На презентации MP4-27 управляющий директор McLaren Джонатан Нил говорил о работе команды и зимнем перерыве, во время которого не удалось отдохнуть…
Вопрос: Джонатан, вы рады вновь появиться в обществе. Вероятно, после прошлогоднего Гран При Бразилии вы не покидали технологический центр McLaren?
Джонатан Нил: Вроде того. Мои коллеги и я говорили с Льюисом и Дженсоном о том, как они провели зиму – у них совсем другие ощущения (смеётся). Для нас зима пролетела быстро, как и для сотрудников других команд.
Из-за зимних тестов, имеющих огромное значение, время сжалось ещё больше. Было бы здорово обнаружить на первых тестах, что наша машина имеет преимущество в несколько секунд, но в реальности за короткий промежуток времени нам предстоит проделать очень большой объём работы.
Вопрос: Переход инженеров из одной команды в другую – обычное дело в Формуле 1, но как это сказывается на работе команды, особенно – конструкторского отдела?
Джонатан Нил: Нужно правильно понимать объёмы таких переходов. В среднем речь идёт о 10-12% сотрудников, но у нас за последние годы потери составили около 5%. Всегда жаль терять сильных специалистов, но этого не избежать – всегда будут случаи, когда кто-то готов предложить большую зарплату.
Я разделяю точку зрения нашего руководителя – Мартин Уитмарш не раз говорил, что он не удивлён тем, что представители других команд находят специалистов именно в McLaren. Мы разработали эффективную систему, позволяющую найти и воспитать талантливых инженеров. В нашей команде более 200 инженеров, математиков, учёных из 23-х стран. Из них около 12 человек в год уходят, а мы привлекаем новых. Никакого кризиса нет.
Вопрос: Вы удивлены тем, что в последнее время многие ваши инженеры уехали в Италию?
Джонатан Нил: Нет, в коридорах технологического центра часто можно услышать итальянскую и испанскую речь, большинство сотрудников нашего конструкторского бюро – итальянцы. Не знаю, почему так получилось. Многие инженеры отдела аэродинамики пришли из Ferrari, Renault и Sauber. Все они – члены большой семьи McLaren, но нужно отметить – примерно половина сотрудников, пришедших в последние пару лет, прежде не имела отношения к Формуле 1.
Подрастает новое поколение, а Формула 1 по-прежнему служит для них фантастическим вызовом, независимо от того, на чём специализируется конкретный инженер. Это отличная работа, мы можем этим гордиться.
Вопрос: Действующий регламент оставляет какую-то свободу для технического поиска или современные правила слишком серьёзно ограничивают инженеров?
Джонатан Нил: У меня нет ощущения, что мы лишены свободы. За последние десять лет регламент действительно серьёзно изменился, но изменились и технологии – чем больше ограничения, тем быстрее они развиваются.
Эффективность машин зависит от нескольких факторов, в числе которых мощность двигателя и сцепление с трассой, но, несмотря на постоянные ограничения, в последние двадцать лет мы видим постоянный прогресс, с небольшими перерывами после наиболее радикальных перемен.
Вопрос: На руле современных машин множество кнопок. Можно ли послать сообщение в твиттер?
Джонатан Нил: Спросите у Льюиса, он это точно умеет! (смеётся)
