F1ЛОС'офия: Теория драфта

Старт сингапурского этапа серии GP2; лидирует Гидо ван дер Гарде

Полисемантичность некоторых английских слов поражает. Возьмем слово draft. Можете мне верить или, если хотите, загляните в словарь, но существительное это обозначает много чего. Например, это и сквозняк, и бочковое пиво, и глоток (хоть свежего воздуха, хоть того же пива), однако перечисленные значения не имеют отношения к теме сегодняшнего разговора. Нас интересует другое. Draft – еще и план, набросок, черновик, а также – внимание! – процесс выбора и распределения игроков командами, который практикуется в ряде видов спорта.

Но для начала вспомним несколько красноречивых фактов. В 2013-м году в составах семи команд Формулы 1 произошли изменения, в чемпионат пришли пятеро новичков, а шесть опытных и по-своему интересных гонщиков с чемпионатом расстались. Поименно: Виталий Петров, Хейкки Ковалайнен, Камуи Кобаяши, Бруно Сенна, Тимо Глок и Михаэль Шумахер.

В первых пяти случаях команды, производя замены гонщиков, руководствовались преимущественно материальными соображениями, а такие вещи, как опыт и мастерство, отошли на второй план. Впрочем, можно возразить, что коммерческий фактор в Ф1 всегда учитывался, и гонщик, располагавший значительным спонсорским бюджетом, разумеется, всегда интереснее команде, чем сравнимый с ним по уровню пилот, у которого за душой нет ничего, кроме таланта. Так стоит ли драматизировать?

Все это правильно, но именно в последние годы ситуация развивается по тревожному сценарию и грозит дойти до абсурда – так считает Дмитрий Сапгир, московский предприниматель, страстный поклонник автоспорта и вообще неравнодушный человек. Наверное, он мог бы спокойно, не ведая всех этих сложностей, заниматься своим туристическим и гостиничным бизнесом и руководить компанией KMP Group, однако в свое время, лет девять назад, Дмитрий начал поддерживать молодых российских пилотов и помогать им пробиться в мир больших гонок. В 2009-м вместе с партнерами стал владельцем команды Мировой серии Renault, которая первые два сезона называлась KMP Racing, а потом была переименована в RFR.

Из «наших» в разные годы в команде Сапгира ездили Михаил Алешин и Антон Небылицкий, но он также помогал Роману Мавланову, выступавшему в 2-литровой Формуле Renault, и другим пилотам. Нелишне упомянуть, что напарниками этих гонщиков были весьма яркие западные молодые дарования, такие как француз Нельсон Панчьятичи, финн Ааро Вайнио, итальянец Эдоардо Мортара. Сейчас у команды уже другие владельцы и другое название, но Дмитрий Сапгир продолжает поддерживать новое поколение российских гонщиков, став председателем попечительского совета проекта «Наша Формула», и по-прежнему тратит на это свои деньги.

Словом, ситуация ему хорошо известна изнутри. И его действительно беспокоит, что за последние семь лет из победителей Мировой серии Renault в Формулу 1 почти никто не попал. Разве что только Гидо ван дер Гарде, хотя и Алешин, и Бертран Багет, и Роберт Уиккенс, и Робин Фряйнс – весьма талантливые гонщики. Кстати, тот же голландец стал чемпионом WSR еще в 2008-м, но в Ф1 оказался только спустя четыре года, да и то в силу определенного стечения обстоятельств, безусловно, удачного для него: команде Caterham понадобились деньги, а у ван дер Гарде богатые родственники. Но выиграет ли от этого мировой автоспорт? Посмотрим.

По логике вещей все эти пилоты должны были оказаться в Ф1, но увы, судьбы их сложились по-другому… И если лучшие и наиболее перспективные представители молодого поколения гонщиков не попадают в высшую лигу, это само по себе неправильно. В любом другом виде спорта такая ситуация просто исключена: в мировом теннисе, футболе, баскетболе за талантами идет настоящая охота, а Формуле 1, получается, они не очень нужны.

Верните в спорт спорт!

В диалогах с Дмитрием Сапгиром мы провели не один час, и вот какая картина вырисовывается. В кругу владельцев и руководителей команд, выступающих в молодежных чемпионатах, и у их спонсоров все больше сомнений в эффективности существующей системы организации европейского автоспорта, а энтузиазма, желания продолжать заниматься этим непростым делом все меньше. Получается, что растить и воспитывать молодых гонщиков, вкладывать в них деньги, причем, очень серьезные, становится бессмысленным занятием. Это приобретает характер тенденции, которая будет только прогрессировать, по крайней мере, пока вся система не придет в нормальное состояние, или не изменится хотя бы в чем-то. С каждым годом шансы молодых пилотов попасть в Формулу 1 неуклонно снижаются, поскольку денег для этого нужно все больше и больше.

