Пьеро Феррари, сын легендарного Комендаторе и вице-президент Ferrari, в прошлом году отметил 80-летний юбилей, а предстоящий чемпионат мира станет уже 62-м с тех времён, как он приступил к работе в этой итальянской компании, ныне знаменитой во всём мире.
За эти годы он был знаком более чем с сотней гонщиков Скудерии, с восьмью президентами компании и двадцатью пятью руководителями команды – по сути, он стал своего рода символом, ведь он остался единственным, кто работал в Ferrari, когда это была относительно небольшая фирма по производству спортивных и гоночных автомобилей.
Перед началом чемпионата 2026 года в газете Corriere dello Sport появилось интервью с Пьеро Феррари – чувствуется, что он с оптимизмом ждёт нового сезона…
Вопрос: 2025 год был тяжёлым для Ferrari, но всё это уже в прошлом?
Пьеро Феррари: У той машины были конструктивные недостатки, они имели врождённый характер, и сезон складывался неважно, поэтому процесс модернизации был остановлен довольно рано. Но это было правильное решение, потому что надо было создать совершенно новую машину.
Вопрос: …Работая в условиях бюджетных ограничений.
Пьеро Феррари: Да, они всё усложняют, и мой отец не стал бы этого терпеть. Он бы воскликнул: «Я вкладываю деньги и трачу их так, как хочу!»
Вопрос: Машины в этом году стали иными – изменился ли при этом дух Ferrari?
Пьеро Феррари: Я бы так не сказал. Цели остаются прежними – добиться максимально возможных результатов с теми ресурсами, которыми мы располагаем, а они у нас большие. Команда отлично справилась с задачей: машина SF-26 была построена вовремя, и я уверен в её высоком качестве, потому что следил за процессом её создания на всех уровнях.
Вопрос: Гонщики Ferrari не побеждали в чемпионате мира с 2007 года, а команда не выигрывала Кубок конструкторов с 2008-го. Что вы говорите тем людям, которые спрашивают, не пора ли наконец это исправить?
Пьеро Феррари: Мы постараемся, приложим для этого все возможные усилия, но поскольку технический регламент сменился, то не просите меня поделиться прогнозами.
Вопрос: Есть ли в Ferrari что-то такое, что вас по-прежнему удивляет?
Пьеро Феррари: Я помню времена, когда за нашу команду выступал Ники Лауда: мы тогда приезжали на гонки в разные страны мира с одним инженером, с главным механиком и тремя рядовыми механиками. А сейчас команда напоминает балет театра «Ла Скала»: технических специалистов и механиков очень много, но все действуют слаженно и делают правильные движения в нужные моменты. За такой синхронностью очень интересно наблюдать.
Вопрос: Какой период истории команды вам это напоминает?
Пьеро Феррари: Я бы сказал, ту команду, какой она была в конце 90-х: во времена Жана Тодта и Михаэля Шумахера Скудерия тоже прошла через серьёзные реформы. Но подобные сравнения неуместны, потому что тогда Формула 1 была иной.
Вопрос: Многие болельщики именно вас считают лидером Ferrari, а не Джона Элканна, президента компании: вы чувствуете эту ответственность?
Пьеро Феррари: Пожалуй, «лидер» – не вполне точное определение. У меня близкие отношения с командой, потому что это моя страсть, потому что я люблю гонки и Формулу 1, ведь я продолжатель дела нашей семьи.
Вопрос: Шарль Леклер – движущая сила команды: вы считаете его незаменимым?
Пьеро Феррари: Да, он очень быстрый гонщик, и это подтверждается сравнением с любыми его напарниками. Ему всегда удаётся выжать максимум из любой машины. Я не сомневаюсь, что он заслуживает чемпионского титула, в том числе потому, что он по-настоящему предан Ferrari.
Вопрос: В прошлом году казалось, что контракт с Льюисом Хэмилтоном – удачное решение, однако это обернулось проблемой. Также можно вспомнить Фернандо Алонсо и Себастьяна Феттеля: когда в Скудерию приходят чемпионы мира, они действительно сталкиваются с трудностями, ведь им так и не удалось завоевать новые титулы?
Пьеро Феррари: Да, я думаю, что переход в нашу команду в психологическом плане влияет и на великих чемпионов. Льюис совсем не такой, как Шарль, но я бы не стал говорить, что на него давит легенда Ferrari…
Вопрос: Под запретом ли мечты о том, что когда-нибудь мы увидим Кими Антонелли в красной униформе?
Пьеро Феррари: Вовсе нет. Итальянцы выступали за Ferrari, и последним, кто боролся за победы, был мой большой друг Микеле Альборето, но стать чемпионом ему не удалось. Антонелли уже доказал, что заслужил право пилотировать лучшие машины. Безусловно, когда он станет немного опытнее, то превратится в прекрасного гонщика.
Вопрос: Макс Ферстаппен критикует машины нового поколения, называя их «Формулой E на стероидах»: вы с этим согласны?
Пьеро Феррари: Тесты показали, что в особенностях этих новых машин необходимо разобраться, надо научиться контролировать расход энергии. Но их поведение более предсказуемое, чем у машин с граунд-эффектом.
Мой отец бы сказал: «Они более честные». Лично я уверен, что зрелищность гонок не пострадает – как раз наоборот… Я убеждён, что пройдёт несколько гонок, и все эти новшества станут привычными. Мы будем обсуждать их всё меньше и меньше, а потом эти разговоры стихнут вообще. Гонщики научатся выжимать из новых машин максимум на разных трассах, и в центре внимания вновь будет их мастерство.
Вопрос: Новая Формула 1, в которой более важную роль играет электрическая составляющая, соответствует политике Ferrari, ведь компания готовится к премьере электромобиля Ferrari Luce…
Пьеро Феррари: Да, мы начинаем новую главу, потому что Ferrari не должна быть консервативной – мы должны идти в ногу с новыми технологиями. Было необходимо создать электромобиль Ferrari, чтобы разным клиентам предлагать разные продукты. Но жизнь двигателей внутреннего сгорания и гибридных силовых установок продолжается.
