Это вымышленная история, пересечений с реальными событиями искать не стоит. Продолжение «Маленького урагана» Никиты Савельева для читателей F1News.ru...
Глава 18. Чувство меры. Часть вторая
Валери давным-давно привыкла к толпам людей вокруг, но, когда она увидела, сколько народу набилось в полотняный шатер, даже ей стало не по себе. Кого тут только не было: и чиновники комитета автоспорта всех мастей, и кучка представителей британской гоночной федерации, и дирекция местного автодрома, и наиболее авторитетные руководители команд, конструкторы и главные инженеры, а ещё избранные журналисты и вовсе непонятный народ. Было жутко тесно, зверски душно и невообразимо шумно.
Благо, Валери нашлось даже отдельное место: её усадили за столик по левую руку от Джефри Спенсера – председателя профсоюза пилотов, а по правую руку расположился австрийский новичок из Монетти. Ещё при первом знакомстве с ним Валери отметила: он на редкость занудный тип – ну кто в здравом уме добровольно потащится на столь тягомотное мероприятие.
– Ребятам опять лень, а ты не смогла отказаться? – со смешком спросил Джефри.
– Вроде того, – уныло протянула Валери.
– Всем хочется жить получше, но без усилий. Я их где-то даже понимаю.
– Но Вы же не такой. Вы начали говорить о безопасности, когда были моложе и Рамона, и Ларса. Я читала.
– Я быстро уяснил, если не начну что-то менять, то старше и не стану.
Заседание открыл сам директор комитета автоспорта, прекрасно поставленным голосом с безупречным выговором выпускника старинного британского учебного заведения он поприветствовал собравшихся и приступил к представлению участников. Когда дошла очередь до пилотов, он сказал:
– Мистера Джефри Спенсера все прекрасно знают, а его регалии общеизвестны. Также сегодня принимают участие представители сообщества действующих гонщиков…
Вероятно, он попросту понятия не имел, как зовут Валери. Десятки пар любопытствующих глаз мгновенно облизали девушку взглядами. А она в ответ предательски запунцовела. Вдобавок, ей показалось, что она забыла застегнуть пуговицу на блузке. А как кинуть взгляд вниз, когда на неё смотрит прорва народу? Хорошо, догадалась одеться на встречу с полицией максимально скромно и не успела переодеться.
Когда вступительные процедуры закончились, директор приступил к обсуждению первого вопроса: время начала сессий гоночного уик-энда. Прогнозы обещали сильные дожди и утренние туманы. Впрочем, чего ждать от Англии – когда у них была человеческая погода. Комитет автоспорта требовал четкого соблюдения расписания, дирекция автодрома настаивала на гибком графике, с учетом погоды, чтобы успеть продать как можно больше билетов и не лишиться зрителей на трибунах.
Руководители команд разделились: лидеры, Стентон и Крокус, не хотели гоняться в дождь, а середина пелотона – Монетти и Фантом не возражали против мокрой гонки. К удивлению Валери, её сосед справа поднял руку и сказал, если есть возможность сдвинуть старт, лучше бы это сделать. Кажется, удивилась не только она, но и менеджер Монетти. После во многом случайной победы в княжестве, в Швеции итальянцы на первые места не претендовали, а дождь бы выровнял шансы.
Несмотря на то, что надо было обсудить всего лишь время нескольких сессий, дискуссия затянулась, каждый хотел высказаться, но никакого однозначного решения всё равно не приняли. Своё мнение озвучил и Ричард – партнер Энрике по бизнесу и по совместительству директор Лобберт. Валери поначалу его даже не заметила – он разместился не как все руководители конюшен за столом в центре зала, а на стульчике у самой полотняной стены.
– Кому приспичило в эту глушь – приедут заранее. Нечего их мариновать. Начинайте вовремя. Свалят – кэш уже в кассе.
К этому моменту Валери начала чувствовать себя увереннее. Улучила секунду и бросила непринужденно взгляд – убедилась, что блузка застегнута на все пуговицы. И даже сидела уже не на краешке стула, а вольготно откинулась на спинку.
Вторым вопросом обсуждали конкретные размеры призовых за результаты. Тут уже слово взяли команды, дирекции в принципе было всё равно, они выделили определенную сумму, а дальше им безразлично: получит ли обладатель третьего места на тысячу фунтов больше, либо её отдадут пилоту, который поставил быстрый круг в гонке. Джефри Спенсер вполголоса комментировал:
– Как изменились времена, двадцать тысяч долларов за победу, и ведь ребятам мало. А ещё недавно весь призовой фонд был, в лучшем случае, десять тысяч на всех. Как мы радовались, если за победу тебе доставалось две, а лучше три тысячи. Потом гурьбой шли в ресторан и гуляли на чей-нибудь выигрыш. Но всё правильно. Гонки – тоже работа, при этом страшно рискованная, и она должна оплачиваться по заслугам. К тому же век пилота короток, нужно успеть заработать на будущее своей семьи.
Когда с делёжкой призовых завершили, директор пригляделся к листкам перед ними:
– Следующий пункт: распределение выплат за участие между командами.
– Трата времени, – раздался трескучий голос из угла, это снова Ричард. – Обсудим отдельно.
Дирекция автодрома и руководители конюшен синхронно закивали головами. Поразительное единодушие: ведь чуть в глотку не вцепились из-за того, переносить время старта на полчаса или нет.
– Что ж, джентльмены, если никто не возражает, двигаемся дальше, – с видимым облегчением произнес директор. Он и во время обсуждения размеров призовых сидел с брезгливым видом, словно его случайно занесло в портовую пивнушку. Похоже, британским снобам не к лицу обсуждать презренный металл.
– Следующее предложение: необходимость внедрения новой конструкции дуги безопасности. И я бы хотел предоставить слово…
– Секунду, – голос Ричарда разорвал тишину. Валери сообразила: он так разместился, чтобы видеть весь зал. – А телевидение?
– Простите? – поднял брови директор с видом герцога, к которому обратился гвардеец Букингемского дворца с просьбой прикурить.
– Права на телетрансляцию. Обещали передать нам. Помните? – немигающе уставился на директора Ричард.
Глава всего мирового автоспорта выдержал паузу и небрежно дернул плечом:
– Обсудите детали с мистером Макроем. Я продолжаю. Впредь, прошу меня не перебивать. Итак, дуга безопасности. В настоящее время гоночные автомобили оснащены дугой в районе головы пилота, призванной смягчить последствия удара…
– Далось ему эту телевидение, – прошептал Джефри. – Неужели думает опять что-то положить себе в карман? Кто станет смотреть гонки по телевизору?
– Если будет нормальный прямой эфир, а не какие-то куски в записи, почему бы не найтись желающим, – задумалась Валери.
– Это ж ещё надо организовать. Неуёмный человек – лучше бы команду развивал.
Пресловутый Ричард громко отодвинул стул и быстрыми шагами с удивительной скоростью покинул шатер под неодобрительными взглядами чиновников.
– Признаю, от него много выгоды, но скорей бы ребята в ассоциации конструкторов сами разобрались в финансовой шелухе, в нашем деле нужны те, у кого в крови гонки, а не дельцы, – покачал головой Джефри.
Новый вопрос заинтересовал Валери куда больше предыдущих, суть его сводилась к тому, чтобы добавить вторую дугу безопасности в автомобиль, цель – минимизировать последствия для пилота в случае переворота машины.
Только подумать, лет двадцать назад ни о какой дуге никто не помышлял. Бррр. Бесстрашные люди. Валери задумалась – смогла бы она так, с прямой посадкой в машине, без защиты лица, без привязных ремней и огнеупорного комбинезона. Пересилила бы любовь к скорости безграничный риск? Конечно, было бы жутковато, зато кто бы из мужиков тогда вздумал над ней потешаться?
Между тем, конструкторы развернули жаркую полемику на тему, не испортит ли дополнительная дуга аэродинамическую эффективность машины. Разумеется, Джефри Спенсер горячо поддержал нужную инициативу, а австриец из Монетти высказал ряд полезных замечаний: обосновал, почему вторую дугу рационально разместить в районе приборной доски и даже предложил любопытный способ проверки правильности установки обеих дуг – просто-напросто прикладывать между ними линейку и смотреть, не задевает ли она шлем пилота. В итоге директора команд остались недовольны тем, что нужно резко менять конструкцию машин, и новинку решили ввести ещё через сезон, а заодно подробно обдумать концепцию.
Валери в задумчивости подпёрла щёку рукой – спохватилась, что открыла свои несчастные уши, села прямо и распушила волосы.
– Финальный вопрос, – отчеканил директор. – Модернизация автодромов. Предложения ассоциации пилотов – стандартизация гравийных ловушек, сооружение специально оборудованных маршальских постов и обучение персонала, организация подъездных путей к наиболее опасным поворотам, создание специализированных медицинских бригад, в том числе, постоянное дежурство реанимационного автомобиля.