Если довести ситуацию до абсурда, то уже достаточно скоро в Формулу 1 будут попадать исключительно дети очень богатых родителей, причем, уже не миллионеров, а миллиардеров, либо пилоты, у которых очень щедрые спонсоры, либо редкие счастливчики, ставшие участниками молодежной программы Red Bull. И это прямой путь к снижению общего уровня мастерства гонщиков, выступающих в Ф1, и деградации спорта в целом.

Кстати, по мнению европейцев, глобальный экономический кризис вовсе не миновал, и это тоже одна из причин, затрудняющих поиск спонсоров. Если обобщить все эти негативные факторы, то становится понятно, что ситуация действительно весьма тревожная. Извечный вопрос: что делать? Можно ли что-то предпринять, чтобы как-то переломить все эти нездоровые тенденции и вернуть Формуле 1 ветшающие на глазах спортивные традиции, вернуть в чемпионат уходящую романтику? И вот что придумал предприниматель Сапгир: распространить на автоспорт практику драфта.

Как нам обустроить Формулу 1?

Предлагается ввести систему драфта, которая охватывала бы высшую лигу мирового автоспорта и несколько молодежных серий. Например, кроме Формулы 1 в нее целесообразно включить две наиболее уважаемые европейские категории: GP2 и Мировую серию Renault. Идея состоит в том, чтобы 5 лучших гонщиков из этих серий (3 из GP2 и 2 из WSR) в следующем сезоне гарантировано попадали в Формулу 1, ежегодно в обязательном порядке заменяя пять слабейших гонщиков чемпионата мира.

И тогда пилоты и их спонсоры получат реальный стимул заниматься автоспортом: лучшие смогут реально показать себя в Ф1, а худшие будут опускаться вниз, в младшие классы, или просто уходить, если они действительно слабы в профессиональном отношении. Более того, если гонщик Формулы 1 по каким-то причинам «выпал из обоймы», у него появится возможность туда вернуться. Однако все по порядку.

Условное название проекта – F1 Draft. Предлагается следующее: по итогам сезона пять лучших гонщиков молодежных серий – три из GP2 (победитель и два призера) и два из WSR (чемпион и вице-чемпион) – каждый год заменяют пять слабейших гонщиков Формулы 1.

Система работает так: ежегодно руководители 11-ти команд Формулы 1 выставляют на драфт 11 человек. При этом каждая команда имеет право защитить одного гонщика, с которым вольна поступать так, как считает нужным, причем, неважно, объективно он лучший или худший из двух пилотов основного состава.

Давайте сразу приведем пример: в Ferrari могут защитить Фелипе Массу, и тогда он не попадает на драфт. А попадает Фернандо Алонсо и еще 10 гонщиков из остальных команд, которых их работодатели «не защитили». Это первый раунд. Во втором раунде 11 гонщиков выстраиваются в определенном порядке, о котором мы сейчас расскажем, и те пятеро, кто окажется на последних строчках этого рейтинга, будут заменены на 5 лучших гонщиков молодежных серий.

Вот как составляется этот рейтинг. Во-первых, учитываются их квалификационные результаты, показанные в последнем сезоне. Если Алонсо, например, выиграл у Массы 17 квалификаций из 20, то Фернандо начисляется 17 баллов. Далее так же точно учитываются результаты гонок: Алонсо был впереди напарника в 18 Гран При, за исключением двух, в которых сходил из-за аварий. Значит, испанец получает еще 18 очков.

Третий фактор: руководители всех команд, зная всех 11 гонщиков, выставленных на драфт, начисляют им баллы, исходя из собственных предпочтений. Получается 11 вариантов своеобразного «хит-парада», по которым для каждого пилота определяется средний балл: его мы прибавляем к результатам внутрикомандных дуэлей в квалификациях и гонках. Таким образом, каждый из 11-ти получает некий суммарный балл, определяющий его положение в драфтовом рейтинге.

Пять слабейших гонщиков из этих одиннадцати выбывают из чемпионата мира. Это закон. Приведенный пример с Ferrari позволяет понять, как может действовать топ-команда, если она заинтересована в сохранении состава. Этого можно добиться, «защитив» Массу и выставив на драфт Алонсо, который гарантированно займет одно из первых мест в драфтовом рейтинге и останется в команде.

Фернандо Алонсо и Фелипе Масса

Можно предвидеть возражения, что при таком подходе в случае примерного равенства между гонщиками топ-команды по результатам сезона, один из них попадает на драфт и выбывает из Формулы 1, тогда как пилот слабой команды, вчистую переигравший напарника и привлекший к себе внимание, может остаться в чемпионате. Да, существует вероятность возникновения подобных ситуаций, но это спорт: предположим, по результатам 2011-го года, когда Льюис Хэмилтон по итогам сезона уступил напарнику по McLaren Дженсону Баттону, он оказался в нижней части драфтового рейтинга. Значит, следующий сезон он проводит в GP2, но, поскольку Льюис профессионал экстра-класса, он в состоянии без проблем выиграть этот чемпионат и вернуться в Формулу 1 через год по этой же системе. Главное, он не остается без ездовой практики.

Согласитесь, звучит неординарно, однако важнейшее достоинство предлагаемого подхода в том, что он основан на чисто спортивном принципе, на реальных результатах.

И еще один нюанс, который можно проиллюстрировать на примере Red Bull Racing. По итогам сезона Марк Уэббер не слишком убедительно смотрелся на фоне напарника, Себастьяна Феттеля, в очередной раз выигравшего титул чемпиона мира. Тем не менее, команда «защищает» именно австралийца, а на драфт выставляет Феттеля. Однозначно, Феттель занимает одну из первых строчек драфтового рейтинга, остается в Формуле 1, и та же Red Bull подписывает с ним очередной контракт. А с Уэббером картина такая: никто не обязывает команду его оставлять, даже если он на драфт не выставлялся. Следовательно, если контракт с ним продлен не будет, любая другая команда, заинтересованная в услугах такого профессионала, может пригласить австралийского ветерана, учитывая его опыт, уровень мастерства и заслуженную популярность. Если же этого не произойдет, Уэббер выбывает из чемпионата по естественным причинам, просто потому, что его контракт истек.

Если какие-то достаточно сильные и опытные гонщики Формулы 1 ежегодно будут возвращаться в GP2, чтобы в следующем сезоне завоевать право вернуться в высшую лигу, это одновременно поднимет уровень соревновательности в первой лиге, и, соответственно, зрительский интерес к младшим сериям заметно возрастет. Одновременно повысится интерес к ситуации в командах-аутсайдерах Ф1, поскольку система драфта, с одной стороны, подстегнет конкуренцию между напарниками, с другой, заставит работать на трассе максимально корректно и выполнять установки команды, поскольку от этого тоже зависит, будет ли гонщик выставлен на драфт или останется в коллективе.

Это изложение общих принципов, положенных в основу системы F1 Draft. Разумеется, многое зависит и от деталей, которые могут быть разными, но их, по мнению Дмитрия Сапгира, можно обсуждать и искать оптимальную комбинацию подходов и правил, регулирующих работу всей системы. Реализация проекта, прежде всего, зависит от FIA, от доброй воли руководителей федерации, поскольку только они могут помочь всем участникам этой схемы договориться между собой.

Гала-церемония FIA в Монако

Принципиальный момент заключается в том, что даже в межсезонье после окончания очередного чемпионата будет поддерживаться стойкий интерес аудитории к событиям в мире Формулы 1, потому что все, что связано с темой драфта – это отдельная интрига. Ее развязку можно приурочить к традиционной ежегодной гала-церемонии FIA, и, поскольку любая интрига сопровождается повышением зрительского внимания: вполне можно допустить, что все это будет интересно серьезным спонсорам.

Можно спорить, но…

И вот тут пришло время для весьма серьезного тезиса: поскольку он прозвучал из уст человека, лично вложившего немалые деньги в автоспорт, то его слова вызывают доверие. Если спонсоры будут знать, что благодаря предлагаемой системе драфта наиболее талантливые молодые гонщики, победители и призеры младших формул, имеют практически гарантированные шансы попасть в чемпионат мира, в высшую лигу, они будут готовы платить за своих пилотов намного больше, чем сейчас, когда такой гарантии нет. И эти дополнительные средства можно эффективно использовать на реализацию предлагаемой программы.

Стоит добавить, что «дума о драфте» – не более чем схема, базовый принцип, на основе которого может быть осуществлена реформа. Необходимо дальнейшее детальное обсуждение с участием всех заинтересованных сторон, которое поможет наполнить структуру необходимыми деталями. Например, предстоит определить принцип, на основе которого гонщики младших серий распределяются между командами Формулы 1. Один из вариантов такой: команды, из которых выбыли гонщики, получают право на выбор пилота в порядке очередности, соответственно, первый выбор достается той, которая выше всех располагается в зачете Кубка конструкторов – и так далее.

В целом, вот такая получается конструкция. Да, непривычная, возможно, даже фантастическая, но, с другой стороны, такое впечатление, что в ней есть здравый смысл. По крайней мере, ее реализация действительно дает возможность как-то упорядочить стихийные процессы, которые идут в международном автоспорте и действительно могут привести к кризисным и застойным явлениям, если уже не привели. Скептики скажут, что все это нереализуемо в принципе, но утверждать так – дело нехитрое. Автор концепции согласен, что воплотить подобный план – значит, совершить своего рода революцию, пусть и мирным путем. А теперь давайте вспомним классическое определение революционной ситуации: низы не хотят жить по-старому, а верхи не могут по-старому управлять. С одной стороны, сегодня в Формуле 1 никаких революций, вроде бы, не предвидится. А завтра?..

Между тем тревожные сигналы из молодежных формул продолжают поступать: недавно было объявлено о продаже некогда чемпионской команды iSport, выступавшей в GP2 - именно в ее составе Тимо Глок выиграл титул в 2007-м году. Теперь же место iSport в этой серии занял новый российский проект Russian Time.


Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.ru запрещено.
Другие новости
Читайте ещё