Это вымышленная история, пересечений с реальными событиями искать не стоит. Продолжение «Маленького урагана» Никиты Савельева для читателей F1News.ru...
Глава 19. Скользкое зрелище
Французский журнал для женщин. Статья «Неслабый пол».
На Олимпиаде 1952 года женщины поплыли на каноэ и оседлали коней. Спустя двенадцать лет в Токио мы впервые приняли участие в игровом виде спорта: в программу игр вошёл женский волейбол. Через пару лет в Монреале олимпийский комитет планирует включить соревнования по женскому баскетболу и гандболу. Три года назад получил официальный статус женский футбол. Подобных примеров множество. Мы с каждым годом отвоёвываем себе место в большом спорте.
Автогонки не стали исключением. Уроженка Парижа Валери Демар – полноправная участница чемпионата мира. К сожалению, пока ей чрезвычайно тяжело выступать на одном уровне с лучшими гонщиками планеты: несколько гонок подряд она даже не могла пройти квалификацию. И неудачные выступления девушки дали отъявленным шовинистам повод утверждать: недаром нас прозвали слабым полом.
Недалёкие личности, которые похохатывают над Валери, забывают: ей приходится бороться с кучей подготовленных мужчин, и она всё равно умудряется опережать некоторых из них.
В квалификации перед английским этапом Валери заняла двадцать третье место из тридцати участников. Конечно, кто-то скажет: это бесконечно далеко от первых позиций. Но ведь она только учится, да и опыта у неё маловато – при всём уважении к её выбору, Валери поторопилась с дебютом в высшем свете автоспорта – могла бы ещё подучиться на предыдущих ступенях гоночной лестницы.
Так что пока другие, более успешные девушки, не придут в автогонки, на отнюдь не хрупких плечах Валери лежит донельзя ответственная миссия – достойно представить лучшую половину человечества в таком сложном и высокотехнологичном виде спорта. Скрестим пальцы и пожелаем ей удачи.
Как обычно, на стартовой прямой за десять минут до начала состязания не протолкнуться. При этом пилоты и персонал команд составляли отнюдь не основную часть публики. Хватало официальных лиц, разных знаменитостей, гостей команд, журналистов, операторов, полицейских и артистов. Вдобавок у каждой машины стояла девушка с табличкой с именем пилота и его номером. Валери недовольно покосилась на свою, где, разумеется, блестело злосчастное «восемьдесят восемь». За последние гонки красивое число превратилось для неё в издевательство.
Девушка пыталась сдерживаться, но всё равно поминутно прикусывала губы. И вскоре сожрала всю помаду, которую так тщательно наносила перед выходом.
– Волнуешься? – спросил Энрике.
– Как сам считаешь, – огрызнулась Валери.
– Мне уйти? Оставить тебя с механиком?
– Мне проще с близким человеком.
– Могу тебя как-то отвлечь?
– Не выдумывай! Будь рядом и всё.
– Просто спросил, надо же тебя приободрить. Даже не знаю, чего тебе пожелать на старте. Быть осторожной? Так ты ж гонщик, а не водитель такси. Быстрой? Как я понимаю, это тоже не залог успеха.
– Не знаю. Осмотрительной, – раздраженно отозвалась Валери. – Чтоб никуда не влепиться. А лучше – ничего желать не надо, сама разберусь.
– Верю в тебя. Видишь, новая машина – и ты сразу же на старте.
– Слабое утешение, Морис впереди на одиннадцать позиций.
– То ли ещё будет.
– Ой, помолчи.
Рядом с Валери размещалась машина её соседа по боксам – Альберта, пилота Шеффилд. Вопреки обыкновению, сегодня он был трезв и даже чисто выбрит. Молодой человек широко улыбнулся Валери и продолжил весёлый разговор с девушкой с его стартовой табличкой. Всем бы такую выдержку и оптимизм. Для Валери английский этап – по сути, первая настоящая гонка. Она обязана не ударить в грязь лицом. Оправданий в виде кривого шасси больше нет, и теперь её репутация в её руках.
Настроение упало ещё: по стартовой прямой бок о бок прогуливались господа Витран и Ксавье. Те же мятые пиджаки и консервативные галстуки, что и пару дней назад – видимо, небогатый у них гардероб. Пустили же их прямо в сердце автодрома. При виде Валери Витран ожидаемо сдвинул брови, а Ксавье едва заметно кивнул.
– Ты специально ради меня приехал на гонку? – поинтересовалась Валери у Энрике.
– Сомневаешься? Я остался в Париже, к выходным сделал все дела, а там только перемахнуть через Ла-Манш. И ещё протрястись сотню километров от Лондона до вашего захолустья, но это совсем пустяки.
– Ты надолго задержался во Франции, даже удивительно.
– Местное представительство моей компании разрастается – им требуется помощь.
– А где оно находится?
– В Гавре, самое подходящее место, крупный транспортный узел. Ты заинтересовалась моей работой перед стартом? Или тебя это так отвлекает? Тогда готов рассказать про коносаменты, таможенные пошлины или бербоут-чартер.
И что прикажете у него спросить? Что ты забыл в Париже, если офис твоей конторы в Гавре? Чем таким ты занялся, что в тебя, словно бультерьеры вцепилась парочка полицейских?!
– Я на старт. Бернар заждался, – фыркнула Валери и, не прощаясь, пошла к своей машине.
Рассказ британского фотокорреспондента о гонке в Англии.
– Обычно папарацци торчат в первом повороте – ну как же: главные трибуны, стартовая прямая, атмосфера и прочая чепуха, но мне больше по душе четвертый. Перед ним парни успевают разогнаться по полной, а там слегка сбрасывают газ, понижаясь лишь на одну передачу. Видно без прикрас, кто чего стоит: кто совсем без башки – летят по полной и рискуют выскочить на обочину, осторожные – слишком оттормаживаются, а самые лучшие – не теряют ни доли секунды.
Ясное дело, успевай схватить годный кадр – а то получишь смазанную полосу. Тебе и карты в руки. И маршалы здесь душевнее – пока шефы не видят, дают нашему брату подобраться к самой кромке. Раньше, бывало, я торчал в последнем вираже. Но нынче там сущая похабщина. Уходит дух старого доброго Джевелрока.
Кому-то из молодых фотографов даже нравится: машины медленнее, кадр лучше. Только в кадре ли дело? Разве так наслаждаются гонкой? Да что с них, сопляков, взять?!
Фото после старта! Толпа народу. Двадцать пять машин – с ума сойти. А в квалификации вообще тридцать четыре, самых медленных выкинули – оно и верно, куда столько, это ж барьеры ходячие. Гросси остался первым, Линдегард вторым, а Корасо на третье пробился. Самые быстрые парни во всем пелотоне.
Первые круги. Гляди, Гросси отрывается. Он никогда резину не бережёт. А вот Линдегард и Корасо в одном кадре – сам не знаю, как вышло их так чётко словить. Обрати внимание, Ларс позже тормозит и ловит зад машины, а Рамон чётко по траектории идёт. Но всё равно оба мастера. Не видно?! Ну, со временем придёт.
Тут Ларс уже на заднем крыле у Гросси. С трудом итальянец, но держится. Не прогадал с переходом – вовремя из Монетти смылся. И как Лобберт за год такую машину сляпали? В хвосте же плелись! Вот что значит свежий патрон. А то, признаться, нашим лордам и сэрам часто резвости не хватает. Они, само собой, люди заслуженные. Но и время ж новое, недаром шепчутся. Ловчилы тоже нужны.
Вот итальянец уже без Ларса. Обидно! Шестнадцатый круг только. И машина дух испустила. Жаль, не в моём повороте. Только он в лидеры чемпионата вышел – и кранты. Корасо явно какие-то очки наберёт. Я так и знал – нечего Крокус надеяться на новомодное чудо. Полуавтоматическое сцепление – выдумают же.
Чарли Родвелл, само собой, талантище. Но в этот раз он перемудрил. Как бы опять титул к уругвайцу не уплыл. Благо, машина у Рамона тоже наша. Хотя их основатель – Майкл Стентон – и австралиец, но команда за столько-то лет всё равно своя, английская. Я Майкла хорошо помню, ух, отчаянная голова и конструктор отличный. Нарочно не придумаешь – чтоб тебя своей же ласточкой и задавило. Судьба!
Это Морис Обер на Трельяр. Какой красавец получился. Автомобиль, а не Морис. Чистый слон. Да, я про воздухозаборник. Выпендрились французишки – лучше б на Стентон равнялись. Но конструкция забавная. Морис далековато ехал. На старте сезона он очков шесть умудрился набрать, пока все с машинами разбирались, а потом только одно. Думал, пришли наполеоны доморощенные – и сразу в дамки. Не выйдет. Мы свою поляну годами зачищали.
Я хотел напарницу его щёлкнуть, дамочку эту, для интереса. Она осторожненько так катила, чисто, баба. Хотя, вру, даже обогнала кого-то, из хвоста. Чего мучается, нашла б себе мужа да детишек нарожала. Равноправие, будь оно неладно. Есть же чисто мужские дела – нечего туда соваться. А врачами там или учителями – это пожалуйста. Попробовала б моя благоверная ляпнуть, что наравне со мной пойдет снимать. А дом на ком останется? А даже б если пошла – чтоб нащёлкала-то?! Одни смазливые мордашки, поди. Тут характер нужен и выдержка. Попробуй часами проваляйся на земле, да не как на пляже, а в постоянном напряжении.
Середина гонки. Видишь, рука чутка дрогнула. Устали все. Они тоже. Гросси на обочину так и норовит выскочить. А Корасо не гонит – он терпеливый. Понимает, лучше синица в руках – верные шесть очков. Линдегард давно сошёл. А Гросси в чемпионате ему так себе соперник, у итальянца гонка на гонку не приходится.
Это Дженкинс – в одиночестве катит третьим. Я, понятно, всем сердцем за него – Даррен же наш, коренной ливерпулец, но признаю, пока до Линдегарда он не дотягивает. Мог бы и откусить пару очков у Корасо. Ладно, хоть от Перье обезопасился. Этот тоже редко когда конкурирует с напарником. Болтают, у французов подрос прыткий молодняк, да ещё власти им в поддержке не отказывают. Наши умники в парламенте могли бы взять на заметку.
Гляди, Макгри на кадре уже нет. Он расколотил машину на другом конце трассы. Парни рассказывали – колеса так и полетели. Но никого не зацепило. Не повезло – и чего ему у меня не вылететь. Сам Том не пострадал – хотя, говорят, корпус знатно раскурочило. Но австралиец, битый волчара, привычный ко всему.
По правде, гонка не ахти вышла. А что хотели? Раньше парни гнали в среднем больше двухсот десяти километров в час, а сейчас бы сто девяносто выжать. Маршалы давно на траве перекур устроили, зрители частью разбрелись, некоторые мои так называемые собратья по ремеслу уже технику упаковали. Но я знаю – надо выждать.
И за пять кругов до конца пошел дождик – даже удивительно, что при такой погоде он не зарядил раньше. Я хоть и промок, но зацепил качественные кадры. Смотри, как Гросси стал активнее рулем работать, и Корасо, даром что профессионал, чуть задний мост не потерял. Уметь сладить с автомобилем на мокром асфальте – не шутки. Скажи, когда меня чутьё подводило?!
Репортеры оживились, хорошо в теплых кабинках бездельникам. Я терплю – жду чего поинтереснее. Но загвоздка в том, что и команды решили потерпеть. Финиш близко, дождь несильный. Только несколько парней из задних рядов пошли ва-банк – обули «мокрые» шины, но отыграть толком ничего не успели.
Да немец из Монетти с крысиной мордочкой рванул в боксы – думал, его мигом обслужат, и он на дождевой резине полетит. Ага, жди! Хохма – колесо закатилось куда-то, пока искали, пока прикрутили, две минуты проторчал. И то место, что у него было, профукал.
А ещё, бабёнку эту – Валери, с трассы смыло. Оно понятно, откуда у неё навыки по дождю-то?! Жаль, опять не в моём повороте. А первая четверка так и дотянула до финиша. Но как они скользили!
Признаться, не самая веселая гонка в Джевелроке. Кто просил чинуш лезть? Пятнадцать лет назад, когда я фотокамеру первый раз в руки взял, Джевелрок по тем меркам чуть ли не самым безопасным автодромом считался. А теперь?!
Следующая гонка в Австрии. Говорят, трасса скоростная, нашей, понятное дело, не чета. Любопытно глянуть. Но уже на подъём тяжёл стал. Но битва, чую, будет нешуточная. То Ларс в общем зачете чутка полидирует, то Рамон. Такие догонялки. Но чемпионом станет только один.
== Продолжение...