– А пилоты вообще в курсе, сколько это стоит? – возмутился кто-то из администрации автодрома. – С каждым годом мы платим вам всё больше. А вместо благодарности нас вынуждают разоряться на изменениях.
– Мы же поменяли из-за вас трассу, – в тон ему ответил другой лощёный джентльмен. – Если так хотите – разобьем поворотом ещё одну прямую. Хотя это влетит в круглую сумму.
Послышались и другие недовольные голоса:
– Долгое время нас убеждали – дело в металлических барьерах, но этого неожиданно мало?
– Изуродуем трассу! Кто захочет смотреть на процессию машин?!
– Не нравится – не выступайте. Найдутся менее впечатлительные особы!
– Существует хотя бы примерная смета на эти работы? – директор автодрома был чуточку более дипломатичен. – В самом деле, мы пошли вам навстречу – понесли существенные затраты. Мы уважаем решения пилотов, но желаем видеть подобное отношение в ответ.
– Речь о безопасности наших гонщиков! – голос раздался со стороны директоров команд.
– Ваши гонщики и так получают достаточную плату за риск, – отрезал директор автодрома. – Забыли, какие суммы недавно озвучили?
– Если им так нужна безопасность – сократим призовой фонд, – ядовито закончил лощёный представитель администрации.
– Господа, будем менее категоричными, – воскликнул глава мирового автоспорта. – Согласитесь, изложенное здесь, вне всяких сомнений, полезные и рациональные предложения. Хочется надеяться, присутствующие хотят избежать трагедий, тем более, среди зрителей, которые ни в чём не провинились. Очевидно, невозможно все поменять разом, но почему бы не разработать поэтапный план внедрения перечисленных новшеств. Предположительно, лет на пять.
– Так и быть, глянем предметнее, – директор автодрома с неохотой воззрился на бумаги. – Самое простое – медицинская бригада. Вопросов нет, пусть дежурит машина, я договорюсь с мэром Нортгемптона, пришлют кого-нибудь.
– Нужны не обычные врачи, а специалисты, – громко сказал Джефри Спенсер. – Люди, которые разбираются в травмах и смогут оказать первую помощь пострадавшим. А ещё реанимационная бригада со специальным оборудованием.
– Если врач работает в неотложной помощи, должен иметь соответствующие навыки, – огрызнулся директор. – А что до реанимобиля – это редкость. Часто вы их видите? Обращайтесь к министру – я ими не распоряжаюсь. Что дальше? Обучение персонала? Все служащие трассы получают инструктаж перед выходом, и большинство работает не первый год. Не так ли, Джеймс?
В ответ один из его подчиненных важно кивнул.
– Последняя смертельная авария в Аргентине случилась как раз потому, что парень-пожарный понятия не имел, что ему делать, – возразил Джефри.
– Это частный случай, мы не можем залезть в голову каждому пожарному или маршалу. Если Вам так угодно, разработайте сами что-то вроде памятки для служащих, и мы её распространим. Кому как не гонщикам знать, как действовать в нестандартных ситуациях. Что ещё? Организация подъездных путей к поворотам? Это зачем?
– Чтобы помощь быстрее добралась до места аварии, от паддока до любой точки автодрома в течение нескольких минут. Зачастую, счет именно на них.
– Сеть дорожек по всему автодрому? Асфальтированных, – задумался директор. – А во сколько это выльется?
Он глянул на лощеного джентльмена и тот уверено покачал головой.
– Боюсь, только за счет сокращения выплат пилотам. Для нас гонка с каждым годом и так становится все более затратным мероприятием, – настаивал директор.
– В самом деле, Джефри, должно же быть чувство меры, – осторожно произнес глава автоспортивного комитета. – Необходимо учитывать интересы всех заинтересованных сторон. Автодром Джевелрока – старейшее гоночное сооружение, которое долгие годы с успехом принимает этапы чемпионата мира. Коллеги и так пошли на нарушение незыблемых традиций, когда согласились по Вашим неоднократным требованиям внести изменения в трассу.
– Чувство меры, говорите?! – Джефри, поднялся с места, глаза его горели. – Хотите знать, сколько я ходил на похороны своих товарищей? Однажды я посчитал. Двадцать четыре. Двадцать четыре раза. Все мои друзья, с кем я начинал десять лет назад, разбились. Смерть не пощадила никого. Ни чемпиона мира, ни парня, что провел единственную гонку. Выходя из машины после финиша, я спрашивал – не погиб ли кто-нибудь. Я раз за разом прилагал колоссальные усилия, чтобы предотвратить трагедию, пытался пробиться через равнодушие чиновников, в том числе, присутствующих здесь. Да, проделана огромная работа, но люди продолжают гибнуть на трассе, значит – мы делаем недостаточно. Дайте нам возможность спасти ребят, что завтра наденут шлемы и выйдут на трассу. Неужели, мы просим слишком много?!
Со стороны представителей команд раздались хлопки, а у Валери вовсе чуть не заслезились глаза. Она живо представила, что пережил этот маленький худощавый человек, который выглядел намного старше своих тридцати пяти лет. Совсем юным он застал огромные переднемоторные автомобили в форме торпед, когда пришел в высший класс автогонок, сменился регламент, в ходу были юркие сигары – низенькие машинки с объемом двигателя всего полтора литра. Через несколько лет мощность вернулась. К концу шестидесятых машины начали обрастать скромными крыльями, а в начале этого десятилетия полностью изменили очертания – получили мощные спойлеры и воздухозаборники. И на протяжении всех этих лет трагедии составляли неотъемлемую часть гонок. Каково раз за разом хоронить друзей и наталкиваться на безразличие?
На вторую половину присутствующих речь Джефри произвела меньше впечатления.
– Мы высоко ценим Ваши заслуги, мистер Спенсер, но, убедительно прошу, не столь эмоционально, мы все деловые люди, – проговорил директор комитета.
– Разрешите, – с места поднялся один из журналистов. – Джефри, Вы не забыли: каждый пилот получает гигантские для обычного человека деньги? Гонщики в курсе, на что идут. Они же залезают в кокпит добровольно, не так ли?
Парень не робкого десятка, хоть и сволочь порядочная – отметила про себя Валери.
– Упрекаете меня в трусости? – хмыкнул Спенсер. – Не отвечайте. Не вы первый. Когда в шестьдесят девятом на тренировке разбился мой друг Карло, моя жена побежала к его супруге, а директор команды скомандовал мне, выезжать на трассу. Я был в слезах, когда надевал шлем, но показал лучший круг. Никому кроме гонщика не понять, что мы чувствуем на скорости в двести пятьдесят километров час. Упрекать нас можем только мы сами. Риск должен быть разумным. В меру, как выразился многоуважаемый директор. А гонщикам нужно защищать себя, если никто кроме них сделать этого не в состоянии. Что до денег, мы получаем их не за риск, а за наш талант. Каждый в соответствии с заслугами. Времена гладиаторов закончились.
После речей Джефри заседание постепенно покатилось к завершению, определяющих решений так и не приняли, остановились на том, что необходимо создать отдельную группу для детальной проработки изменений в регламенте. В финале зазвучали вопросы от журналистов, но все уже устали и отвечали вяло.
Какая неожиданность, разумеется, нашелся молодчик, который не преминул прицепиться к Валери:
– Раз здесь мисс Демар, не могу не поинтересоваться – почему бы не создать отдельные гоночные соревнования для женщин? Очевидно же, конкурировать с мужчинами им сложно.
– Вопрос любопытный, хотя он не был особо актуален до недавнего времени, ведь представители прекрасного пола в гонках весьма малочисленны, – протянул глава автоспорта. – Но если их будет становиться больше – то и ваше предложение мы могли бы рассмотреть самым пристальным образом.
– А что думает сама мисс Демар? – корреспондент не успокаивался.
– Пока отдельной категории для таких, как я, нет, постараюсь не затеряться тут, – Валери выдала, как ей показалось, хлесткий ответ.
– Думаете, мужчины пропустят Вас в воскресенье на старте?
– Я бы не отказалась.
– Разве что британские джентльмены, – с улыбкой сказал репортер. – За остальных не ручаюсь.
В ответ раздались смешки.
– Господа, мы не на интервью, задавайте вопросы мисс Демар в ином месте, – сурово окрикнул директор комитета.
Когда всё закончилось, Валери спросила у Джефри:
– Вы тоже считаете, что мне было бы лучше в отдельной лиге?
Чемпион мира после заседания явно был не в лучшем настроении и бросил:
– Во всех видах спорта есть разделение на мужские и женские.
– Не везде. В конном спорте тоже нет.
– Твоя правда! Я и не задумывался.
– Наверное, потому, что там многое зависит от коня, а у нас от машины.
– Твой конь, кстати, вполне неплох. Старайся. Отдельной лиги ты на своем веку не дождешься.
Что ж, напутствие от легендарной персоны дорогого стоит. Пусть и такое.
== Продолжение...
