Это вымышленная история, пересечений с реальными событиями искать не стоит. Продолжение «Маленького урагана» Никиты Савельева для читателей F1News.ru...
Глава 2. Необычный променад. Часть первая
– Мужика тебе нормального надо! Так-таки не познакомилась ни с кем любопытным?
– Нет.
– Как всегда, скромняшку из себя строила? На кой папа вывалил за твое место сумасшедшие деньжищи?
– Отстань Жюли, – вздохнула Валери.
Деликатность никогда не числилась среди достоинств подруги по лицею. Вот и сегодня под вечер она без звонка притащилась в квартиру семьи Демар. Валери попыталась вежливо ее выпроводить, оправдываясь, что ей скоро выходить и она в процессе сборов, но Жюли это не смутило. Теперь она преспокойно попивала кофе с выпечкой на просторной кухне, наблюдая, как прихорашивается Валери.
– Опять врешь! В «молодежке» ты отнекивалась, дескать, нет интересных кавалеров, все зыркают друг на друга волками. Глотки грызут за пару мест в высшем свете. Пускай! Хотя, чую, не договаривала. А здесь что? На самые верхи вскарабкалась. Видела я гонщиков по телевизору – попадаются красавчики, пускай страшненьких тоже порядком. А еще бродят солидные дядьки с тугими кошельками! Эх, мне бы годика три скинуть и на твое место!
Сама Жюли давно уже выбрала спутника жизни. Бурный роман в юные годы с начинающим актером вскоре перерос в замужество. Тогда ее супруг играл роли третьего плана в театре да снимался во второразрядной рекламе, но Жюли упрямо прочила ему серьезное будущее и нюх подругу не подвел. Ее благоверный удачно засветился в небольшой роли в картине с мэтрами кинематографа, затем получил роль покрупнее, и пошло-поехало. Безусловно, звездой первой величины он не стал, но молодая жена и юный отпрыск жили в достатке.
– Думаешь, у меня было время хвостом вертеть? – возмутилась Валери. – Все мысли только – как бы не опозориться, показать, что я не полная неумеха с отцовским мешком денег за спиной. Само собой, я опозорилась! Испортила гонку лидеру чемпионата в первом же повороте!
– Тоже мне?! Похлопала бы ресницами беспомощно.
– Жюли, я не автомобиль на парковке у бутика оцарапала!
– Мужики все одинаковые. А остальные? Не все ж там ушибленные гонками. Сама рассказывала, да и в газетках пишут – хватает любителей покуражиться и отдохнуть на славу. Пусть ты вся из себя сосредоточенная, а к тебе что никто не подошел? У них каждый день за рулем новая бабенка?
– Я вовсе не первая. За пару лет до меня была девушка, правда, она ничего не добилась, всего пару этапов провела и то не прошла квалификацию, – Валери с рвением, расчесывала пышные волосы. – И в пятидесятых одна аристократка выступала. И тут мне похвастаться нечем.
– Еще третью республику вспомни, – отмахнулась Жюли. – У мужиков – память короткая. Тем более ты ж красотка у нас. Волосищи как с картинки, уши прикрыты. Не уходи от ответа! Не могла ты ни с кем словечком не перекинуться. Выкладывай! А я еще, пожалуй, бламанже себе позволю. Готовит твоя маман – пальчики оближешь.
– Ты знаешь, в паддоке у всех хватает своих проблем, серьезным людям не до меня. А так ходили какие-то: кто посмелее – поглазели издалека, как на зверушку, а кто половчее – пытались острить, а то и флиртовать. Даже пара гонщиков.
– И? – торжествующе подняла ложку Жюли.
– Какой в пекло флирт, у меня на трассе все шло из рук вон плохо – я была медленнее даже предпоследнего пилота.
Жюли издала короткий стон и заключила:
– Прости, подруга, но ты опростоволосилась! Ни результата, ни нового кавалера. Хватит старых мусолить.
– Тут ты, Жюли, не права, – разумеется, мадам Демар чутко прислушивалась к беседе и сочла за лучшее вынырнуть из соседней комнаты. – Франсуа – очень хороший мальчик, и семья приличная, мы столько лет знаем друг друга. Да и месье Лабе – импозантный и начитанный господин.
– Франсуа – папенькин сынок и бездельник, вдобавок кретин, – безжалостно отрезала Жюли. – А Лабе – скучный как инструкция для телевизора. Чего вы вообще его привечаете?
– Напрасно ты так, – недовольно сказала мама. – Мне он симпатичен и ухаживает галантно. А у Франсуа ветра в голове много, но это обязательно пройдет. Но я приму любое твое решение, дочь. Имей ввиду.
– Своего месье Лабе гоните в шею из нашего дома, – раздраженно бросила Валери. – А с Франсуа я без вас разберусь.
От досады Валери промахнулась, слишком сильно мазанула помадой, принялась спешно вытирать платком угол рта, но сделала только хуже, пришлось красить заново. От злости она выпалила:
– Тоже мне, спелись, две подруги! Благодарю за поддержку!
– Кусну-ка я бламанже, – уткнулась в тарелку Жюли. – Мадам Демар, он у вас высший класс.
– Бери сколько хочешь, – обрадовано сменила тему маман. – Я еще сделаю, и клафути в духовке скоро дойдет.
– Я только пару ложечек, а то фигура не оценит, – сказала с полным ртом Жюли. – Я ж не Валери, не могу лопать все на свете и не поправляться.
– У меня не жизнь, а одни стрессы, – Валери закончила с губами и переместила внимание на ресницы.
– Они дурно влияют на здоровье, – вздохнула мадам Демар. – Как рожать-то будешь?
– Мама, – Валери укоризненно посмотрела поверх зеркальца.
– А что «мама»? Вы с Жюли ровесницы, а Жаку уже как три года. И второй не за горами, правда?
Жюли как раз приканчивала последние крошки бламанже и дипломатично пожала плечами.
– Знай, я не хотела, чтоб у тебя все так сложилось в Брюсселе, но если это к лучшему? – спросила мадам Демар. – Не гляди на меня укоризненно! С гонками, я надеюсь, покончено. Удариться в другой спорт поздно и ни к чему. Довольно экспериментов. Мало я слез пролила, ночей не спала, переживала, чтоб ты не убилась! Пора плотно заняться замужеством. А куда деваться, дочь? Женское время не бесконечно. Двадцать девять лет на носу – не шутки! Надоел Франсуа – я поищу у подруг холостых сыновей твоего возраста или мужчин постарше среди знакомых. А может, сходишь с Жюли на кинофестиваль или презентацию картины?
– Жюли бы кто сводил, – проворчала подруга. – Мой либо на площадке пропадает сутками, либо на диване валяется – устает, видишь ли. Ладно – на няню пока наскребает, одна я бы рехнулась.
– Почему покончено? – от волнения линия брови вышла кривоватой, но Валери даже не стала поправлять. – Я хочу вернуться!
– Как? И зачем? – грустно произнесла мама. – Я тебе добра желаю, и гонки к нему отношения не имеют.
– Но я не умею больше ничего.
– И не надо! Я ни дня в жизни на работу не ходила – и не жалею. Сколько девушек пробилось в твой злосчастный чемпионат? Ты – третья! За два с лишним десятилетия! Это ж не просто так! Не женское дело – руль вертеть, да еще с риском убиться!
Валери задумалась над убойным контраргументом, как резко позвонили в дверь.
– Явился, – констатировала Жюли, глядя на часы. – Раньше времени. Одно достоинство – и то сомнительное.
– Ой! – Валери вскочила с места. – А мне еще пять минут.
– Не торопись, иди в свою комнату, – успокоила мама. – Я пока кофе его угощу. Только ты поласковее с ним. Мальчик столько раз звонил, как ты вернулась из Бельгии, а ты ему неделю не телефонировала. Жюли, я открою, а ты проверь, как там клафути!
– Прощай фигура! – радостно воскликнула Жюли. – Где наша не пропадала. Уж от пары кусков-то не разнесет!
У Франсуа – давнего приятеля Валери по конноспортивному периоду ее жизни и вправду хватало недостатков, но зато он знал толк в автомобилях. У подъезда их ожидал внушительный красавец голубого цвета известной французской фирмы. Для обычных людей они презентовали в шестьдесят девятом в парижском салоне комфортный седан, а для любителей острых ощущений годом позже спортивную версию.
Валери с удовольствием устроилась на удобном сиденье, покрутила настройки кресла, полюбовалась прогрессивным дизайном салона, погладила модный рычаг переключения передач.
– Хороша? – Франсуа любовно похлопал по блестящей приборной панели. – Знал, ты оценишь. Выгодно обменял свою старушку, на это чудо, не поверишь. Ну и папа с маман немного докинули.
Валери обратила внимание, что взгляд Франсуа слишком уж задержался на ее белоснежном пиджаке с глубоким вырезом, и скомандовала:
– Трогай!
Сто двадцать лошадей под капотом послушно взвыли, и, демонстративно прокрутив покрышки, автомобиль сорвался с места.
– Поужинаем? – спросил Франсуа – Хочешь на Авеню Монтень? Или в Сен-Жермен?
– Есть неохота, к людям тоже.
– Тогда? Поль отчалил в Сент-Мориц, оставил мне ключи от квартиры.
– Ты до сих пор не съехал от родителей?
– На кой?! В наших хоромах я натыкаюсь на них нечасто, зато всегда есть что пожрать.
– Прокатимся, – предложила Валери. – На улицах пусто, погоняем твою обновку.
– Как скажешь, – проворчал ее спутник. – К ночи можно в «Ла Куполь», пускай день будний, но там всегда весело.
– Просто покатаемся, Франсуа.
Автомобиль радостно поглощал колесами асфальт, оставив позади престижный квартал Маре. На шестом десятке месье Демар неожиданно увлекся историей, и объявил: нужно помнить о своих корнях, и возжелал обитать в месте, где все дышит стариной и каждый уголок пропитан дыханием прошлого, и представлять, что несколько столетий назад Париж выглядел почти также.
Франсуа лихачил сверх меры: проскакивал на желтый свет, тормозил в последний момент, подрезал попутные машины, а параллельно не закрывал рот:
– Крошка, я понимаю – ты ужас как расстроена, даже не злюсь, что к трубке не подошла. Хотя ты дома была – твоя маман по секрету шепнула. Но ведь все уже. Пора отойти. Относись проще, тебя же не зря прозвали в гонках. Как там? Тайфун… нет…
– Франсуа! Лучше молчи.
– Усек, – мгновенно отреагировал молодой человек и примирительно сказал. – Я же ни при чем, что у тебя все наперекосяк пошло.
– Ты прав. Извини, – Валери поняла, что перегнула палку со своей холодностью. – Я и забыла уже. Я ж спортсмен, пускай не самый успешный. Должна уметь справляться с неудачами.
– А я не знаю?! Сам не свой ходил, если дерьмово выступал.
– С тобой это случалось частенько, – хмыкнула Валери. – Кто бы подумал, что ты так переживал.
– Всякое бывало. Хорошо – вовремя одумался, перестал мучить и себя, и лошадок. Я с тобой согласен на все сто – тачки, хоть лопни, куда круче, – Франсуа повернул с визгом покрышек под аккомпанемент протестующих клаксонов. – Навозом не воняют, характер не показывают, дружить с ними не надо. А то последняя кобыла из меня все соки выпила – уж, как я рад был, когда ее сплавил.
– Ты зря – с автомобилем надо тоже найти общий язык, стать с ним одним целым. Не хуже, чем с животными. Может, поэтому ты забросил лошадей?
– Гляжу, ты с машиной тоже не сильно-то слилась, – парировал с улыбкой Франсуа. – Да не дуйся ты! Давай прикинем, куда махнем погреть косточки. Конец августа – для Италии самое то. Хоть в Римини, хоть в Виареджо. Могу даже выпросить у предков деньжат побольше – проведаем Монте-Карло. Там же твои ненаглядные гонки.
– Гонки давно прошли, еще в мае. И в Монте-Карло я бы предпочла быть именно тогда, – вздохнула Валери.
– Пусть без Монте-Карло. Но ты ж меня поняла.
Они пронеслись по широкой автостраде Елисейских полей. По обеим сторонам дороги тянулись сверкающие витрины шикарных бутиков, вывески дорогих ресторанов и фешенебельные фасады престижных отелей. Франсуа продолжал бубнить, как здорово пожариться на пляже, а Валери невидящим взглядом уставилась в окно. Чего она взъелась на Франсуа? Парень старается. Она неделю его игнорировала, а он стерпел.
А если и правда устроить себе настоящий отпуск? А то, начиная с весны, ее жизнь сливалась в сплошные переезды между гонками. Только пару дней побудешь дома, и надо вновь собираться в путь: в четверг участники съезжаются на автодром, в пятницу начинаются тренировки, в субботу, обычно, квалификация, на следующий день – гонка.
Развеяться и забыть обо всем с коктейлем в руках – заманчивая идея. Ну не вышло у нее с чемпионатом мира. Так ни у кого из девушек не вышло. А Валери уже своим появлением вошла в историю – не об этом ли она мечтала? Ага, скорее, вползла. С жирным знаком минус – еще лет десять вспоминать будут.
Позади осталась громада триумфальной арки, Франсуа покосился на спутницу:
– Куда дальше, крошка? В Булонский лес?
== Продолжение...
