Марио Андретти, чемпион мира 1978 года, удивляется, почему в FIA и Формуле 1 не спешат открывать дверь для новой команды, которую намерен организовать его сын Майкл, бывший гонщик, а ныне успешный предприниматель, чьи деловые интересы простираются от IndyCar до электрических серий Extreme E и Формула E.
Отчасти о причинах такого подхода говорил Тото Вольфф, руководитель Mercedes AMG F1 Team, и с ним солидарен Фредерик Вассёр, возглавляющий швейцарскую компанию Sauber Motorsport, чья команда выступает в чемпионате как Alfa Romeo.
«Когда три года назад мы говорили об 11-й команде, то в качестве примера взяли Porsche, – вспоминал французский менеджер в интервью Racer. – Мы тогда говорили: «ОК, представьте, что компания уровня Porsche хочет прийти в Формулу 1 со своим собственным проектом – есть ли для нас смысл открыть перед ней дверь?»
В такой ситуации мы скажем: «Да, конечно!» Потому что приход ещё одного производителя двигателей значительно повысит стоимость чемпионата – к тому же не стоит забывать, что в тот период мы все были в рискованном экономическом положении. Именно поэтому тогда мы заговорили о том, что можем открыть двери для новой команды.
Я не хочу обсуждать проект Андретти, потому что в моём отношении к нему нет ничего личного. Но если в Формуле 1 появится просто ещё одна команда, такая же, как остальные, это не повысит стоимость чемпионата. Я не уверен, есть ли сейчас в этом смысл.
Кроме того, такая команда сможет выйти на старт через два или три года, а мы не знаем, какой будет ситуация через два или три года. Если бы два или три года назад в чемпионате было 11 команд, думаю, две или три из них уже бы обанкротились. Как только уходит одна команда, дальше события развиваются по принципу домино.
В конечном итоге решение зависит от руководства Формулы 1 и FIA. Но я не готов поддержать положительное решение, потому что знаю, какой путь проделали мы все. Скажем так: если бы у нас было больше информации об этом американском проекте, и мы были бы убеждены, что он сможет многое дать Формуле 1, я бы ещё согласился.
Но не думаю, что ценность проекта как-то связана с национальной принадлежностью команды. Сейчас Нидерланды стали одним из самых больших рынков для Формулы 1, но у нас нет голландской команды, у нас есть голландский гонщик».
