.

Точно также, никто не говорит, что в 2007-м Кими Райкконен стал чемпионом только потому, что Льюису не повезло. Иначе, так можно было бы сказать о достижениях многих гонщиков, в том числе и Фернандо Алонсо, ведь в свое время обстоятельства сложились в его пользу.

Тем не менее, еще ничто не решено. Оба пилота Red Bull Racing были близки по темпу к Mercedes. Темп Себастьяна Феттеля тоже был высоким, когда он не разглагольствовал с командой по радио. Исторически так сложилось, что гонка в Бразилии может преподнести сюрприз. Погода переменчивая, трасса узкая и кочковатая, конфигурация необычная. Ситуация ещё может измениться.

И последнее. Когда я уезжал с трассы в воскресенье вечером, представитель одной из команд сказал мне, что, по их расчетам, шины Medium могли выдержать дистанцию в 111 кругов. В Мексике шины Pirelli вели себя так, словно это Michelin или Bridgestone – они почти не изнашивались.

Стали ли от этого гонки лучше? Нет. Мы увидели очень мало обгонов, и до последних кругов Гран При Мексики не был богатым на события. Надеюсь, в 2017-м в Pirelli привезут на этот этап UltraSoft и SuperSoft, но, в любом случае, в 2017-м и так будет много перемен. И в то же время, гонщики жаловались на отсутствие сцепления шин с трассой – это хорошее напоминание того, что прочные шины вовсе не являются залогом захватывающих гонок. Да, вариант с тремя составами отлично работает.

Увидимся в Бразилии.

Текст: . Источник: Sky Sports
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости