На страницах New York Times четырёхкратный чемпион Формулы 1 Себастьян Феттель рассуждал о своей жизни и карьере…
Себастьян Феттель: «Это прозвучит странно, но за рулём машины, способной меня убить, я чувствовал себя как в убежище. Весь шум моей жизни растворялся, когда я садился за руль. В этой опасной среде я чувствовал себя спокойно и уверенно. Это было место, где всё замедлялось, где я мог забыть о течении времени.
Любовь к гонкам началась, когда я получил небольшой карт в подарок на Рождество. Я вырос в немецком Хеппенхайме. Двор нашего дома был слишком узким, чтобы устроить там круг, но отец вылил ведро воды и научил меня дрифтовать. Я увлёкся чувством контроля над машиной, почувствовал адреналин. Я нашел что-то, что придало мне уверенности, заставило поверить в себя. И я начал соревноваться с другими, наслаждаясь чувством скорости.
Гонки Формулы 1 – это не только чистая скорость. Это то, насколько поздно ты готов тормозить и как быстро можешь пройти следующий поворот. Это метод проб и ошибок, эксперименты с разными подходами к увеличению скорости. Гонки были местом, где мой ум мог играть и развиваться.
Хотя в жизни я предпочитаю прохладные, тихие и просторные места, мне было комфортно в шумном, тесном и жарком кокпите. Я понял, что это единственное место, где я могу понять двойственную природу жизни.
Порой ощущение двойственности проявлялось явно, особенно перед решающими гонками за титул. Я помню, как с нетерпением ждал старта, но в то же время не хотел, чтобы гонка начиналась.
Бывали моменты, когда я терял контроль над машиной из-за поломки или просто из-за того, что переусердствовал. У меня случались аварии. Даже если авария происходит мгновенно, в этот момент время словно растягивается. Начинаешь осознавать фрагментарность реальности и последствия погони за скоростью. Разрушительная сила аварии напоминает о правилах той игры, в которую ты играешь. Но я продолжал гоняться.
За более чем два десятилетия гонок был только один раз, когда мне не хотелось сесть за руль. Это произошло во время Гран При Бельгии в 2019 году, после аварии молодого французского гонщика Антуана Юбера в возрасте 22 лет.
Я тоже попадал в аварии, к счастью, они не были серьёзными, но у этого парня вся жизнь была впереди – и остановилась на наших глазах.
Я позвонил своей жене Ханне и сказал ей, что не хочу выступать на следующий день после аварии. В ту ночь я плохо спал. И все же решил стартовать. После этого уик-энда я увидел что-то другое в нашем спорте, что окончательно понял уже после завершения карьеры. Я никогда не боялся скорости, но теперь я мог видеть её, а не просто чувствовать. Я начал чувствовать ответственность, которую раньше не ощущал. Я начал понимать, что скорость, прогресс и инновации имеют значение только в том случае, если они ведут нас в правильном направлении.
Сегодня я живу более размеренной жизнью, управляя небольшой фермой. Я по-прежнему люблю скорость, просто больше сражаюсь со временем. Я понял, что самая большая радость — это открытие в жизни чего-то, что работает здесь и сейчас. Теперь моя цель – передать этот урок своим детям. Проводя с ними время и наблюдая за их ростом, я остро осознаю, что всему приходит конец. Как гонщик Формулы 1 и как отец, я не мог – и не могу – победить течение времени. Время летит слишком быстро, чтобы его остановить. Оно всегда будет быстрее меня, бросаю я ему вызов или нет.
Признаю, что, возможно, я использовал гонки, чтобы избегать сложных ситуаций. Гонки были моим спасением. Все мы переживаем моменты, когда хотим исчезнуть, чтобы уйти от невзгод, но в конечном итоге это невозможно. Мы должны встречать трудности лицом к лицу, находить время, чтобы замедлиться и справиться с ними.
Когда меня спрашивают, какая гонка была моей лучшей, я отвечаю, что она ещё впереди. У меня столько всего впереди. Сейчас я наслаждаюсь процессом, а не результатом. Я понял, что моя жизнь — это не поиск чего-то грандиозного, а доверие своему любопытству.
Я понял, что есть больше, чем одна страсть или гонка, которой я могу себя посвятить. На пути самопознания, как бы быстро ты ни ехал, коротких путей нет.
Гонка всё равно есть, и её нужно выиграть».
