Педро де ла Роса: "Возраст - относительное понятие"

Педро де ла Роса

В интервью испанской газете Marca Педро де ла Роса изложил нестандартный взгляд на современную Формулу 1 и свою карьеру в автоспорте...

Вопрос: Когда мы виделись последний раз, вы сказали, что считаете себя кем-то вроде запасного игрока, и это худший вариант.
Педро де ла Роса: Я уже бывший запасной игрок – теперь я больше похож на центрального защитника. Я играю, но мне многое нужно, чтобы забить гол. Моя цель – стать центральным нападающим, но кто этого не хочет? HRT еще не готова атаковать – нам нужно продолжать развиваться. Такова реальность.

На самом деле Формула 1 похожа на испанскую футбольную лигу – здесь два сильных соперника. Существует две крупных команды – Ferrari и McLaren. Поскольку я болельщик «Барселоны», я бы сказал, что «Барселона» – это McLaren, а Ferrari – мадридский «Реал».

Red Bull Racing сейчас на пике формы. Я бы не рискнул предположить, что она продолжит доминировать и через 20 лет, но мне кажется, что в этом году она снова заработает титул и Кубок конструкторов.

Вопрос: Вы очень хотели вернуться за руль. Что вы говорили самому себе, когда у вас не было такой возможности?
Педро де ла Роса: Я спрашивал себя, чем мне бы хотелось заниматься, и понял, что хочу продолжать гоняться. Мне не хотелось вставать по утрам и идти на работу, изначально зная, чем буду заниматься – вновь захотелось почувствовать накал борьбы.

Вопрос: Вам не приходила в голову мысль, что вас недооценивают?
Педро де ла Роса: Приходила, но только в Sauber. Честно говоря, я никогда не сомневался в том, что у меня появится возможность вернуться за руль. Готов признать: не знаю, что именно я делал не так, но у меня никогда не было достаточно эффективной машины. Это единственная проблема, которую я не смог решить.

Я работал с лучшими гонщиками: с Фернандо Алонсо, которого считаю настоящим чемпионом, с Льисом Хэмилтоном, с Дженсоном Баттоном, с Кими Райкконеном. Я никогда им не завидовал, за исключением того, что у меня никогда не было конкурентоспособной машины. И я еще не все сделал в Формуле 1.

Я присоединился к HRT, потому что это уникальный проект, единственный в истории. Если я упущу эту возможность…

Вопрос: Часто говорят, что для вас это последний шанс…
Педро де ла Роса: Хорошо, я не буду продолжать (смеется). В 41 год я по-прежнему хочу бороться на трассе. Однажды моя жена сказала мне: «У тебя такой же взгляд, как в 1999-м году, когда ты дебютировал в Arrows, поэтому я спокойна».

Мое решение часто критиковали, ведь незадолго до этого я подписал долгосрочный контракт с McLaren, который гарантировал обеспеченное будущее.

Вопрос: Как вы сообщили это решение руководителю McLaren Мартину Уитмаршу?
Педро де ла Роса: Пожалуй, это был самый эмоциональный момент. Я думал, что он сочтет меня неудачником, поэтому мне было сложно сообщить ему эту новость, и я старался не говорить об этом напрямик. Однако он остановил меня: «Что ты хочешь этим сказать?» Когда я ему сказал, что хочу перейти в HRT и вернуться в гонки, он долго молчал, а затем ответил: «Должно быть, ты сошел с ума, но мне нравится, что у нас был такой резервный гонщик. Здорово, что он настолько увлечен Формулой 1 – значит, мы не ошиблись с выбором тест-пилота».

Вопрос: Вы оставили крупную команду и отказались от денег, чтобы оказаться в конце стартовой решетки. Вы хотя бы раз усомнились в своем решении?
Педро де ла Роса: У меня были сомнения, пока команда не обрела нынешнюю форму. Мне очень важно, с кем я буду работать. Я не имею в виду механиков, инженеров, или руководителей команды, с которыми придется общаться: часто бывает так, что, подписав контракт, вы вдруг понимаете, что вам не нравится работать с этими людьми. Луис Перес-Сала сыграл огромную роль в моем решении. Это очень серьезный человек.

Вопрос: Он был для вас ориентиром?
Педро де ла Роса: Он был моим кумиром в молодости. Когда он выступал в Формуле 1 на трассе в Эшториле, а я дебютировал в Формуле Ford, я попросил у него автограф. Он написал: «Для Педро, который, надеюсь, перейдет в Формулу 1». Эти слова больше 20 лет украшали мой стол. Это реальная история. Теперь Луис – мой руководитель.

Вопрос: Круг замкнулся?
Педро де ла Роса: Еще нет. Я не забываю о том, что пока я центральный защитник. Круг замкнется, когда я стану центральным нападающим – это может произойти через несколько лет. Да, мне 41 год, и что? Я всегда в шутку говорю, что Хуан-Мануэль Фанхио выиграл первый титул в 45 лет.

Знаю, что сейчас всё изменилось, но у меня пока есть силы, и я отлично себя чувствую. В автоспорте возраст – относительное понятие: в 40 лет можно оставаться быстрым пилотом, поскольку скорость, возможно, теряется в 50 лет.

