Марк Зурер: Хаккинен никогда не был политиком

Мика Хаккинен

Сегодня двукратному чемпиону мира Мике Хаккинену исполнилось 45 лет, в честь этого события журналисты немецкого Motorsport-Total взяли интервью у бывшего гонщика, а сейчас – комментатора Марка Зурера…

Вопрос: Марк, что вам приходит в голову при упоминании Хаккинена?
Марк Зурер: Мика был одним из немногих равных по силе соперников Михаэля Шумахера. Когда Михаэль доминировал в Формуле 1, талантов было не так много, как сейчас, но Хаккинен выступал с ним на одном уровне.

Вопрос: Честно говоря, я думал, что вы вспомните знаменитый обгон в Спа 2000 года, когда Мика опередил Михаэля, вместе с Рикардо Зонтой…
Марк Зурер: Это так! Мы каждый раз показываем этот обгон в превью бельгийского этапа на Sky перед гонкой в Спа. Впрочем, многие забыли, что незадолго до обгона Михаэль вытеснил Мику на траву.

Когда гонщики вернулись в закрытый парк, Мика о чём-то возмущенно говорил с Михаэлем – мы долго гадали, о чём идёт речь, а потом Мика признался: «Он же вытеснил меня на траву». Сегодня такие действия были бы наказаны стюардами, а тогда на это закрыли глаза, хотя Шумахер просто не оставил ему места.

Для такого обгона нужно мужество. Михаэль находился слева, позади Зонты, который должен был увидеть его в зеркалах и сместиться вправо, чтобы пропустить, но Мика, несмотря на риск, проскочил справа.

Вопрос: Вспомним другой эпизод из карьеры Хаккинена – его страшную аварию в Аделаиде'95, когда профессор Сид Уоткинс сделал Мике трахеотомию прямо на трассе…
Марк Зурер: Тогда мы не сразу поняли, насколько всё опасно – со стороны авария казалась не очень серьёзной, но в итоге Уоткинс спас Мике жизнь.

Вопрос: Изменила ли Хаккинена эта авария?
Марк Зурер: Мне показалось, что он стал говорить ещё медленнее, чем прежде. Он и так был не слишком разговорчив, хотя по сравнению с Кими Райкконеном и другими финнами его можно назвать общительным. Это – единственное, что изменилось. Скорость осталась прежней.

Вопрос: Мике пришлось долго ждать первую победу, он отпраздновал её в той памятной гонке в Хересе, когда Шумахер столкнулся с Вильнёвом…
Марк Зурер: Тут стоит кое-что вспомнить. Сначала Хаккинен выступал за Lotus – его скорость была очевидна, но в этой команде он не мог рассчитывать на многое. Первый реальный шанс он получил в McLaren, где в первой же квалификации опередил Айртона Сенну. Тогда все говорили – этот парень быстр и сможет использовать свой шанс, но ждать пришлось долго. Примерно так было и у меня – если слишком долго выступать на недостаточно быстрых машинах, вы теряете веру в себя.

Команда должна была помочь Мике, что и произошло сначала в последней гонке 1997-го, потом в первой гонке 1998-го, когда в McLaren допустили ошибку и Хаккинен уступил позицию Култхарду, а потом Дэвида попросили её вернуть. Это всё изменило – он понял, что может побеждать.

Мика Хаккинен и Дэвид Култхард

Вопрос: Мика и Дэвид долго вместе выступали за McLaren, причём большую часть времени Хаккинен был первым номером. Именно гонка в Мельбурне 1998 года определила эту иерархию?
Марк Зурер: Думаю, многое решили обе гонки – Херес'97 и Мельбурн’98. Если вы дважды подряд поднялись на вершину подиума, то мечтаете это повторить. Думаю, Мика почувствовал голод к победам, который притупился в тот период, когда он выступал на посредственных машинах. В Мельбурне он понял, что команда его поддерживает, а для гонщика это очень важно.

Вопрос: В своей автобиографии Култхард называет Мику любимчиком Рона Денниса, а себя – протеже Норберта Хауга. Это действительно так?
Марк Зурер: Пожалуй, хотя у Денниса было поразительное чутьё на талантливых гонщиков. Он знал, что у Мики исключительная скорость, а у Дэвида хорошие дни чередовались с плохими – ему не хватало стабильности. Я часто называл Дэвида «воскресным гонщиком» - он был непобедим только в том случае, если всё складывалось удачно.

Я помню гонку в Спа, когда Хаккинен был недоволен тем, что в McLaren не использовали командную тактику, но там Дэвид просто был сильнее. Но это лишь отдельные дни, отдельные гонки, а Мика всегда был быстр. Рон Деннис это чувствовал, поэтому его поддерживал. Он знал, что у этого парня есть что-то такое, чего нет у других.

Эдди Ирвайн, Мика Хаккинен и Дэвид Култхард. Сузука'98

Вопрос: В 1998-м Хаккинен завоевал чемпионский титул за рулём машины, которая не имела себе равных – по крайней мере, в начале сезона. Как вы сейчас оцениваете это достижение?
Марк Зурер: Тогда у McLaren действительно была превосходная машина, но её ещё нужно было довести до финиша. Побеждая, Хаккинен быстро прогрессировал. Когда у вас конкурентоспособная машина за спиной словно вырастают крылья. Он знал, что победит, если не допустит ошибок.

Вопрос: В 1999-м он вновь стал чемпионом мира, но его главный соперник, Михаэль Шумахер, пропустил семь Гран При после аварии в Сильверстоуне. Если бы не было той аварии, итог сезона мог быть другим?
Марк Зурер: Безусловно. Вернувшись после травмы, Михаэль в первой же гонке финишировал впереди McLaren. Думаю, если бы он провёл весь сезон, то стал бы чемпионом.

Вопрос: В 1999-м было ощущение, что Хаккинен гораздо чувствительнее к прессингу, чем другие пилоты. Особенно очевидно это было в Монце, когда он расплакался после схода…
Марк Зурер: Тут всё дело в характере, Мика действительно не лучшим образом справлялся с прессингом. Когда вы знаете, что команда ждёт от вас только победы, когда у вас есть поддержка Рона Денниса и приоритет в командной иерархии, ответственность очень велика.

Тогда он просто случайно включил первую передачу вместо второй, задние колёса заблокировались и его развернуло. Порой столь нелепые ошибки случаются, но вы понимаете, что разочаровали команду, сотни сотрудников McLaren.

Вопрос: Задам провокационный вопрос – если гонщик на домашней трассе своих главных соперников в Монце льёт слёзы, не говорит ли это о том, что он недостаточно стойкий для Формулы 1?
Марк Зурер: К тому моменту Мика уже доказал свою уникальность, а проявление эмоций говорит лишь о том, что он многое принимал близко к сердцу. Это особенность характера. Формуле 1 нужны яркие личности, Хаккинен был таким, каким был.

Вопрос: В 2000-м он уступил титул Михаэлю, а в 2001-м достаточно рано заявил, что ему нужен годичный отпуск. Вы уже тогда поняли, что он не вернётся?
Марк Зурер: Нет, поскольку он по-прежнему был быстр. Он говорил об отпуске не потому, что потерял скорость, ему просто была нужна пауза.

Однажды, после второго титула, он зашел на одно мероприятие, в котором я был ведущим. Он рассказал мне, что после титула два месяца не вылезал из самолёта, поскольку должен был постоянно присутствовать на каких-то событиях. От всего этого он действительно очень устал и хотел отдохнуть. Работа со спонсорами, которая всегда была важным аспектом в McLaren, утомляла его гораздо больше, чем гонки.

Мика Хаккинен и Михаэль Шумахер

Вопрос: К сожалению, Михаэль Шумахер и Мика Хаккинен никогда не выступали в одной команде, чтобы можно было сравнить их на одинаковых машинах…
Марк Зурер: Я считаю, что по скорости они были равны. Михаэль отличался умением сплотить вокруг себя команду, его требования всегда выполнялись, а второй пилот играл вспомогательную роль. Хаккинен не такой. Мика просто был очень быстр, и команда сама решила ему помочь. Разница в этом. Хаккинен никогда не был политиком.

Вопрос: Каким он был вдали от телекамер?
Марк Зурер: С одной стороны – очень спокойным, как все финны, с другой – у него было тонкое чувство юмора и лукавая искорка в глазах. Он мог что-то прокомментировать, а спустя некоторое время люди понимали, что это была шутка.

Вопрос: Вы хорошо знакомы с Хаккиненом и Райкконеном. Можете их сравнить?
Марк Зурер: Они оба – очень спокойные, а во всём остальном отличаются.

Вопрос: Два чемпионских титула – это должное отражение его таланта и мастерства?
Марк Зурер: Это заслуженные титулы. В 1998-м он на 100% заработал его сам, а в 1999-м немного повезло. С другой стороны, до этого ему слишком часто не везло, в итоге удачи и неудачи компенсировали друг друга.

Текст: . Источник: Motorsport-Total
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости