Спортивный директор Mercedes Рон Медоуз в интервью New York Times говорил о работе с Льюисом Хэмилтоном…
Рон Медоуз: «Льюис – уникальный человек, способный как бы делить свою жизнь на несколько независимых частей. Я бы сказал, что он, вероятно, гонщик с самым уважительным отношением к людям из всех, с кем я работал.
За 12 лет мы много раз ходили к стюардам, особенно в тот период, когда его напарником был Росберг, и он ни разу не пытался повлиять на мою позицию. Неважно, кто был виноват, он понимал, что я должен оставаться беспристрастным. При этом мы ни разу не ссорились, и это невероятно, учитывая количество гонок, которые мы провели вместе».
Он требователен к инженерам, ведь его задача – выжимать максимум из машины, но всегда уважителен, и если порой оказывался слишком напорист, то потом приносил извинения.
Не уверен, что все согласятся, но мне было легко с ним работать. Если он находился в команде, то всегда был полностью сосредоточен на работе, но знал, когда можно расслабиться – некоторые гонщики этого не умеют, так что это, пожалуй, самая уникальная его черта.
Приезжая на этап, он был полностью сосредоточен на происходящем, а потом вы видели в социальных сетях сообщение, что он уже в самолете и занимается чем-то совершенно другим. В его жизни всегда много событий.
Возможно, Шарлотта [Дэвис, пиарщик Mercedes] думает иначе, поскольку она пыталась отвлечь его от работы с инженерами, чтобы он поговорил с журналистами, а Льюис предпочитал потратить весь вечер на анализ телеметрии.
Но мне он всегда помогал. Если я просил сделать что-то, не связанное с сессией, он так и делал. Льюис всегда очень интересовался работой с молодыми гонщиками и нашей молодёжной программой, которой я занимался».