Вопрос: То же самое можно сказать о зрении?
Педро де ла Роса: Вы правы, я стал немного хуже видеть, но совсем чуть-чуть. Я знаю многих гонщиков, которые за рулем надевают очки или линзы, но не хочу называть их имена.

Вопрос: Видимо, эту проблему нельзя назвать настолько серьезной?
Педро де ла Роса: Это покажется странным, но в Формуле 1 хорошее зрение не так важно. Я многое пробовал, стараясь добиться лучшего результата. Когда вы едете по трассе, всё вибрирует, поэтому вы неважно видите даже с хорошим зрением.

Вопрос: В этом году на стартовой решетке будет два гонщика, котрым больше сорока лет. Этот сезон должен запомниться...
Педро де ла Роса: Мой единственный секрет в том, что я постоянно слежу за собой. Я регулярно занимаюсь спортом, хорошо питаюсь и сплю.

Вопрос: Вы хотите сказать, что никогда не нарушали эти правила? Когда вы последний раз выпили больше одного бокала?
Педро де ла Роса: Совсем недавно, точнее 25 февраля, когда мы праздновали два дня рождения: моей супруги и мой. Моя жена родилась 22 февраля, как Ники Лауда, а я – 24-ого, как Ален Прост.

Конечно, иногда я нарушаю правила, но мои друзья говорят, что я веду скучный образ жизни. Я ложусь спать на закате, люблю рано вставать и завтракать первым.

Вопрос: Вы впервые сядете за руль новой машины HRT на пятничной тренировке перед Гран При Австралии, тогда как Нараин Картикеян уже тестировал F112 несколько дней назад.
Педро де ла Роса: Как только он покинул кокпит, я спросил у него, стала ли машина лучше. Его глаза блеснули, и он сказал: «По сравнению с прошлогодней она стала лучше». Мне это понравилось, ведь первое впечатление очень важно.

Вопрос: Вы попросили болельщиков набраться терпения…
Педро де ла Роса: Эта команда появилась благодаря любви испанцев к Формуле 1. Единственный способ добиться их уважения – действовать планомерно и четко. Естественно, нас будут критиковать за то, что мы не можем пока бороться за победы.

По правде говоря, сейчас HRT – самая медленная команда в паддоке, но мы не хотим быть худшими и должны добиться прогресса уже в среднесрочной перспективе.

Вопрос: Должно быть, вы принадлежите к числу тех пилотов, которые очень активно работают с инженерами…
Педро де ла Роса: Вы правы. Я допускаю, что могу быть очень требовательным в общении с инженерами и механиками. Когда я проходил подгонку сиденья, один из механиков сказал мне: «Меня предупредили, что вы очень придирчивый человек» (смеется).

Вопрос: Вы один из тех пилотов, которые хорошо разбираются в технике. Вы многое узнали по работе в McLaren и Pirelli…
Педро де ла Роса: Полагаю, существует два типа гонщиков. Есть такие, которым неважно, как устроена машина, но они могут добиться максимального результата, даже пилотируя на трех колесах. Мне нравится этот тип, но я другой. Чтобы полностью выложиться на трассе, мне надо всё знать о машине и понимать, как функционирует каждая деталь – это придает мне уверенности.

Вопрос: Вы счастливы, у вашей супруги спокойный характер. Но известно, что вашей маме приходилось пить лекарства, когда она смотрела гонки с вашим участием…
Педро де ла Роса: Думаю, она ими больше не пользуется. Она отказалась от транквилизаторов и старается получать удовольствие от автоспорта. Спустя много лет она поняла, что гонки – это моя страсть и моя работа.

Несколько лет назад мы организовали презентацию команды в Барселоне. Ничего не сказав мне, она приехала в Барселону. Я был возле машины и вдруг заметил, что мама стоит рядом. Это было неожиданно, ведь родители посетили всего три гонки с моим участием.

Вопрос: Ваш отец увлекался автомобилями...
Педро де ла Роса: У моего отца была страсть: он целыми днями занимался с машиной, и мне это передалось. В четыре года я начал возиться с мотоциклом, а затем с картом. Впрочем, я управлял мотоциклом хуже, чем старший брат и чем мои кузены, Альберто и Хавьер. В любом случае, когда я приходил в школу по понедельникам, мои руки всегда пахли бензином.

Вопрос: Что ваши дочери говорят о вашей работе?
Педро де ла Роса: Наблюдая за тем, как я собираю чемодан, они часто спрашивают меня: «Папа, ты выиграешь?». Я не всегда говорю им то, что они хотят услышать, ведь я действительно не смогу выиграть (смеется), но для ребенка есть только два варианта: выиграть или проиграть.

Вопрос: Чем вы занимаетесь, когда вы не за рулем?
Педро де ла Роса: Я увлекаюсь тем, что стараюсь изучить финансовые рынки и понять причины кризиса. Все началось с того, что в самолетах предлагали экономическую прессу. Однажды, читая Wall Street Journal, я подумал: посмотрим, насколько хорошо я знаю английский язык. Хотя я хорошо говорю по-английски, я ничего не понял из того, что там написано. Это подтолкнуло меня пополнить экономические знания, чтобы разбираться не только в машинах, дугах безопасности и амортизаторах...

Текст: . Источник: Marca
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости